День, когда мы многое потеряли

Станислав Маслаков

День, когда мы многое потеряли

В жизни многих из нас бывают такие моменты, которые резко всё меняют. Отсекают будущее, которому мы были предназначены, делают мечты несбыточными, а жизнь – бессмысленной. Вот идёт девушка-спортсменка по улице, и внезапно её калечит ковшом рабочий экскаватора. Пройдёт несколько операций, со временем её выпишут из больницы, но дорога в спорт для неё закрыта. Или юноша, который всю жизнь мечтал служить в спецназе, тренировался, готовился – и уже перед призывом неряшливый врач делает ему укол нестерильной иглой. У парня заражение, долгая реабилитация, по итогам которой он теряет здоровье, и его комиссуют. Или женщина с ребёнком, оказавшаяся на пути пьяного лихача. Или школьник-очкарик, шахматный гений и будущий математик, которого решили «проучить» хулиганы, да малость перестарались, и парень после удара по голове навсегда теряет способность ясно мыслить и внятно говорить.

Все эти примеры – не фантазия автора, а реальные случаи из жизни. Действительные трагедии, перечеркнувшие судьбы конкретных людей. Именно такой трагедией стало для всех нас, осознаём мы это или нет, уничтожение Советского Союза. Ясное дело, что процесс это был долгий, у него много чёрных дат – от прихода к власти Горбачёва и чернобыльской аварии до подписания беловежских соглашений и претворения их в жизнь. Но, возможно, самым нелепым и позорным моментом было так называемое принятие государственного суверенитета РСФСР. То есть день, когда Россия отреклась от СССР. В истории человечества это беспрецедентный случай. Обычно даже слабеющая метрополия изо всех сил пытается удержать провинции, ищут те или иные способы сохранить государство. Даже потеряв какие-то регионы, стараются наладить такие плотные экономические и культурные связи, что полным развалом это не назовёшь. Российский парламент поступил ровно наоборот.
Фактически это было добровольным и неожиданным отделением метрополии от остальной империи. Под радостные вопли деморализованных баранов, к коим относился в том числе и малолетний на тот момент автор этих строк, нам объявили: теперь мы сбросим все эти республики с их проблемами, перестанем кормить и воспитывать – и заживём в своё удовольствие. Будем есть и одеваться как в Америке. Если бы развал страны прошёл по какому угодно другому сценарию, это, конечно, тоже была бы трагедия. Но то, что сделали мы, было ещё и предательством. Русские не просто отказались нести «бремя белого человека», отказались от всех обязательств перед народами, которые в разное время доверили нам свою судьбу. Мы предали их всех, а посредством этого – и самих себя.
Мне, конечно, возразят, что СССР на тот момент всё равно на ладан дышал. Что развал империи был неизбежен, и подвиг тогдашних властей заключается как раз в том, что смогли организовать его относительно бескровно. Что нет ничего общего у киргиза и эстонца, и не могли они существовать долго в одном государстве. Что это был выбор народа. Что коммунистические идеи протухли, а плановая экономика показала свою неконкурентоспособность. Что тогда у нас были очереди, карточки и пустые прилавки, а сейчас мы живём куда сытнее, а значит, обещание либералов, пусть и не сразу, было исполнено. Оправданий у предательства всегда много.
Я не знаю, можно ли было спасти Советский Союз в начале девяностых, но уверен, что его начали целенаправленно разрушать гораздо раньше. Я не уверен, что можно было подавить сепаратизм окраин без кровопролития и предложить всем народам СССР такую повестку дня, которая объединила бы нас и сплотила государство. Но я точно помню референдум, на котором большинство советских граждан выступили за сохранение страны и результатами которого тогдашние элиты просто подтёрлись. Я вижу, как Китай и Вьетнам успешно приспосабливают коммунистические идеи к новым планетарным реалиям и вырываются в мировые лидеры.
А ещё я вижу, как, несмотря на то, что мы стали есть и одеваться как американцы, мы на них похожи гораздо меньше, чем в прошлом веке. Во время встречи на Эльбе мы не смотрели на них снизу вверх, не так ли? И даже в восьмидесятые, когда наше внутреннее разложение было уже сильно, мы оставались народами сопоставимых масштабов, пусть и с разным образом жизни. А теперь мы – не только русские, но все народы бывшего СССР – не более чем папуасы для нынешних хозяев мира.
Я отдаю себе отчёт, что развал СССР помог подняться многим. Вчера он был мелким уголовником – а сегодня лидер национально-освободительного движения маленького, но гордого народа. Ещё недавно он воровал шпингалеты со склада, а сегодня – крупный политик и эффективный менеджер. Допускаю, что среди тех, кто приобрёл больше, чем потерял от этой катастрофы, найдётся и какой-то небольшой процент достойных людей.
Но что всё это для трёх сотен миллионов, потерявших будущее? Мы все что-то потеряли. Каждый по отдельности. А вместе потеряли гораздо больше.
В нашем календаре уже есть подходящая дата для главного общегосударственного праздника – 9 Мая. День, когда мы все вместе сделали невозможное. Вопреки всему и всем победили страшного врага и доказали своё право на жизнь. Есть ещё одна замечательная дата – 12 апреля. Мы снова сделали невозможное, снова задали всему миру новую систему координат, сделали нечто великое и прекрасное в масштабах всей человеческой истории.
Конечно, этот день – 12 июня – должен остаться для нас памятной датой. По аналогии с 22 июня. Вспоминая трагедию начала страшной войны, мы раз за разом осмысливаем те события, ищем ошибки в своих действиях. Так и в случае с 12 июня важно осознать масштаб катастрофы, найти причины её породившие и в конечном итоге – сделать невозможное. Исправить эту самую страшную ошибку в нашей истории, а возможно, и истории всего человечества.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»