9 сентября – День танкиста. Годы на броне

Елена Павлова
Вчера в Доме офицеров чествовали танкистов. Ветераны войны и Вооруженных сил поздравляли своих товарищей, служивших и воевавших в танковых войсках. Я встретилась с виновниками торжества накануне, когда они под руководством старшего по званию генерала Левицкого обсуждали организационные моменты праздничных мероприятий. Сам Борис Валентинович о своем славном армейском пути рассказывать не захотел, он лишь хотел поздравить с праздником всех читателей «Вечерки», кто служил в танковых частях. А кто служил, знает главную заповедь танкиста: машину свою надо любить, тогда она тебя не подведет. Хотя на войне срок жизни машины чаще всего был недолог. Николай Иванович Кабаков свой первый танк потерял под Сталинградом. Повоевать на нем пришлось всего неделю. Курсантам Сталинградского танкового училища, оказавшимся лицом к лицу с уже не условным противником, просто не хватило опыта. Расстояние между ними и немцами было не более 300 метров, когда «тигры» отползли за склон, и в бой вступили противотанковые орудия. Термитные снаряды поджигали наши танки как факела... Это были только первые потери... Было все: и горечь отступления, и тяжесть разлук, и радость побед. Было и великое чувство единения народа в борьбе с врагом. Николай Иванович помнит, какой подарок их части сделали селяне Тамбовщины. В военное лихолетье семьи не пожалели ни украшений, ни последних сбережений – все отдали, чтобы новые танки построить. Это была заметная колонна – с надписью «Тамбовский колхозник» на броне машин. Той же колонной прибыли на фронт подарки от селян: полушубки, валенки... А вот Павлу Сергеевичу Захарченко довелось штурмовать Берлин. До этого было вошедшее в историю ночное форсирование Одера при свете 220 прожекторов по понтонной переправе, которую саперы возвели под огнем противника всего за одни сутки. И по сей день Павел Сергеевич словно наяву слышит крик своего механика-водителя: «Командир, впереди Берлин!» Впереди, в дымной хмари, показались развалины германской столицы... Чуть не попал Павел Захарченко в группу знаменосцев, которым было доверено водрузить красное знамя над рейхстагом. Такой приказ Жукова передал танкистам Койкову, Айвазову и Захарченко комполка Герой Советского Союза Садовой. Но Жукова тут опередил Конев. Знамя над рейхстагом водружали его бойцы. Конечно, поначалу было обидно, но танкисты долго не расстраивались. К рейхстагу решили все равно ехать – автограф на память оставить. Из 36 машин, штурмовавших Берлин, осталось, говорит Павел Сергеевич, две с половиной – его танк был уже без пушки. У рейхстага шло народное ликование – тут были тысячи людей, и тысячи надписей на стенах. Краска кончилась в считанные минуты. Павел Захарченко нашел уголь и размашисто вывел на стене: «Мы с Кавказа!» Если Николай Иванович Кабаков и Павел Сергеевич Захарченко и после войны не расстались с танковыми войсками и закончили службу через много лет - один подполковником, другой полковником, то Нестор Макарович Шахзабов, с боями прошедший от Сталинграда до Праги, демобилизовавшись, посвятил себя мирной профессии – сельское хозяйство поднимал. Но с особым уважением танкист-фронтовик к тракторам относился. У этой машины с танком много общего, как, соответственно, и у танкиста с трактористом. От их умения с машиной ладить во многом исход сражения зависит: будь то военная баталия или битва за урожай. Иван Алексеевич Комбаров в танковых войсках провел 20 лучших лет своей жизни: с момента поступления в Благовещенское военное училище в 1969 году до расформирования в 1989-м 14-й танковой дивизии, а соответственно – и Новочеркасского полка, которым он командовал. А до этого он успел послужить на Дальнем Востоке и в Германии... На излете 80-х в СССР наступали смутные времена. Развал великой страны был еще впереди, развал армии начался раньше. Первыми под удар попали лучшие подразделения. Уничтожение военной мощи шло скоропалительно. Чтобы расформировать 14-ю танковую хватило одного месяца. Решение сверху оказалось совершенно неожиданным для офицеров. Иван Алексеевич вспоминает, как уже после судьбоносного приказа о расформировании в часть продолжало поступать новое вооружение... Ну что же – это тоже история нашей страны и ее танковых войск. Это еще и судьба. Ведь бывших танкистов не бывает. В этих войсках особые отношения между людьми, и отношение к технике как к человеку. Сколько бы лет ни прошло, танкисты помнят все свои машины. И у каждой машины, говорят, свой непростой характер. Танков с одинаковым характером не бывает. Но он способен принять любого человека, если человек примет и будет понимать его. Подчеркивают: если машину любить, она никогда не подведет. Так что хороший танкист свой танк любит, но, случается, и костерит немилосердно, особенно когда он раскаляется в жару или застывает в холод. Внутри танка температура ровно та же, что и за бортом. А в колонне хорошо идти только первой машиной. Все остальные движутся в кромешой пылевой завесе. Про все это старые танкисты рассказывают с улыбкой и дружно признаются: годы, проведенные на броне, были лучшими в их жизни.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов