Герой или предатель?

Елена Павлова

Сегодня в Новочеркасске состоится совет атаманов, где будет рассмотрен ряд конкретных мер по реабилитации генерала кавалерии Петра Краснова, в 1918 - 1919 -х годах атамана Всевеликого войска Донского, ставшего во время восстания донцев во главе Казачьей армии. В 1919-м он эмигрировал в Германию. В 40-х, согласно официальной трактовке советских лет, возглавил Главное казачье управление, занимавшееся формированием казачьих частей для борьбы с СССР. По приговору Военной коллегии Верховного суда СССР П.Краснов был повешен в Лефортовской тюрьме 17 января 1947 года. А в день 61-й годовщины казни совет атаманов Всевеликого войска Донского создал рабочую группу по его реабилитации, которую возглавил непосредственно атаман войска и депутат Госдумы России Виктор Водолацкий.

От полной поддержки до обвинений в кощунстве

Общественная реакция на эту инициативу крайне неоднозначна. Оценочный диапазон – от полной поддержки до обвинений в кощунстве.

Мнение первое. Украина реабилитирует Шухевича и Бендеру, Прибалтика готова признать национальными героями всех фашистских приспешников разом. Кажется, эта тенденция – единственное, что объединяет бывшие советские республики. Мы что – тоже хотим быть сопричастными к этому процессу?

Мнение второе. По закону реабилитацией в России занимаются не советы атаманов, а прокуратура, ФСБ, Верховный суд. И лучше не усугублять раскол в обществе, потому что даже попытка реабилитации этого человека может вызвать протест людей.

В то же время заместитель атамана Всевеликого войска Донского по идеологической работе Владимир Воронин так объясняет позицию войскового совета атаманов:

– Для нас Краснов – наиболее заметная фигура. Поэтому его реабилитация – это реабилитация всех погибших и репрессированных казаков. Те обвинения, которые были против него выдвинуты, неправомерны. Он был осужден по статье: «Измена Родине», хотя никогда не являлся гражданином советской России. В годы гражданской войны велся целенаправленный геноцид казачества, уничтожались миллионы казаков, а потому многие казаки, в том числе и Петр Краснов, Вторую мировую войну восприняли как продолжение гражданской. Кроме того, генерал Краснов не призывал людей воевать против России – он призывал к борьбе против большевиков, не принимал участие в боевых действиях и не отдавал приказов.

Епископ Ставропольский и Владикавказский Феофан в интервью радиостанции «Эхо Москвы» высказал несогласие по этому поводу:

– Подобных людей, - сказал владыка, - стараются оправдать тем, что они боролись против Советской власти. Но на фронтах, куда они отправлялись, не было Сталина, а были простые люди...

Славное начало

Так кто же он – генерал Краснов, славно начавший путь служения Родине в возрасте 21 года и бесславно закончивший его 78-летним стариком в Лефортовской тюрьме с формулировкой «Измена Родине»?

Потомственный казак и потомственный военный, сын генерала царской армии, служившего в Главном управлении иррегулярных (казачьих) войск. За первые пятнадцать лет воинской службы судьба побросала Краснова по городам и весям. Работал в составе Российской императорской миссии в Абиссинии, был даже награжден орденом звезды Эфиопии, потом командирован на Дальний Восток для изучения быта Маньчжурии, Китая, Японии, а следом – в Закавказье для изучения быта и жизни казаков на турецкой и персидской границах. К моменту начала первой в своей жизни широкомасштабной военной кампании уже имел боевой орден Святого Святослава. В русско-японскую войну заслужил еще два ордена: Святой Анны и Святого Владимира.

В Первую мировую Петр Краснов вступил уже полковником и комполка, через три месяца за отличие в боях был произведен в чин генерал-майора. Под его началом – уже бригады, а через некоторое время – и дивизии. При отступлении русских армий в 1915 году казачьи части под командованием генерала Краснова выполняли самые трудные и ответственные задания по прикрытию отходящих пехотных и артиллерийских частей.

Краснова высоко ценит командование, он награжден Георгиевским оружием и орденом Святого Георгия. Вот выдержка из приказа, в котором отмечены действия 2-й сводной Казачьей армии: «Ваш кровавый бой 26 мая 1916 года у Вульки-Галузинской – новый орден Славы в истории ваших полков. Бой воочию показал, что может дать орлиная дивизия под руководством железной воли генерала Краснова».

Хоть с чертом – только против большевиков

В феврале 1917-го Краснов, уже имевший чин генерала кавалерии, надеялся на установление конституционной монархии. Керенского, которого весьма недолюбливал, поддержал по причине отсутствия выбора. «Хоть с чертом – только против большевиков» - его формулировка, его убеждение, которое, скорее всего, и сыграло в жизни Краснова роковую и трагическую роль. Попытка взять Петроград провалилась. И Краснов едет на Дон, его избирают атаманом Всевеликого войска Донского. Указ, положивший начало поголовному геноциду казачества, был издан ровно 89 лет назад – 24 января 1919 года. И хотя исполняли его рьяно, еще 80 лет само содержание указа было засекречено. Но историки говорят, Краснов был знаком с этим документом – во всяком случае примерно с этого времени Донская армия под его командованием начинает активные действия против Советской власти. «Хоть с чертом – только против большевиков» - это теперь уже не о Керенском, а о немцах. Их он берет во временные союзники. Да, собственно, опереться командиру Донской армии было особенно не на кого. Добровольческая армия Деникина начала активные действия лишь после отставки Краснова – до этого времени «добровольцы», по сути, молча наблюдали за истреблением Донской армии... Ну а путь Краснова был предопределен – эмиграция, Германия.

В эмиграции у него вышло больше двух десятков книг, посвященных истокам, быту и традициям казачества. По мнению экспертов, они представляют собой громадную историческую, культурную, духовную ценность...

Но если судьба и боевой путь генерала Краснова до эмиграции не представляют никакой тайны – сохранились документальные свидетельства, то в отношении его участия в формировании казачьих частей, воюющих на стороне вермахта, что-либо безапелляционно заявлять сложно. Да, он значился в руководителях Главного казачьего управления, но о том, работал ли он там или позволил просто использовать свое имя, верный давнему убеждению: «Хоть с чертом – только против большевиков», толком ничего неизвестно. Известно лишь, что Краснов сам определил свою судьбу в период окончательного разгрома фашистской Германии. Точнее – оставив свой дом и приехав в «Казачий стан», решил разделить судьбу с теми, кто ему верил. Передан советским властям союзниками-англичанами. По приговору суда повешен. Все. Архивных данных практически нет, свидетелей и очевидцев, находившихся в ту пору рядом с генералом, по известным причинам – тоже давно уже нет на свете.

Вот такая неоднозначная личность – генерал кавалерии Краснов. Потому и отношение к нему неоднозначное. Одни считают его предателем и врагом России и народа, другие – патриотом и защитником казачества.

Чаша весов

Я позвонила в Ставропольский округ Терского казачьего войска, чтобы узнать мнение наших казаков об инициативе ростовчан. Мне посоветовали поговорить с председателем суда чести СО ТКВ Петром Федосовым. Петр Стефанович (он ученый-исследователь, заместитель директора Ставропольского филиала МГГУ имени Шолохова) долгие годы изучал творчество и жизненный путь генерала Краснова, полностью поддерживает работу по реабилитации.

– Краснов не был врагом России, - говорит он. - Петр Николаевич был врагом большевиков и боролся с ними всеми силами. Я с огромным уважением отношусь к епископу Феофану, уважаю его мнение. Согласен, не все можно оправдать борьбой с большевизмом. Но это настолько сложная тема, что однозначного ответа здесь быть не может. Краснов не был на фронтах во время Великой Отечественной, где, как говорит владыка, «не было Сталина, а были простые люди». Во-первых, в 40-х годах он был уже очень пожилым человеком. И скорее всего согласился быть неким флагом, рупором той идеи, которая была для него главной всю жизнь – сохранение казачества как уникального этноса, который, к сожалению, той Советской властью, которую он знал, истреблялся на корню. Выкорчевывались и люди, и традиции. Именно те традиции, о которых писатель и исследователь Краснов писал: «Традиции – это неписаный закон, который является духовным мостом к славным подвигам предков, соединяет прошлое с настоящим. Это то, что возвышает душу человека, и в решительный и смертный час помогает ему победить страх смерти. Это то, что соединяет всех казаков в единое дружное братство – рыцарство»... Да, Бог наделил генерала Краснова еще и заметным литературным даром. Я перечитал множество его книг – так может писать только человек, любящий свою землю... Поэтому я никак не могу оценивать Краснова ни как врага, ни как предателя. Почему он согласился быть рупором создания казачьих отрядов под эгидой вермахта, безоглядно поверил, что немцы помогут избавить страну от большевизма, что дадут возродить казачество? Я не знаю, почему. Но я точно знаю, чего не делал Краснов, в чем бы его ни обвиняли. Он, например, не был на съездах казаков, которые с согласия немцев были проведены на оккупированных территориях в 1942 году в Новочеркасске и Ставрополе. Гитлеровцы находились на подступах к Сталинграду. Поддержка обиженного Советами казачества была им стратегически важна. И тут были практически все известные руководители казачьего движения, из тех, кто принял сторону вермахта. А Краснова не было – ни в Новочеркасске, ни в Ставрополе... Вроде бы руководил, вроде бы что-то формировал, а там, где, по логике, должен бы быть в первую очередь, не был... Потому я и говорю – скорее всего, генерал Краснов просто позволил использовать свое имя как рупор... Я – за реабилитацию Петра Николаевича Краснова, хотя не думаю, что это произойдет в скором времени. Но я поддерживаю инициативу донцев уже только потому, что борьба за восстановление честного имени генерала Краснова подразумевает, в первую очередь, изучение тех «белых пятен» его биографии, которые до сих пор надежно закрыты в архивах. Я – за то, чтобы эти архивы открыть. И уж тогда решать – какая чаша весов перевесит: первая – в которой военные заслуги в русско-японской и Первой мировой, ценнейшие литературные и исследовательские труды о казачестве, или вторая, в которой пока больше вопросов, чем ответов... Ну а мое мнение – последние годы жизни генерала Краснова – это не только его личная трагедия. Это трагедия нашей страны, в которой даже беззаветно любящего ее человека может постигнуть такая участь.

P.S. Уважаемые читатели, мы не навязываем вам никакого мнения. Мы приглашаем вас к размышлению. Как вы относитесь к инициативе реабилитации генерала Краснова? Он ведь историческая личность, следовательно – история. А история у нас общая. Ждем ваших откликов.

pavlova@vechorka.ru и по почте.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов