Гражданин строитель

Наталья Буняева
Уж больше ста лет прошло, а жители улицы Чкалова до сих пор: «А где это? У Гончаровых? Ну правильно, у Гончаровых!» Город мы строим давно. А что знаем о строителях? Тех, кто возводил наши улицы, дома, создавал неповторимый облик города, старался увековечить не столько свое имя, но создать основу для памяти? Вот Римма Николаевна Науменко, правнучка человека, выстроившего целую улицу в Ставрополе. Ну, может, не просто улицу – переулок Кандауровский… Да не просто выстроил, а сделал так, что улица эта стала родной для его огромной семьи! А еще две школы построил, а еще печей сложил несчитано! Извольте познакомиться: Семен Александрович Гончаров. Откуда прибыл к нам – неизвестно. Но известно, что супруга его, рожденная в 1869 году, Наталья Лаврентьевна Крайнева, дочь солдата, четверть века, как и положено тогда, верой и правдой отслужившего России. Лаврентий Крайнев, ее отец, женился на крепостной крестьянке Федосье Чумаченко. Федосья Петровна родом была из Екатеринославля, в крепости состояла с рождения. Видимо, сумел солдат выкупить жену… Жили супруги на Ольгинской улице, теперь это улица Мира. Дочь свою, Наталью, как раз и выдали замуж за Семена Гончарова. Он уже успел поработать в духовном училище, уже вовсю выкладывал печи, уже был подрядчиком, по-нашему – прорабом. И очень хотел иметь семью. Чтоб детей побольше! И родили Гончаровы восемь детей! Девочек шестеро, мальчиков пара. Дети подрастали, и родители их устраивали так же, как и сейчас: нужен дом, нужно образование, нужно сделать так, чтобы дети создали хорошие семьи. Тем более что пример, мать и отец, перед глазами. Семен Александрович начал строить дома для детей. И построил всем по домику, как раз в переулке Кандауровском. Ныне — улица Чкалова. Окончание на 3-й стр. Начало на 1-й стр. Римма Николаевна Науменко — внучка Агриппины Гончаровой, второй дочери строителя. И, конечно, судьба бабушки ей известна лучше, чем судьбы других детей Семена Александровича. По прямому родству, по испытаниям, выпавшим на долю. Итак, Агриппина, Грунечка, была милой и непоседливой девочкой, образованной по тогдашним понятиям очень даже хорошо. Три класса школы, модная по тем временам работа «модисткой». Всех дочек мама и папа одевали одинаково скромно, в платья, пошитые из ситца, сатина, без особых «кружавчиков»… Но Груня все равно выделялась какой-то особенной красотой, тихой ласковостью, а иногда и несвойственной ей живостью характера. И муж ей сыскался под стать: красивый, серьезный не по годам — Павел Мусатов. Был он столяром из Путивля, служил в Ставрополе. В 26 лет был уже известным резчиком по дереву. В селе Воздвиженском Апанасенковского района его руками создан алтарь, резные иконы. В 1921 году Павел Иванович принял должность надсмотрщика телефонной станции. По нашему – главный инженер. А в сентябре 23-го арестован и сослан на каторгу. Через десять лет Груня продает его дом на улице Лопатина. Цена – мешок муки и почему-то гармошка. Голод начала тридцатых не оставлял особого выбора: хочешь выжить – отдай самое дорогое. Семья перебралась обратно на Чкалова, 8, в домик, построенный отцом. К тому времени подрастала дочь Нина, мама Риммы Науменко. Павел Иванович Мусатов погиб в ссылке, на каторжных работах, и в начале тридцатых годов овдовевшая Груня вышла замуж за Владимира Артемьевича Черненко. В 36-м семья «завербовалась» на Дальний Восток, на рыбные промыслы. Но прожили там недолго: второй муж Агриппины скончался от туберкулеза перед самой войной. Дочь Агриппины и мать Риммы, Нина Павловна Мусатова, встретила Великую Отечественную в Ставрополе. И оккупацию тоже пережили. Римма Николаевна до сих пор плачет: всяко в жизни бывало, но война – самое страшное испытание. «Все-все помню… Как мужчины уходили на войну, как пришли к нам фашисты. Нас они выгнали из дома и мы кое-как устроились на житье в подвале здания на территории психбольницы в Октябрьском районе. Я видела, как уничтожали больных, как их загоняли в душегубки, как они шли умирать, не понимая, что это с ними происходит… Видела, как фашисты убили пойманную в лесу женщину... Да много чего видела. По слухам, во дворе «нашей психбольницы» была устроена школа диверсантов. Точно не знаю, но помню, как наши самолеты нещадно каждую ночь бомбили именно эти казармы, во дворе. Немцы вели себя безобразно, издевались над нами, отбирали все. И однажды там жить стало просто опасно: мать собрала семью, и мы перебрались опять на Чкалова, к бабе Груне. В большой дом попала бомба, мои бабушки Рая и Лида успели выскочить… Спрятались все вместе в щель, выкопанную во дворе». После войны дом попытались восстановить. У Груни была племянница Алла. Вот она вышла замуж за нашего знаменитого летчика Алексея Ивановича Апанасенко. Он и построил домик заново. Конечно, мало что напоминало отцовский дом, но хоть выстроен был из родных кирпичей, из остатков того самого, всех собирающего под своей крышей дома. Что мы знаем о потомках гражданина Семена Гончарова еще? Римма Науменко много лет изучает историю своей огромной семьи. Ей помогает дочь Анна Александровна, другие родственники. Все дети Семена Гончарова, что называется, выбились в люди. Есть среди них и скромные труженики, и врачи, и учителя. Кто-то жил в селе, кто-то обучал ребятишек в городе и ни за кого этой семье не стыдно. Живы внуки Гончарова: две Аллы, две Людмилы, Владимир, Лена… Людмила Михайловна Гончарова, самая молодая из внучек, сохранила фамилию деда. Каждый год все потомки Гончаровых собираются и как бы сверяются: кто что еще нового узнал об истории семьи? Да и просто новости о жизни ныне живущих потомков скрепляют всех, кто еще помнит строителя, учителя, главу большой семьи – Семена Александровича Гончарова.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов