«Этот путь мы пройдем вместе...»

Лариса Денежная

В этом году — не до особых торжеств. Невидимый, доселе неизвестный нам вирус внес коррективы и в нашу жизнь, и в работу всех, кто имеет отношение к медицине. Впервые за многие годы не объявляли традиционный конкурс профессионального мастерства, приуроченный ко Дню медицинского работника. И не только из-за режима изоляции. У всех работников сферы здравоохранения сегодня напряженный труд - водителей скорой помощи и санитаров, эпидемиологов, лаборантов, медсестер, врачей... Пандемия новой коронавирусной инфекции устроила всем проверку на прочность и профессионализм, верность клятве Гиппократа. Номинировала всех работников сферы здравоохранения на звание лучшего в своей компетенции. И не только за их труд, но и за самоотверженность. Спасая больных, в России заразились COVID-19 более двадцати процентов медработников, десятки погибли.

Наш сегодняшний рассказ — о тех, кто находится на передней линии борьбы с инфекцией. Три месяца назад горбольница № 2
г. Ставрополя была перепрофилирована в COVID-госпиталь, который принимает больных из всего края.

 

Дежурная смена приемного отделения  (слева направо): Наталья Тишкова,  Наталья Фефелова, Анисат Магомедова,  Цыбац Абдулмеджидова.
Лариса ДенежнаяДежурная смена приемного отделения (слева направо): Наталья Тишкова, Наталья Фефелова, Анисат Магомедова, Цыбац Абдулмеджидова.

То, что у городского многопрофильного стационара сейчас другая жизнь, чувствуется сразу, едва попадаешь на территорию больницы. Раньше она была оживленной — кто-то прогуливался, кто-то шел на процедуры, проведывал больных родственников. А тут — тишина, ни души. За шлагбаум на въезде периодически проникает только санитарный транспорт, который встречают сотрудники больницы в защитной экипировке с головы до ног.

В кабинете главного врача Анатолия Былима после короткого приветствия пришлось сразу прервать разговор. Его нарушает телефонный звонок. По обрывкам фраз главврача насчет процента сатурации (наверное, этот медицинский термин, который постоянно звучит с телеэкрана, знают все — насыщение крови кислородом. – Л.Д.) у больного понимаю: речь идет о возможности транспортировки пациента в Ставрополь из региона Кавминвод. Нет, сообщает доктор, пациента можно не довезти.

Реанимобиль привез больную из Благодарного.
Лариса ДенежнаяРеанимобиль привез больную из Благодарного.

К таким звонкам Анатолий Былим уже привык. Звонят и ночью. Собственно, между этими телефонными трелями главврачу «ковидного» госпиталя и удается поспать. Звонят не только с территорий края. Приходится решать вопросы и с коллегами — закончился кислород, нужны медикаменты или расходные материалы. Да мало ли какие экстренные проблемы не возникают! Анатолий Игоревич тут же добавляет: его коллеге, начмеду Марине Владимировне Кастровской, еще тяжелее. Вот ей-то уже три месяца хорошо выспаться не удается: в основном она занимается вопросами   перевода тяжелых больных, их транспортировки, приема, определения степени тяжести.

Звучит — как о работе медиков в военной обстановке. Анатолий Былим поясняет: мол, стационар сегодня живет практически по законам чрезвычайного положения. Названия отделений сейчас — условны.   В разговоре хотя и упоминают хирургический корпус, но все знают, что здесь - «красная зона» для «ковидных» больных. А их сортировка при поступлении идет именно по тяжести состояния. Легких больных в этом корпусе нет. Разница лишь в том, что одни находятся в палатах с подключенным кислородом, а другие — на аппаратах ИВЛ.

Распоряжения в условиях чрезвычайного положения не обсуждаются, а выполняются. Вот и выбор краевым минздравом их стационара для перепрофилирования в «ковидный» госпиталь главврач принял к исполнению. В первую очередь исходили из возможности лечебной и диагностической базы больницы — наличия реанимационных коек трех отделений хирургического профиля, оборудования и квалификации персонала.

 

Стационар перепрофилировали в сжатые сроки

– Что было самое трудное? - спрашиваю у главврача.

– К чему готовиться, мы знали. По телевидению уже видели Китай, Испанию, Италию. Общались по телефону со своими европейскими коллегами и московскими.   Не скрою: были сомнения сначала, много вопросов - в основном они касались безопасности, режимов работы. Все знали, что большой процент медиков болеют. А у сотрудников — у кого-то дети маленькие или сопутствующие патологии, ограничения по возрасту для тех, кто старше 65 и кто просто физически не сможет выдержать таких нагрузок. Нужно было определиться, кто будет работать. Срочно переделать обычный многопрофильный стационар для работы с особо опасной инфекцией. А это перегородки, зоны, схемы движения сотрудников и пациентов, питание, смена постельного белья... Средства индивидуальной защиты, которые искали по всей стране: в Интернете, в других городах. Помогали спонсоры, общественные организации, минздрав. Откликнулся город и лично проявил участие тогдашний глава Ставрополя Андрей Хасанович Джатдоев. Помог организовать обеспечение одноразовой посудой для больных, СИЗами. Производство средств индивидуальной защиты запустили на базе «Блокпоста» - здесь быстро нашли материалы для пошива, стандарты для их изготовления. Компания «Эвилин» - за что отдельное спасибо ее руководителю Владимиру Ткаченко - подарила нам огромное количество респираторов и других средств защиты, которых в то время катастрофически не хватало.

Закончилась смена.  Можно снять маски, защитную одежду и отдохнуть.  Медсестры больницы (слева направо) Людмила Теликова,  Ирина Касимова, Татьяна Конаныхина.
Лариса ДенежнаяЗакончилась смена. Можно снять маски, защитную одежду и отдохнуть. Медсестры больницы (слева направо) Людмила Теликова, Ирина Касимова, Татьяна Конаныхина.

Переоборудование больницы начали 29 марта. С 3 апреля прекратили госпитализацию новых пациентов, выписали больных и вплотную занялись перепрофилированием хирургического корпуса. Как рассказывал Анатолий Былим, работали сутками, без выходных. Для приема больных с пневмониями устанавливалось новое оборудование, велась разводка для подачи кислорода в палаты. Шаг за шагом многопрофильный стационар превращался в COVID-госпиталь. Перепрофилирование удалось завершить в сжатые сроки — за две недели. В больнице подготовили более 160 коек для больных, нуждающихся в кислородной поддержке, из них 24 — подключены к аппаратам ИВЛ. А всего развернули под новый профиль 233 койки.

Тогда еще никто не знал, что отвоевывая больных у смерти, возвращая их к жизни, сами врачи, медсестры и другой медперсонал станут мишенью агрессивного вируса. 35 медработников больницы будут заражены COVID-19, в том числе и главный врач. А у кое-кого пострадают и родственники...  

 

Поток больных идет до глубокой ночи

Приемное отделение больницы. Его сотрудники первыми сталкиваются с больными. На металлической двери — предупреждение: трое-
кратное «STOP! COVID-19» и красная надпись «Проход запрещен». Это новые реалии стационара. Здесь - «красная зона». Вход только для медработников в защитных средствах. А больных сюда в основном завозят на колясках и каталках.  

Для журналистов нет никаких исключений. И короткое интервью с работниками приемного отделения — паузы в их работе бывают недолгие — я веду с улицы. Мы — по разные стороны окна.

Руководитель методкабинета Садия Федорченко, сопровождающая меня по территории больницы, представляет: за старшую здесь - Наталья Фефелова, которая тридцать лет отдала медицине. Интересуюсь, как изменилась работа приемного отделения после перепрофилирования.

– У нас и раньше было много больных, но плановых, - говорит Наталья Александровна. - А сейчас в основном тяжелые, реанимационные. Это непрерывный поток больных, особенно с обеда и до глубокой ночи. Их везут из всего края. Больные подключены к портативным аппаратам ИВЛ, к капельницам. И наша задача - быстро передать их в отделения. Но перед этим выполнить необходимые обследования — рентген, мазки, анализ крови. Вызываем для консультации специалистов - терапевта или реаниматолога. Хотя последнего — чаще...

Как рассказала Наталья Фефелова, вначале было многое непонятно - никаких инструкций, алгоритма работы на тот период. Был какой-то страх перед неизвестностью. Вместе с администрацией больницы начинали с нуля, изучали опыт других регионов, думали, как перестроить работу. Стали самостоятельно проводить зачеты для медперсонала. Учились, как костюмы надевать, себя обрабатывать, проводить дезинфекцию в отделении после каждого больного. Условия работы были неординарные, непривычные:

– Когда выходишь на улицу после суточного дежурства, сразу хочется вдохнуть глоток свежего воздуха. Легкие не выдерживают постоянного ношения масок и респираторов. Раздышаться сразу тяжело. Легкие «стоят».

Их коллегам, которые в полной защитной экипировке транспортируют больных с территорий края, как заметила Наталья Фефелова, не легче. В дороге находятся по нескольку часов, особенно из дальних районов, да еще в такую жару. Сотрудники «скорой» приезжают все мокрые.

Вместе с Натальей Фефеловой на смену заступили медицинская сестра Цыбац Абдулмеджидова, младшая медсестра по уходу за больными Наталья Тишкова, врач-терапевт Анисат Магомедова. Через маску на меня смотрели молодые глаза. Глядя на Цыбац и Анисат, подумала: «А ведь совсем еще девчонки. Как им работается в таких условиях?». Цыбац Абдулмеджидова, как выяснилось, работает в больнице после окончания медколледжа первый год. Готовили ее как медсестру общего профиля. Когда попала в приемное отделение, думала, что в этом подразделении полегче, чем в той же хирургии. А тут - бах, коронавирус и карантин. «Девочка ответственная, не боится ничего. Анализы у «ковидных» больных берет без страха», - отозвалась о медсестре Садия Федорченко. На что Цыбац добавила: мол, это ее медицинская обязанность. И нужно быть готовой выполнять любую работу. Особенно сегодня, когда молодым пришлось заменить взрослых коллег.

С утра эта смена приняла четверых больных — из Невинномысска, Светлограда, двоих из Ставрополя. Одного тяжелого направили в реанимацию на аппарат ИВЛ.

Нашу беседу пришлось прервать — к приемному отделению направлялся реанимобиль. Из Благодарного привезли пожилую женщину с СOVID-19. Больную пересадили на коляску, приняли сопроводительные медицинские документы. И дверь приемного отделения сразу захлопнулась.

 

«Все кардинально поменялось»

Первое время многие медработники практически жили в больнице, не уходя домой. Боялись подвергать риску своих близких, у кого-то - маленькие дети, у кого-то - беременная жена. Кто мог, отправил своих детей к родственникам. Другие сотрудники, когда закрыли детские сады, оставили детей на бабушек и дедушек, мужей. Сейчас в двух отделениях, приспособленных под общежития, медработники отдыхают между сменами. Здесь можно принять душ, поесть. Медперсонал меняется через каждые шесть часов, за сутки отрабатывая по две смены: иначе через несколько часов после работы в респираторах медики начинают задыхаться. Администрация второй горбольницы с момента перепрофилирования стационара позаботилась о создании условий для сотрудников, особенно после телесюжетов, на которых были запечатлены врачи, спящие прямо за столами и даже на полу в других регионах. Чтобы пообщаться с работниками больницы, мы и поспешили в общежитие.

- Все кардинально поменялось, - рассказывает врач - анестезиолог-реаниматолог Сергей Плаксин, которого мы буквально перехватили на бегу. - Условия труда совершенно другие — мы работаем в защитных костюмах. Опыта работы с этим заболеванием не было. Мы лечили пневмонии, но «ковидные» - совсем другие. Они протекают крайне тяжело, а при мнимом благополучии может наступить резкое ухудшение. Поражаются не только легкие, но и другие органы при сопутствующей патологии - головной мозг, сердечно-сосудистая система.

Доктор Плаксин тоже не избежал COVID. Заболел спустя десять дней работы больницы в новых условиях.   Когда появились первые симптомы — температура 39, озноб, кашель, понял: настиг COVID. А через два дня пришло подтверждение: положительный тест на коронавирус. Развилась двусторонняя пневмония, одышка. Тогда переболели несколько сотрудников, в том числе и главный врач. На себе испытали коварство нового вируса и приобрели собственный опыт его лечения.

 

Больные узнают нас по голосу

Редкая удача даже для журналиста — вот так, без защитной экипировки сейчас увидеть медработников и показать героев сегодняшнего дня без масок. Медсестер высшей категории хирургического отделения Ирину Касимову и Татьяну Конаныхину, младшую медсестру по уходу за больными Людмилу Теликову больные узнают разве что по голосу и по комплекции. Ирина Касимова в связи с этим шутит: мол, ее видно издалека.

«Ой, мы сейчас некрасивые», - услышала я в ответ на просьбу сделать фото для газеты. Следы от очков, мешки под глазами и опухшие веки - последствия их сегодняшнего труда. Все-таки уговорила: разве кто-то сейчас обращает на это внимание? Ведь для больных — они спасители, самые лучшие. Так пусть героев знают в лицо!

Не все сотрудники из коллектива их хирургического отделения остались работать. Кто-то не смог по состоянию здоровья, кто-то по возрасту. Выбыли и те, у кого проб-лема со зрением — запотевают очки, если сверху надевать защитные. Так что к работе в COVID-госпитале приступили половинным составом.

- За три месяца мы сроднились все, стали как единое целое, - рассказывает Ирина Касимова. - Раньше было разделение труда, у каждого — свой функционал. А в нынешних условиях, когда запарка такая, об этом и не думаешь. Видим: нужно помочь, спешим на выручку. Могу работать и за буфетчицу, и за санитарку. Помыть больного, вынести мусор, перестелить постель.

Самыми трудными, как рассказали мои собеседницы, были первые три недели. Все было новое — другие препараты и дозировки, другой уход за больными. Раньше пользовались кислородными подушками, а сейчас — проводным кислородом. Нужно было знать, как и сколько давать его больному. На бегу усваивали новые схемы работы и перестраивались.

Но тяжелее было другое — когда помочь больному не в твоих силах.

– Поступил к нам 51-летний мужчина, - рассказывает Ирина Касимова. - Был на заработках в Москве, там и заразился. Когда пришла на дежурство, мне по смене передают: мол, мужчина «тяжелый», задыхается. Все время просит дать кислород - больному его не хватало. Вообще, у многих наших пациентов - панический страх, что задохнутся. Вечером состояние мужчины ухудшилось. Вызвала дежурного терапевта. На каталке перевезла его в реанимацию, уложила. И в этот момент увидела в его глазах — никогда не забуду - такую мольбу о помощи. За всю жизнь у меня было всего несколько таких больных. А через два дня сказали, что он скончался...

Но были и другие истории. Татьяне Конаныхиной запомнилась такая больная:

– Вот сегодня выписалась женщина. Сама медработник. Поступила в реанимацию, очень «тяжелая». Была на аппарате ИВЛ, потом ее перевели к нам. Больная была до такой степени слабая, что не могла себя обслуживать, есть, разговаривать. Мы ее, можно сказать, вытащили. Капали плазму, эритроциты — у нее был низкий гемоглобин. Женщина стала на глазах поправляться. Состояние улучшилось.

Сестрички отмечают: сегодня в корне поменялось отношение больных к медработникам. Сейчас они за все благодарят. Воды подали или таблетки, сделали укол, измерили давление — тут же спасибо.

В отделение часто поступают семьями — муж-жена, мать-дочь. И это — тоже особенность нынешней пандемии. Людмиле Теликовой запомнилась одна пожилая супружеская пара. «Скорая» привезла больных вечером. Они, как выяснилось, оказались диабетиками. При таком заболевании важен режим питания, а ужин в больнице давно прошел. Людмила Теликова обратилась к другим больным: мол, миленькие, выручайте, дедушку с бабушкой нужно покормить, сахар у них снизился. Нужны углеводы. Так они полный пакет наложили всего. Супруги потом не раз вспоминали и благодарили свою спасительницу.

К слову, Людмила Теликова — многодетная мать, самой младшей дочери — четыре года. И малышка уже знает: сегодня мама надолго уйдет на работу, а она будет по ней скучать.

У Ирины Касимовой дочь намного старше. Но, когда заводим разговор о том, как реагируют на их работу домочадцы и дети, у нее наворачиваются на глазах слезы. Дочь с детства была у Ирины на работе, видела ее изнутри. Понимала, почему в праздники, когда мама уходила на дежурство, она оставалась одна. Когда-то Ирина сказала дочери: «Я выбрала медицину. И этот путь мы пройдем вместе». Такой же посыл был и у главного врача больницы Анатолия Былима, когда он собрал коллектив и честно сказал: риски есть, сотрудники должны сами определиться, кто останется с ним в команде, чтобы пройти вместе этот путь.

 

Завтра многие медработники встретят свой праздник на рабочих местах. Так случилось, что пациентом второй горбольницы недавно был и главный редактор нашей газеты. Свою благодарность врачам он выразил в поэтическом послании, посвятив его хирургу Сергею Алексеевичу Бойкову, а в его лице - всему коллективу больницы, всем людям в белых халатах.

Не напрасно, знаю, не напрасно

Весь, как говорится, круглый год

Окна в ординаторских не гаснут

Болевые ночи напролёт.

 

Не напрасно в этом вечном круге,

Где достойных дел наперечёт,

Строгие, но добрые хирурги

Начинают утренний обход.

 

Не напрасно шансы возродиться

Врач даёт растерянным больным,

И живут негромкие больницы

По бессонным графикам своим...

Михаил Василенко.

 

пандемия новой коронавирусной инфекции, День медицинского работника

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

Алиса Алиса
Алиса Алиса | Пожаловаться  0
Перед тем как идти в медицину лучше все очень хорошо обдумать) Ведь это очень ответственная работа и даже после универа необходимо повышать свои знания. Я например проходила повышение квалификации https://institut-medicina.ru/ и теперь советую всем коллегам) Удобно что обучение проходит дистанционно и можно совмещать с работой)
1

Другие статьи в рубрике «Здоровье»

Другие статьи в рубрике «Общество»



Последние новости

Все новости