Дом с привидениями-2

Тамара Коркина
В середине марта «Вечерка» рассказала о семье из пяти человек, по непонятным, на первый взгляд, причинам отказавшихся от пищи. Голодала «пятерка» единомышленников, по разным прикидкам, примерно полгода. Голодала не совсем чтобы уж вообще. Просто они пытались есть то, что вырастили сами, и то, что не помечено особым штрих-кодом. Вырастить они ничего не смогли, по причине полнейшей сельскохозяйственной безграмотности и, по утверждениям соседей, поголовной лени. А продуктов, не помеченных штрих-кодами, в природе почти не осталось. В конечном итоге вся семья Ишковых попала в больницу. Первые двое, мама Нина и несовершеннолетняя дочка, – в реанимацию. Остальные - в разные отделения психиатрической больницы.

Сказать, чтобы уж такой ажиотаж вызвало это событие, и не скажешь… Но реакция была. На другой день после выхода статьи в кабинет к автору пришли некие бледные личности, милые такие женщины, и, не представляясь, стали просить адрес больницы. С одной у меня вроде даже дискуссия случилась… И это были единственные визитеры, к их чести будет сказано, предложившие хоть какой-то разумный выход из этой ситуации. А не представились, скорее всего, потому, что именно с ними я уже много лет веду диалог на простую тему: правильно – не правильно. Что именно правильно, а что нет, поясню чуть ниже. А вот через месяц вдруг начали звонить «простые и верные» газете читатели. «Ну, как там они, Ишковы? Помог им кто-нибудь? Нет?»

Отвечаю: помочь пытались. Зная, что семья отказалась от документов, паспортов, всего того, что помечено «бесовскими» цифрами, пытались с ними наладить диалог социальные службы. Тщетно, к сожалению. Мама Нина заявила, что если им предоставят паспорта особого образца, без нумерации, тогда, может, еще подумают. А так они до сих пор как бы и не числятся в природе. Как привидения: вроде и есть, а вроде и нет их. Дети, сызмальства задавленные мамашиной волей и давно ставшие совершеннолетними, от документов тоже отказались. Ваня, единственный сын, должен бы получать пенсию по инвалидности, но отказался. Единственные деньги, которые смогли «добыть» для детей социальные службы, - 3 тысячи рублей. К чести врачей могу сказать, что все Ишковы теперь едят. Девочки просят сладкого, но на какие деньги покупать? Денег нет. Нет и самого необходимого, предметов гигиены, к примеру. Нет денег на погашение громадного коммунального долга. И если к зиме семья все-таки соберется под родной крышей, то зимовка будет трудной. По словам соседей, дом разваливается на глазах. В помощниках у Валерия, бывшего когда-то главой семьи, остались разве что врачи. Лечат, контролируют ситуацию, переживают за несчастных, одурманенных псевдорелигиозной доктриной людей.

Приходил в редакцию молодой человек, назвавшийся просто мирянином. Когда-то он тоже, что называется, «попал» на утверждения «отказников от ИНН». «Я тогда действительно решил, что все, что они говорят, истина. По счастью, вовремя задумался над природой этих утверждений. И расстался с сектой без особых для себя потерь. А многие ведь остались там…» Он пытался наладить отношения с Ишковыми, но бесполезно: слушать они его не стали. Может, послушали и послушались бы священников из наших приходов. В тот день, когда их увозили, я звонила в Андреевский храм, просила о помощи. Там сказали, что думают над этим вопросом. Думают до сих пор, к сожалению… А я снова, как и несколько лет назад, взялась за изучение этой тайны: что и как отвернуло столько народа от нормальной жизни? От церкви, в конце концов? Почему они поставили веру и мирскую цифирь на одну доску? Ответ на вопрос можно найти, если вернуться в 1999 год. Вам не кажутся символичными эти три последние цифры? Именно этот год стал «главным». В этом году государство объявило о введении налоговых новшеств, в частности, номера налогового учета – ИНН. Хорошо или плохо это в техническом исполнении, бог весть, но тут же появляются люди, утверждающие, что вот оно – число зверя. Почему, может, не самая удачная в техническом решении реформа обнажила именно это? Еще в библейские времена святой Андрей Кесарийский утверждал, что у людей, не принявших печать зверя, лица будут сиять божественным светом. Что такое «печать зверя», как она выглядит, святой не пояснил.

А тут в конце двадцатого века вдруг кино появилось – «Омен». Страшилка такая мистическая. Вот там она, печать то есть, и была показана во всех подробностях. Думаю, что для нашего впечатлительного зрителя «Омен» стал некой точкой отсчета. А кому-то это просто на руку оказалось… И пошло-поехало. С экранов начали выступать священники, «разъясняющие», как надо, а как не надо. Целые приходы до сих пор не могут выйти из ступора. К примеру, община Святого Николая, что в Москве на Берсеневской набережной, до сих без паспортов. Тамошние прихожане ценой мирских лишений пытаются получить право на царство небесное во главе с настоятелем. Да если бы только они! Священников, решивших, что вон оно, пришло время страшного суда, оказалось достаточно! В некоторых приходах батюшки исповедь не принимали, если человек признавался в страшном грехе: принятии ИНН, замене паспорта на новый и употреблении в пищу продуктов, помеченных штрих-кодом.

Я могу здесь назвать не меньше десятка таких священников, да места газетного жаль. Для успокоения верующих Патриарх Алексий издает специальное обращение, разъясняющее суть сугубо мирских новшеств. Но разве услышали подчиненные своего главнейшего начальника? Наметился раскол. Дальше можно много говорить о причинах расколов вообще и путях их преодоления. Но я человек не церковный, и, боюсь, у меня это просто не получится.

Возьму в помощники священника Андрея Кураева, на мой взгляд, способного говорить с мирянами понятным языком. В своей лекции «Механизмы создания сект и расколов в православной среде», опубликованной в приложении к «Журналу Московской Патриархии» , он напоминает о расколе уже случавшемся в православии. Большой Московский Собор 1666 г. утвердил никоновские реформы (при этом, правда, сняв с патриаршего поста самого Никона) и стал самым страшным врагом старообрядцев. И со временем в их среде появилась удивительная аргументация: смотрите, этот Никонианский Собор, утвердивший троеперстную печать вместо древнего двоеперстия, проходил в 1666 году - три шестёрки! Я просто восхищаюсь таким богословским поиском, полётом мысли этих людей. Дело в том, что когда проходил Собор, такого года вообще не было в календаре! Русь до 1700 г. жила не по европейскому календарю, а по древнецерковному. Собор проходил в 7174 г. от сотворения мира. Так это надо же было ухитриться перевести с церковного календаря на иностранный и на этом основании сказать: видите, вот оно! Вот они, долгожданные три шестёрки! То же самое делают сегодня, когда показывают на штрих-кодовый штакетник и говорят: знаете, да, с точки зрения нашего человеческого языка, это не шестёрки, компьютер, честно говоря, там тоже шестёрок не видит. И, тем не менее, если вот так и так посмотреть, будут шестёрки. Если там что-то приписать, что-то отрезать, что-то добавить - получится то, что надо. Но ведь с чего-то же все началось? Было же самое-самое начало? А вот тут и есть у меня ответ. И страшное кино тут, похоже, ни при чем. Все проще гораздо и политичнее, что ли…

Оказывается, всю эту круговерть с ИНН, штрих-кодами и прочим закрутила парочка американцев. Некий Кол Сандерс, ученый, якобы разрабатывавший микрочипы, концепцию подсчетов и слежения за народами, признался, что кроется в его работе определенная тайна… И находятся умники, переиздающие его труды! «Вот видите, автор же признался!» И под этим лозунгом православные верующие начинают их изучать. А среди них тут же находятся грамотные «микробиологи», разъясняющие, что все это Колу «однажды явилось»: дьявол искушающий, 666, Господь разъясняющий… Я читала все это. Поверьте, бред в духе Голливуда. Но как в детской считалке: «На Колу мочало…» А в Греции? Впервые в Греции сообщения о тождестве штрих-кода и печати антихриста пошли со ссылками на книги американской писательницы Мэри Рэлф. Ей тоже «Святой Дух» открыл, что штриховой код имеет цифру 666, и тот, кто приобретает товары с этим кодом, получает в придачу печать антихриста. По этому поводу греческий митрополит Мелетий совершенно справедливо заметил: «Странно и больно видеть, как богословы, монашествующие, священнослужители, вдохновлённые идеями г-жи Рэлф, рьяно протестуют против использования штрих-кода. Они рассуждают об антихристе и его печати, хотя очевидно, что эти рассуждения никак не могут быть названы богословскими, поскольку все доводы заимствованы из чуждой Церкви среды. Если с г-жой Рэлф говорил не Святой Дух, то, значит, какой-то другой дух, — а какой именно, можно узнать по плодам его учения. Нельзя запугивать народ и наносить вред Церкви».

Что мы имеем в остатке? Искалеченные судьбы, исковерканную психику последователей Сандерса и Мэри… Родители, объявившие себя истинно верующими, забирают из школ детей. Там якобы детей растлевают. Был период, когда детей отвозили в монастыри, «к старцам». Вспомните историю Ишковых. Там тоже дети подверглись процедуре отлучения от общества, а девочки побывали в монастыре. А теперь вся эта семья со своими сложными и во многом не решаемыми проблемами легла на общество. Их надо лечить, кормить, дать им жилье, хотя бы приближенное к нормальному. Слушать мирских людей они не хотят. Церковь их тоже списала со счетов. Что с ними будет дальше? Думаю, что ничего хорошего. И жаль, что нельзя призвать к ответу тех, кто в свое время позволил и смог уничтожить эту семью, бывшую когда-то дружной и трудолюбивой. А теперь вот…

Наталья Буняева.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов