Известный художник – неизвестный герой

Елена Павлова
Анатолий Константинович Роженков в жизни был человеком скромным. Не любил говорить о себе. Даже когда получил признание в крае. Это признание выражалось не в шумихе вокруг персональных выставок, а в востребованности. Его приглашали, когда надо было оформить фасад новых зданий, залов. Роженков был не просто художником, а художником-монументалистом. Благодаря его таланту серые стены по мере украшения их мозаикой обретали настроение и характер, потому что в маленькие стеклышки каждого своего мозаичного полотна художник вкладывал душу. Частичку души художника они хранят в себе до сих пор.

В творческих кругах Анатолия Константиновича знали хорошо. Но опять-таки со стороны профессиональной. Ни коллегам из Союза художников, ни соседям, ни друзьям он никогда не рассказывал о своих фронтовых дорогах. Вдова Зинаида Михеевна вспоминает, как в день похорон мужа кто-то из пришедших проститься тихо ахнул, увидев красную наградную подушку с орденом Ленина:

- Как?! Анатолий орден имел… А я даже не знал, что он воевал…

Он воевал на 1-м Белорусском фронте. С 1943-го по 1945-й. Прошел фронтовой путь от Сталинграда до Берлина. Был радистом. Форсировал Днепр и Одер.

Несколько дней назад минуло 60 лет с того апрельского дня, о котором Анатолий Константинович попытался рассказать родным лишь однажды и не смог – в глазах стояли слезы.

Так что 17 апреля 1945 года мы можем восстановить по воспоминаниям других фронтовиков и архивным документам.

- Наступление наших войск должно вестись с незатухающей силой днем и ночью, - диктовали из Ставки. – Дни гитлеровской Германии сочтены. Но темп теперь – не только военная проблема, это проблема большой политики.

В эту большую политику внес свою лепту и 20-летний разведчик-наблюдатель взвода управления дивизиона 686 артиллерийского полка 415 стрелковой дивизии Анатолий Роженков.

Наверное, он, как и другие участники форсирования Днепра, отмечал, что Одер – река еще более сложная. «Два Днепра, а посередине Припять», - шутили те, кто мог сравнивать их. Действительно, капризы Одера велики: подует с моря штормовой ветер - и два рукава реки соединяются, сливаясь в четырехкилометровую ширину. Вода в пойме прибывает на глазах – шлюзовую систему немцы разрушили. Лишь как островки виднелись дамбы и бетонные установки взорванной автострады и железнодорожного моста, занятого боевым охранением фрицев. Понятно, что в таких условиях людей в разведгруппы отбирали очень тщательно.

Из справки Центрального архива Министерства обороны:

«Товарищ Роженков А.К. выполнял приказ командования во главе с командиром взвода управления гвардии лейтенантом Берлимбле, командиром отделения разведки и радиотелеграфистом с радиостанцией в составе стрелкового батальона 212 гвардейского стрелкового полка в 8 часов 17 апреля 1945 года на подручных средствах – лодках и плотах под ураганным ружейно-пулеметным и минометным огнем противника, рискуя своей жизнью, первыми форсировали реку Одер в районе деревни Ной-Глитцен на берлинском направлении, высадились на западный берег реки Одер и закрепились. Противник, стремясь сбросить десант в воду и уничтожить его, в течение дня 17 апреля семь раз переходил в яростные контратаки численно превосходящими силами. Товарищ Роженков, ведя непрерывную разведку огневых средств противника, умело корректировал огонь наших частей – по его целеуказанию уничтожено 10 пулеметных точек, минометная батарея, 3 дзота и до 150 солдат и офицеров противника. Своими действиями способствовал расширению захваченного плацдарма и удержанию его десантом. Достоин присвоения звания Героя Советского Союза».

Он и был к нему представлен, но звание Героя Анатолию Роженкову так и не было присвоено.

Из обращения командира 686 гаубичного артиллерийского Брестского полка гвардии полковника Хмелевого в главное управление кадров НКО от 9 октября 1945 года:

«17 апреля 1945 года за героические подвиги, проявленные при форсировании реки Одер, по приказу командующего 1-м Белорусским фронтом маршала Советского Союза Жукова, командованием 686 артиллерийского Брестского полка были представлены к присвоению звания Героя Советского Союза гвардии лейтенант Берлимбле Владимир Викторович, сержант Беспалов Иван Кузьмич, рядовой Стаскевич Леонтий Платонович, рядовой Роженков Анатолий Константинович. Результат награждения рядового Роженкова до сих пор в часть не сообщен. Прошу сообщить результат награждения последнего и выслать выписки из указа на награжденных».

Сам Анатолий вряд ли знал о том, как командир отстаивал его право на высокую награду. Он хотел вернуться домой, учиться, мечтал о любви.

Любовь он встретил в родном Ярославле. В стайке девчонок, снежками атаковавших симпатичного парня в военной форме, была и Зина. До войны они жили на соседних улицах, а вот познакомиться довелось после фронта.

На улицу тогда Зину вытащила подружка с радостным криком:

-Толик приехал! Герой!

Легкая рука у подружки оказалась. Встречи, свидания два года длились. Поженились они, когда Анатолий учился на третьем курсе художественного училища. А по распределению в Ставрополь уезжали уже с дочкой.

Приехали в наш город, да так и задержались здесь на всю оставшуюся жизнь. Дом своими руками построили, дочку вырастили, внука вынянчили. Анатолий Константинович хорошим мужем и отцом был – никто из домашних не может вспомнить, чтоб он голос хоть раз повысил. Только вот огорчало, что не рассказывал о себе ничего. Родные ведь знали, что есть в его биографии факты, которыми каждый по праву гордиться может, а он молчит - и все. Даже в компаниях, где фронтовиков много собиралось и разговор как бы сам собой на воспоминания военные сворачивал, мужики рассказывают, где воевали, какие города брали… А Анатолий Константинович помалкивает себе и ни слова не проронит. Да ладно бы в кругу друзей, семье своей ничего не говорил. Спрашивали ведь и про орден, и про Одер, одна только фраза в ответ звучала:

- Не надо вам этого знать.

Видно, тяжело ему о войне вспоминать было.

Анатолий Константинович умер в марте 2003 года. И тогда Зинаида Михеевна стала писать в архивы. Ей хотелось знать все о подвиге мужа и о том, почему он звание Героя не получил. Из архива Министерства обороны пришел ответ, что командиры, посылавшие Роженкова А.К. на боевое задание, действительно представляли его к присвоению звания Героя Советского Союза, но окончательным решением командующего 1-м Белорусским фронтом он был награжден орденом Ленина.

Почему командующий принял такое решение, теперь уже не выяснить. Орден Ленина – высокая награда. И он никак не умаляет значение подвига 20-летнего паренька, который под шквальным вражеским огнем корректировал огонь наших батарей. Анатолий Константинович при жизни никому об этом не рассказал. Но мы хотим, чтобы люди знали, что жил в нашем городе такой человек – известный художник и неизвестный герой.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов