Как же было на самом деле?

 

Как же было на самом деле?
В современном массовом сознании серьёзное место занимает следующая картина начала Великой Отечественной войны. Рассвет 22 июня 1941 года, немецкая авиация методично бомбит беззащитные советские аэродромы. Солдаты и офицеры частей, дислоцированных вдоль границы, спросонья не попадают в сапоги. Многие уверены, что идут очередные учения. Похватав никуда не годные винтовки образца 1899/1930 года с примкнутыми штыками, они занимают позиции для обороны. И попадают под гусеницы медленно ползущих на них танков, а наступающие в полный рост гитлеровцы методично расстреливают их из автоматов. Неподалеку бросается в самоубийственную атаку на пулемёты кавалерия, а где-то в небе одинокий И-16, «ишачок», яростно отбивается от наседающих «мес-сершмиттов». Не встречая серьёзного сопротивления, гитлеровцы занимают город за городом.

Впрочем, есть и противоположные картины. Но с тем же финалом. Гигантская советская армия находится в стадии развёртывания, чтобы напасть на беззащитных миролюбивых гитлеровцев. Пытаясь опередить коварного врага, Гитлер отдаёт приказ наступать. Однако гигантская армия не обучена приёмам обороны… Не встречая серьёзного сопротивления, гитлеровцы занимают город за городом.

В прошлый раз мы с вами уже рассматривали происхождение и цели этих активно внедряемых в наше сознание картин. Пришло время разобраться: как же было на самом деле?

О том, насколько неожиданным было начало войны и насколько оно должно было быть неожиданным, если бы советское командование не предпочитало «не замечать очевидного», написаны сотни пухлых томов. Это стало лейтмотивом для обвинения тогдашнего руководства страны в некомпетентности в течение многих лет.

Обвинения в целом таковы. Разведка предупреждала заранее. Предупреждали многочисленные перебежчики, сразу же расстрелянные как провокаторы. Руководство не обращало внимания на крупные перемещения немецких частей к границе. Звучали постоянные призывы «не поддаваться на провока-ции!». Когда началась война, командование просто не поверило в сообщения с мест.

На самом деле советская разведка обнаружила уже первые перемещения вермахта к границе. Однако длительное время они не рассматривались как подготовка к нападению на СССР. Во-первых, вермахт длительное время был свя-зан операцией в Югославии. Во-вторых, продолжала наращиваться группировка против Великобритании, для осуществления небезызвестной операции «Морской Лев». В-третьих, считалось, что переброшенные части могут быть использованы как прикрытие от возможных действий СССР после начала операции против Великобритании. Также имелась информация о возможном использовании перемещаемых частей против ближневосточных владений Великобритании через территорию Турции и путём переброски по Средиземному морю.

В прошлой статье уже указывалось, что время развёртывания РККА после объявления мобилизации было, в самом лучшем случае, в два раза больше времени, необходимого вермахту. Это было предопределено плотностью же-лезнодорожной сети и расстоянием, которое необходимо преодолеть частям от места сбора до места дислокации. Расстояния в СССР были больше, а плотность железнодорожной сети меньше. Объявление мобилизации фактически означает объявление войны. Ошибиться было нельзя. Опередить бы также не получилось. Сомневающимся могу порекомендовать книгу Шапошникова «Мозг армии».

Более того, во всех случаях до 22 июня 1941 года нападению вермахта предшествовали длительные переговоры, требования, ультиматумы. Имелись спорные территории. Например, переговоры с Польшей по так называемому Данцигскому коридору шли около года. В ряде случаев разгромленные страны объявляли войну сами. Например, Франция и Великобритания. В остальных ситуациях гитлеровцы устраивали провокации, чтобы иметь хотя бы формальный повод к нападению. Так, например, произошло с Голландией.

Разведка действительно пре-дупреждала. Только в ряде сообщений указывалось, что сначала последует разгром Великобритании. А в других – что нападение будет совершено 15 мая. Кстати, к маю приграничная группировка совет-ских войск была серьёзно усилена, однако, как мы знаем, нападения не последовало.

«Любопытное» объяснение предлагает Резун, в версии которого всё-таки не нашлось места глупости и бездарности советского руководства. Оказывается, германское командование не озаботилось запасти зимнюю смазку, позволяющую использовать её при сильных холодах. Более того, гитлеровцы не имели зимних полушубков из овчины. Советское командование об этом знало и спало спокойно. А Гитлер напал экспромтом – без подготовки.

На самом деле план «Барбаросса» предполагал разгром основной группировки советских войск до наступления зимних холодов. Так зачем же зимняя смазка и полушубки?

Самой серьёзной ошибкой советской разведки и причиной столь безынициативных действий советского командования было непонимание целей войны со стороны Германии. Нападение на СССР, с германской точки зрения, было шагом на пути к разгрому… Великобритании. Эта версия, разумеется, советским командованием не рассматривалась. Хотя, с точки зрения Гитлера, резон имелся. Предполагалось в приграничном сражении разгромить РККА, оккупировать часть территории, создать несколько марионеточных государств и надолго вывести СССР из игры. Получив значительные ресурсы и обезопасив тыл, завершить разгром Великобритании. В дальнейшем, возможно, захватить еще несколько наиболее «полезных» территорий СССР. Фактически – наполеоновские планы. В прямом и переносном смысле. У последнего, впрочем, нашёлся граф Коленкур, активно выступавший против нападения, живописавший стойкость населения и ужасы зимы, что, как нам известно, не помогло. У Гитлера сомневающихся не было. Опираться лишь на небезызвестный «Майн Кампф» в предсказании его планов было бы для советского руководства слишком опрометчиво. А никакая цель, помимо пресловутого «расширения жизненного пространства для немцев», известна не была.

Вечером 21 июня 1941 года появилась директива наркома обороны С.К. Тимошенко и начальника Генерального штаба Г.К. Жукова командующим приграничными округами о приведении в боевую готовность войск в связи с возможным нападением фашистской Германии на СССР. Там было сказано, что 22 - 23 июня 1941 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах приграничных военных округов.

«Спящие аэродромы» в большинстве своём уже успели проснуться к первому налёту вражеских бомбардировщиков. Истребители были подняты в воздух. С первого дня советская авиация начала совершать налёты на скопления гитлеровских войск. Например, дважды Герой Советского Союза Г.А. Речкалов совершил в первый день войны шесть боевых вылетов, штурмуя переправляющиеся через Прут части вермахта. Были, конечно, и спящие аэродромы, и сгорающие на земле самолёты, да и множество атак люфтваффе прошли успешно, но эти успехи дались им весьма дорогой ценой. Достаточно почитать воспоминания знаменитого советского лётчика А.И. Покрышкина, чтобы понять: «спящие аэродромы» - это очередная попытка очернить РККА.

Следующим этапом будет попытка разобраться – воевал ли СССР «устарелой» кавалерией с танками и пулемётами или имел больше всего в мире танков, многим из которых не было аналогов ни в одной армии, и, учитывая значение танков, имел самую сильную армию в мире.

Начнём с кавалерии. Известны слова К.Е. Ворошилова: «Необходимо, прежде всего, раз и навсегда покончить с вредительскими теориями о замене лошади машиной, об отмирании лошади…». Гораздо меньше известно продолжение фразы: «…на местах, в передовых колхозах, в МТС накоплено немало ценного опыта, который Наркомзему не мешало бы учесть, обобщить и распространить по всей стране». Речь идет не о противопоставлении коня и танка. А о том, что с увеличением числа тракторов нельзя полностью отказываться от лошади в сельском хозяйстве.

На самом деле лошади в целом и кавалерийские части в частности применялись и вермахтом, и РККА. Например, в книге «На острие главного удара» М.Е. Катуков вспоминает августовские дни 1941 года: «…бойцы нашего мотострелкового полка захватили в селе целый артдивизион на конной тяге». Орудия, к которым не было боеприпасов, пришлось уничтожить, но о захвате лошадей говорится, как о важном успехе. Лошадь как «транспортное средство» весьма универсальна и не зависит от снабжения топливом.

Разумеется, с учётом современных реалий кавалерийские части использовать в конном строю предполагалось весьма ограниченно. В основном, кавалеристы воевали спешившись, коней подальше от поля боя уводили коноводы. Это закреплялось и в Полевом уставе РККА 1939 года. Более того, в отличие от пехоты, кавалерийские части могли перевозить легкие орудия, иметь больше боеприпасов, и главное – они были быстрее и мобильнее.

Примеры успешного применения кавалерии имеются как в начальный период войны, так и в дальнейшем. Героические действия 2-го гвардейского кавалерийского корпуса Л. М. Доватора – лишь один из многих примеров удачного применения кавалерии. Есть и другие – действия 1-го гвардейского кавалерийского корпуса П.А. Белого зимой 1942 года. И особенно – действия упоминавшегося 2-го кавкорпуса, уже под командованием В.В. Крюкова, кавалеристы которого с 25 ноября 1942 года в течение полутора месяцев «срезали» Ржевский выступ, громя тылы противника, уничтожая не только живую силу, но даже самолёты врага.

Важную роль сыграла кавалерия и в Сталинградской битве. В успехах 1944 года велики заслуги конно-механизированных групп. К.К. Рокоссовский в своих воспоминаниях «Солдатский долг» описывает успехи кавалерии в Восточной Пруссии, специально указывая, что сражались кавалеристы в пешем строю.

Немецкая кавалерия также активно участвовала в войне. Например, в отражении наступления советских войск в районе Ржева в ходе операции «Марс», в Венгрии, в контрударе у озера Балатон. К концу войны в вермахте увеличилось количество кавалерийских частей. Были сформированы кавалерийские дивизии и в войсках СС.

Впрочем, к началу войны численность кавалерийских частей в РККА была сокращена. Наращивалось количество танков. К сожалению, из них были сформированы громоздкие, тяжело управляемые мехкорпуса. Они были насыщены массой танков, но в них был нарушен баланс между танками, артиллерией и пехотой. Опасность использования танков без серьёзной пехотной и артиллерийской поддержки продемонстрировала уже война с Финляндией. В 1941 году все недостатки мехкорпусов были серьёзнейшим образом усугублены тяжелой оперативной обстановкой из-за внезапного нападения врага.

Более того, нельзя забывать, что столь успешные в первые годы войны моторизованные корпуса вермахта - это не только танки, артиллерия и пехота. Это еще и инженерные и сапёрные части, и части связистов. Максимальная ав-тономность при достаточной для успешного маневрирования компактности. Именно эти соединения с 10 мая по 22 июня 1940 года разгромили сильнейшую армию Европы, армию страны, которая находилась в состоянии войны с сентября 1939 года. Речь идёт, понятное дело, о Франции.

Немало инсинуаций разводят вокруг стрелкового вооружения РККА. Одна винтовка на троих, а то и на пятерых. Причём – трёхлинейка Мосина, с которой еще в Первую мировую воевали… У гитлеровцев – автоматы, которые появились в РККА намного позже, но зато это были прекрасные по характеристикам ППШ. Просматривая комментарии к своей предыдущей статье, я обнаружил спор о стрелковом оружии. Несколько человек с разной степенью вежливости и такта развенчивали «мифы о гитлеровских автоматах», указывали на разницу в тактическом применении винтовок и пистолетов-пулеметов (в данном конкретном случае этот термин вернее), писали о вынужденном переходе к простому в производстве ППШ. Упоминалась и отличнейшая советская самозарядная винтовка СВТ-40. Для вермахта также разрабатывалась самозарядная винтовка, а до тех пор пехота вооружалась карабинами «98К», а вовсе не «шмайсерами».

Что касается одной винтовки на троих, то это действительная ситуация, но времен Первой мировой… О страшнейших проблемах с организацией снабжения царской армии, страдавшей на передовой от нехватки боеприпасов и имевшей в тылу запасы, которых хватило на Гражданскую войну и под которые разрабатывалось стрелковое вооружение 30-х годов, прекрасно известно. А конкретная фраза про «одну винтовку…» встречается на страницах мемуаров, например, того же Деникина. Оттуда она и «перекочевала» в антисоветскую пропаганду.

Память о войне – это не только самая важная святыня нашего народа в веке двадцатом… Пожалуй, никогда прежде ни один враг не ставил задачи уничтожения нашей страны и тотальной ликвидации её населения. Наши предки героически сражались с врагом и победили. Они спасли мир от нацизма. Но у нашей Родины ещё немало врагов. Они предпочитают не вспоминать, чьи деды освобождали их от оккупантов. Они желают лишить нас памяти о величайшей победе. Сильная Россия нужна только нам с вами. Возродить её, позволив заменить историю грязной ложью, нам не удастся никогда.

Валерий Сибирцев.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1