Кто будет следующим президентом: оригинальный прогноз

Ольга Метёлкина

Говорят, нельзя дважды войти в одну и ту же реку. Пытаясь опровергнуть мудрость древних, возвращаюсь после
7­летнего перерыва на роль автора колонки в “Известиях”. По этому знаменательному случаю долго размышлял над темой первой статьи. И не нашел ничего лучшего, как ответить на вопрос, который чаще всего задают в последнее время отечественные и зарубежные аналитики, журналисты, просто слушатели: что же будет в России после избирательного цикла 2007 ­ 2008 годов, в который страна уже плавно въехала?

Любой политолог, дорожащий своей репутацией, краткосрочных прогнозов избегает. Он предпочитает долгосрочные, лет на сто вперед, чтобы сократить возможности прижизненной верификации. Но поскольку я, уверен, гораздо лучше своей репутации, то иногда рискую предсказывать события, до которых рукой подать.

Казалось бы, что неясного? Владимир Путин неоднократно повторял, что не будет баллотироваться. В лидеры рейтингов, где президент не фигурирует, вышли два вице­премьера ­ Дмитрий Медведев и Сергей Иванов. Их же мы больше всего видим на телеэкранах, которые тоже являются некой проекцией будущей реальности. Вот вам два готовых преемника. Но слишком многие отказываются в это верить по одной простой причине ­ уж больно все очевидно.

Действительно, Путин ­ не тот человек, который делает предсказуемые кадровые шаги. Никто из известных мне экспертов не предсказал имен второго, третьего, четвертого лиц государства до того момента, как президент их озвучил. Один бывший глава кремлевской администрации как­то сказал мне, что сам узнавал о кадровых перестановках из СМИ. А тут уже вся страна заранее знает. Что­то здесь не так.

Конечно, до выборов времени еще много, и все возможно. Рейтинги и карьеры, бывает, рушатся, отношения портятся. У главы государства появляются свежие мысли. Но на сегодняшний день я склонен быть оригинальным в своей неоригинальности: следите за Медведевым и Ивановым. И не потому, что в оставшееся до выборов время невозможно раскрутить кого­то третьего, вполне возможно, и пример самого Путина образца 1999 года тому доказательство.

На мой взгляд, выбор преемника в нашей стране, где слишком многое зависит от первого лица, вещь исключительно ответственная. Это не просто еще одно кадровое решение. Неожиданности возможны при выборе кого угодно, но не главы такой огромной инерционной махины, коей является государство российское. С ним нужно обращаться осторожно. Ельцин в 1999 году, когда власть его держалась на волоске, а рейтинг упал до нуля, вынужден был в спешном порядке импровизировать. Всем нам повезло, что импровизация удалась. Сейчас же я просто не вижу необходимости для президента огорошивать страну и мир чем­то или кем­то оригинальным.

Тем более что эра Путина наверняка не закончится в 2008 году. Россия ­ не Америка, где после восьми лет в Белом доме президенту по Конституции пути назад нет. Там, где возвращения возможны, популярные лидеры возвращаются. Возьмем Черчилля, который полвека был крупнейшей фигурой британской политики, или Андреотти, становившегося премьером Италии семь раз. Путин тоже может вернуться. Ему будет столько же лет, сколько сенатору Маккейну ­ лидеру нынешней американской президентской гонки, ­ только в 2028 году. У нас очень молодая политическая элита. И те 30 ­ 40­летние обитатели кремлевских кабинетов, которые реально управляют страной, меньше всего производят впечатление людей, которые собираются на покой или в другие сферы деятельности. Эра Путина ­ надолго...

Теперь о думских выборах декабря 2007 года. Главные новшества ­ чисто пропорциональная система при семипроцентном барьере. Это значит, что в Думе точно не окажется независимых депутатов, мелкие партии туда никак не попадут, а каждая прошедшая партия получит заметно больший процент мест, чем голосов избирателей (голоса проигравших партий перераспределяются в пользу победивших). Январские опросы всех ведущих центров изучения общественного мнения дают “Единой России” около или более 50% поддержки от числа избирателей, намеревающихся принимать участие в выборах. А это значит, что при умелой кампании главная партия власти может получить до 2/3 депутатских мест, то есть сохранить свое конституционное большинство.

Но даже если этого не произойдет, в Думе получится конституционное путинское большинство за счет подключения “Справедливой России”. Каков генезис этой партии? Известно, что часть электората президента не голосует за “Единую Россию”. Выяснили почему. Оказалось, для некоторых поклонников Путина ЕР ­ слишком либеральная и прозападная организация. Именно их и вербуют эсэры Сергея Миронова. “Справедливая Россия” преодолеет семипроцентный барьер.

В Думе окажется и КПРФ с ее самыми преданными избирателями, и ЛДПР во главе с самым запоминающимся шоуменом страны ­ Владимиром Жириновским. Интрига по сути одна: что случится с либералами? Электорат у них есть, но только на одну партию. Пока не понятно, каким образом “Яблоко” и “Союз правых сил” могут объединиться. И лидеры недоговороспособны, и блоки по новому закону создавать нельзя ­ кому­то в кого­то надо вливаться. А не вольются ­ оба проиграют.

Вот, собственно, и весь оригинальный прогноз. А вы что думали?

Вячеслав Никонов,
президент фонда «Политика».

«Известия».

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов