Чтобы помнили

Елена Павлова

На прошлой неделе был сороковой день со дня смерти Владимира Павловича Березина. Собрались родные, друзья – ветераны-пограничники, ветераны разведки... Вспоминали… Мы тоже захотели вспомнить… И хотим, чтобы и вы, дорогие читатели, знали и помнили, что жил в нашем городе вот такой скромный и неприметный с виду, но на самом деле – замечательный и очень заслуженный человек…

 

Почетный чекист

Фильмы из серии «Государственная граница» многие смотрели. Их достаточно часто повторяют по разным каналам. Так вот, последний фильм повествует о событиях в Закавказье – а именно о ликвидации пограничниками натовской разведывательно-диверсионной группы. Конечно, картина художественная, там много чего придумано в сюжете, но факт этой самой ликвидации документален. Это было. И в успехе этой сложной операции огромная (а возможно, и решающая) заслуга группы тогда еще капитана Березина. Говорят, что именно за нее Владимир Павлович был удостоен звания «Почетный сотрудник госбезопасности» (официальная формулировка: «За вклад в оперативное обеспечение охраны Государственной границы»). Это не очень известная, но очень высокая награда – выше ордена…

Полковник Владимир Березин,  почетный сотрудник госбезопасности.
Полковник Владимир Березин, почетный сотрудник госбезопасности.

…Начиналось все в далеком 1966-м, когда паренька из тюменской глубинки призвали в погранвойска. Служил он срочную в морской погранчасти в Абхазии. С тех пор Краснознаменный Закавказский пограничный округ стал для Владимира Березина и жизнью, и судьбой. Ведь после армии в Высшей школе КГБ имени Дзержинского он усиленно штудировал турецкий язык. А «специалист по Турции» мог служить только в Закавказье. В советские годы это был самый ответственный и самый оснащенный участок государственной границы. В те благие времена Турция была единственной из стран НАТО, с кем СССР граничил напрямую.

С этим государством у нашей страны исторически отношения неоднозначные. Примеров достаточно и в давней, и в недавней истории. Березин начинал службу тогда, когда со стратегическим противником у советской стороны были налажены вполне добрососедские отношения.

Общаться с турецкими товарищами приходилось часто… Это было только на пользу – особенно в плане совершенствования познаний турецкого. Ведь выпускники высшей школы КГБ и после ее окончания раз в два года экзамен по языку сдавали. Преподаватели приезжали прямо в округ… О том, какие они изобретали хитрые вопросы, чтобы сбить с толку даже уверенных в себе переводчиков, Владимир Павлович в свое время сам с улыбкой вспоминал. Каверзность вопроса обычно заключалась в разнице значений. Сыпались на этом, бывало, даже переводчики-азербайджанцы, хотя для них турецкий язык примерно то же, что для нас с вами украинский. Понятен без перевода. Вот только значения некоторых слов разнятся. Например, «субай». По-турецки это – офицер, а по-азербайджански – холостяк. Случалось, что, отвечая на хитро построенный вопрос про офицерскую службу, экзаменуемый начинал рассказывать совсем о другом…

Но и экзаменуемые не упускали возможности подбросить преподавателю каверзный вопросец. Березин, например, поинтересовался, как по-турецки называется вертушка для усиления скорости воды на плотине. Экзаменатор этого не знала, а узнав, смеялась: надо же – мулине (нитки для вышивания)… Они, и правда, имеют одну важную схожесть: нитки и та самая деталь – обе закрученные…

Про мулине и многие другие тонкости и нюансы Березин во время строительства плотины в Армении узнал. Там и советские, и турецкие специалисты тогда работали. «С блокнотом, – рассказывал Владимир Павлович, – тогда не расставался. Я по-русски порой не знаю, как та или иная техническая деталь называется… Так и работали: у наших про нее спрошу, потом иду к туркам про нее же спрашивать… Зато на экзаменах это потом помогало, и вообще, языковая практика была хорошая…»

 

Турецкая и иранская граница не один десяток раз пешком пройдена

Но главные «экзамены» были еще впереди. Армения, Азербайджан, снова Армения, Грузия – хронология и география 32 лет службы Владимира Березина. «Турецкая и иранская граница не один десяток раз пешком пройдена. И в основном по ночам», – говорил он с улыбкой и с такой любовью описывал буйное разнотравье Муганской степи и разноцветье тамошних тюльпанов – от игриво-пестрых до иссиня-черных, что невольно думалось, что этот полковник в отставке, ветеран разведки и почетный чекист в душе, похоже, еще и поэт, лирик…

Хотя профессия к лирике, конечно, не располагала. Офицер разведки погранотряда, старший офицер по первой линии (ведение оперативной работы за кордоном), начальник разведки отряда, замначальника разведотдела округа… Серьезный послужной список. И очень серьезная ответственность

Полковник в отставке Владимир Слепенок был сослуживцем и другом Березина, знал его с 1986 года. Говорит, что главным качеством Владимира Павловича была надежность. И в работе, требующей предельной концентрации и скрупулезности, и в человеческих отношениях, которые ох как жестко тогда проверялись на прочность.

Ведь даже в трагедии огромной страны СССР велика роль пресловутого человеческого фактора, когда личные амбиции и «козырные интересы» оказались для правителей важнее интересов государства. Советский Союз тогда защищали не правители, а люди, которые с Родиной в душе…

Владимир Георгиевич Слепенок вспоминает год 1988-й, когда обстановка в зоне ответственности Закавказского пограничного округа обострилась до предела. На участках Нахичевани, Пришиба, частично – Гадрута граница была «взломана». «Народный фронт» добросовестно отрабатывал вложенные в них деньги. Население они мутили активно. Вот и тогда – в этих массовых выходах на границу было много женщин и детей… Известная тактика…

…Тогда порядок все же навели. Но это было только начало. Потом грянули Сумгаит, Нагорный Карабах… Вдоль границы Баку – Ереван – Тбилиси было прервано железнодорожное сообщение, потом «стала» и автодорога.

– Мы перемещались на самолетах, вертолетах, – рассказывает Владимир Слепенок. – В разведуправлении у каждого налет был больше, чем у летчиков…

Когда округ выводили в Ставрополь, наши военные, в том числе и пограничники, в Закавказье еще оставались. Были созданы две войсковые группы – в Армении и Грузии.

Так что полковник Березин еще долгое время работал в Тбилиси. И семья была там вместе с ним. Друзья частенько пересекались по работе. Например, в начале первой чеченской кампании Слепенок был в командировке в Дагестане, возглавлял разведку, а в феврале менять его приехал командированный из Тбилиси Березин…

Друг и сослуживец опять повторяет: надежным Владимир Павлович был человеком… Скромным, негромким, зато честным. Ведь именно он во время инспекторской проверки начальника Пограничной службы России Николаева выдал ему полный аналитический расклад ситуации в Грузии и дальнейших перспектив нашей группировки в этой республике. Честно и без прикрас. А без прикрас перспективы получались нерадужными. Это многие видели и многие там, на месте, понимали, но сказал об этом прямо только Березин. Николаеву тогда это не очень понравилось… Но впоследствии произошло именно то, о чем предупреждал Березин. И именно так, как он об этом говорил… Но, кстати, Владимир Павлович продолжал служить в Тбилиси вплоть до момента вывода оттуда нашей группировки. Это было в 1997-м. Тогда он и уволился в запас. В Ставрополь приехал уже гражданским человеком. Получил здесь квартиру, устроился на работу... Что чувствовал, когда уходил на «гражданку»? Да, наверное, то же, что и все, для кого слова «Граница Родины священна и неприкосновенна» и «Не каждому дано ходить по краешку родной земли» (такие плакаты были в каждой пограничной части) полностью совпадали с мироощущением. Владимир Павлович сам говорил, что в душе была не обида даже, а боль за родную землю, по краешку которой ему довелось «проходить» тридцать лет своей жизни. Но, несмотря на эту боль, полковник Березин был благодарен судьбе, которая в далеком 1966-м рукой военкома привела его в пограничные войска. За друзей, которых подарила служба, и за то дорогое каждому пограничнику ощущение краешка родной земли, когда за спиной вся огромная страна – Родина.

…Мне кажется, и мы должны хранить и благодарность, и память. Ставрополь больше десяти лет был центром пограничного округа, история которого от момента становления и до нынешних дней полна примеров истинного служения Отечеству, истинного подвига. Пусть в той же Грузии сейчас не принято о подвигах советских пограничников вспоминать, но мы-то должны об этом помнить. Геополитическая катастрофа 1991 года изменила границы, но не историю. А она у нас с бывшими союзными республиками общая, хотят они того или нет. И еще, история – это люди. Они ее пишут (а точнее, создают) своими жизнями… А мы стараемся рассказать о таких людях, даже если их уже нет с нами. Чтобы помнили...

Фото Александра ПЛОТНИКОВА.

пограничники, госбезопасность, полковник Владимир Березин

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»