Автострахование по-русски

Андрей Цындрин

 

Автострахование по-русски

Автострахование — наиболее подверженный мошенничеству сегмент рынка. Общие потери страховых компаний составляют  25 — 30% от общего количества страховых премий, убытки исчисляются миллиардами рублей. Между тем получить положенную по закону выплату законопослушному гражданину оказывается довольно непростой задачей, к тому же размеры компенсаций не всегда полностью покрывают нанесенный ущерб. В чем причина этих явлений и когда в России наконец-таки заработает рынок автострахования европейского образца?  В этом мы постарались разобраться, побеседовав с начальником отдела безопасности одной из страховых компаний, работающих в нашем крае.

 

По понятным причинам мы изменили фамилию и имя этого человека.  Для удобства читателей назовем его Виктор Алексеев.

Для начала приведем некоторые официальные цифры. За 2010 год выплаты одной только  страховой компанией по ОСАГО составили 16,9 млрд рублей. В Ставропольском крае пострадавшим по ОСАГО  выплачено 318,3 млн рублей.  

При этом каждое пятое ДТП, по словам Виктора Алексеева, — инсценировка. 

Основной вопрос, который возникает у обывателя, попавшего в ДТП: почему выплаченная в итоге компенсация зачастую несоизмерима, то есть меньше,  с суммой  реального ремонта? 

— Основная проблема заключается в том, что расценки, по которым работают страховые компании, не меняются уже несколько лет. В России до сих пор нет единой методики,  регламентирующей  подсчет стоимости ремонтных работ и запчастей. Для каждого региона страховой компанией выводится их средняя стоимость.  Но как понимать эти средние цифры, остается непонятным даже бывалому страховщику. К примеру, замена и покраска крыла автомобиля на станциях технического обслуживания в одном городе может стоить по-разному. В итоге человеку, попавшему в ДТП, придется попотеть, чтобы найти то СТО, где расценки на ремонт совпадут с суммой, определенной страховой компанией.  Есть ложь, есть простая ложь, а есть статистика, — с улыбкой поясняет Алексеев.    

 Вдобавок ко всему законом об ОСАГО, как известно, лимит страховых выплат по вреду, причиненному имуществу,  составляет 120 тысяч рублей, в случае если пострадало одно транспортное средство. 

Этой суммы, по мнению Виктора Алексеева, для современного автомобиля (комплектующие к которому   стоят довольно дорого), недостаточно. Сейчас планируется поднять стоимость полиса на 60%, в итоге страховое покрытие может составить 400 тысяч рублей.  Но пока это только на уровне разговоров.   

Отдельные вопросы возникают к автооценщикам, с которыми у страховых компаний до сих пор не урегулированы вопросы взаимодействия. В частности, по каким критериям считать ущерб? Страховщики считают по своей методике, оценщики по своей.  Раньше существовала лига автооценщиков, договоренность внутри которой регулировала разброс цен на ремонт после ДТП  для каждого региона в отдельности. Но не больше чем 20 — 30%  независимо от того, Москва ли это или Ставрополь. Сейчас такой лиги нет. Так что каждый независимый эксперт-автооценщик считает сумму ущерба, как он хочет. 

По признанию Виктора Алексеева,  говорить о существовании каких-либо аффилированных связей между страховыми компаниями, автооценщиками или дилерами в автосалонах как о массовом явлении не стоит. Хотя и такое имеет место быть. 

—  Есть, к примеру, определенные негласные договоренности между страховыми компаниями и автосалонами, где машина находится на гарантии. Разбитое стекло на иномарке может стоить до 30 тысяч рублей, но есть аналогичное китайского производства по  цене в два раза ниже. Страховой агент  договаривается с сотрудником автосалона и предлагает установить китайское стекло, а сам указывает клиенту большую сумму  в страховом договоре. Полученный остаток делится напополам. 

Зачастую эксперты по оценке отстаивают интересы своего клиента, сознательно завышая сумму ущерба, естественно, не за бесплатно. 

— Фальсификация страхового полиса КАСКО в Ставрополе стоит в среднем 20 тысяч рублей, — рассказывает Виктор.   —В прошлом году у нас появились «утопленные» автомобили из Европы.   Были случаи, когда  гражданин купил «утопленницу» за 300 тысяч рублей, договорился с автооценщиком, чтобы он закрыл глаза на темное прошлое машины и оценил ее как не пострадавшую от наводнения. Затем эти сведения попали в страховую компанию, и размер страхового покрытия вырос вдвое, несмотря на то, что реальная стоимость автомобиля ниже. 

Масштабы страхового мошенничества поражают, однако беднее страховые компании не становятся. Они просто включают убытки в страховые тарифы. 

— Здесь, как в банке: не заплатят одни, заплатят другие, — рассказывает Виктор. 

Вдобавок ко всему нет условий для заинтересованности сторонних организаций, которые должны хоть как-то регулировать эту сферу. Для ГАИ разбирательства по каждому мелкому ДТП   лишняя головная боль. На оформление протоколов и всевозможных справок уходит куда больше сил и средств. 

Развитой службы «аварийных комиссаров» (специально обученные люди, привлекаемые в основном страховыми компаниями для проведения на месте ДТП разбора ситуации, осмотра и фотографирования места ДТП ) в нашем крае  нет.  Самостоятельно подсчитать ущерб, как это делается в развитых странах (скачав специальную программу на свой компьютер), участник ДТП  не может — единой методики подсчета, о чем говорилось выше, тоже нет.

В своей практике страховые компании используют методику НАМИ (методическое руководство по определению стоимости ТС  с учетом естественного износа). Но его недоработки вызывают ряд вопросов  со стороны клиентов страховых компаний. В частности, почему учитывается износ деталей автомобиля, если речь идет, скажем, о замене поврежденного крыла?  

По словам Виктора, проблема в том, что в России до сих пор нет технологий утилизации автомобилей, при которых пригодные для дальнейшего использования детали применяются для ремонта побывавших в аварии авто. Другая особенность, отличающая российский рынок автострахования от заграницы, в том, что там дилеры только продают и обслуживают автомобили, а послеаварийным ремонтом занимаются станции, принадлежащие или контролируемые страховщиками. У нас же автосалоны пугают клиента потерей гарантии при ремонте на стороне.  Поэтому проблемы учета так остро стоят у нас. В других странах о нем не говорят, применяя на практике б/у детали, так что износ учитывается только при замене, при ремонте он не учитывается, пояснил страховщик. 

К тому же, в самих страховых договорах прописаны условия, на которые клиент страховой компании не всегда обращает внимание.   Например, в договоре КАСКО четко прописано, какие повреждения (определенные страховой компанией) подразумевают полную замену детали, а в каких только ее ремонт. 

—  Параметры повреждений могут быть указаны вплоть до сантиметров. Скажем, есть трещина на бампере, которую можно заполировать и закрасить, а есть трещина, требующая только замены детали. Плюс-минус один сантиметр, и размер выплаты уменьшается в два-три раза. Собственно, на этом и играют страховщики,— пояснил Алексеев.

— Помню, был случай, когда в Пятигорске угнали очень дорогой автомобиль. Хозяин явился к нам в компанию с намерением получить компенсацию. Но как оказалось позже, в страховом договоре было прописано: возмещение убытков при угоне возможно, только если на момент кражи машина была оборудована противоугонной системой, которой, как выяснилось, на тот момент не было, и человек остался ни с чем.    

По данным Российского союза автостраховщиков (РСА), за все время действия обязательной автогражданской ответственности  в России было утрачено, похищено, потеряно 2,5 млн страховых полисов. 

— Сейчас вызвать страхового агента, который выпишет вам  полис за сравнительно небольшие деньги, можно хоть на заправку. Но я с твердой уверенностью скажу, что такой полис в 80% случаев будет поддельным, — пояснил Алексеев.   - К тому же в Ставропольском крае работают десятки страховых агентств, имеющих одного-двух представителей. У них нет даже офисов.  Тогда в случае чего ищи-свищи  агента  и компанию. Законодательство в этой сфере настолько несовершенно, что на рынке автострахования развелось множество мелких фирм, которые лопаются как мыльные пузыри. Сейчас уставный капитал для организации страхового агентства всего лишь 120 млн рублей. Небольшие деньги, когда речь идет о прибыли в несколько раз больше. Чтобы оправдать затраты, такой фирме достаточно отработать максимум полгода. Но   главная проблема в том, что люди воспринимают «автогражданку», как навязанный сервис, а потом сами страдают от этого, — подытожил Виктор. 

 P.S. По данным, полученным нами, рентабельность работы страховщиков остается на достаточно низком уровне. Убыточность по ОСАГО в ряде регионов превышает  критическую планку 77%. В структуре расходов  3% от стоимости каждого проданного страхового полиса компании отчисляют в Резервный фонд компенсационных выплат РСА. Из этих средств осуществляются выплаты пострадавшим по вине компаний-банкротов, а также тех автовладельцев, которые скрылись с места происшествия или были не застрахованы по ОСАГО. Еще 20% составляют расходы на ведение дел страховой компании – сюда входят стоимость полиса, логистика, комиссионное вознаграждение страховых агентов, аренда офисов и другие затраты. Остальные 77% предназначаются для осуществления текущих страховых выплат по договорам ОСАГО. На сегодняшний день убыточность по целому ряду регионов превышает критическую планку в 77%. За прошлый год рынок ОСАГО покинула 21 компания. 

Между тем судить о реальной рентабельности можно  по косвенным признакам. По данным РСА, за 2010 год страховщиками было собрано 92 млрд рублей страховых премий. При этом выплаты составили 53,7 млрд. 

 

 

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов