Лео Бокерия: «Тренируйте свое сердце»

Лео Бокерия: «Тренируйте свое сердце»

Два года назад знаменитый кардиохирург Лео Бокерия отметил 70-летний юбилей. Возраст не мешает ему проводить по нескольку сложнейших операций в день. Потому что главный его девиз: «Проснуться с утра, привести себя в порядок — и вкалывать, вкалывать, вкалывать!». При этом Лео Антонович не просто практикующий врач – он академик Российской академии медицинских наук, директор научного Центра сосудистой хирургии имени Бакулева, президент Лиги здоровья нации, член Общественной палаты при Президенте России. Своим долгом он считает не только спасать обреченных людей, но и информировать своих соотечественников о том, как прожить долгую и счастливую жизнь, сохранив — а может, и приумножив — данное от рождения здоровье. Об этом легендарный кардиохирург — который в самом прямом смысле слова останавливает сердца своих пациентов, ремонтирует их и запускает снова — рассказал нашему корреспонденту.

— Лео Антонович, у вас такая огромная общественная нагрузка — не отвлекает ли она от основной работы? Ведь самые тяжелые «сердечники» со всей России готовы на вас молиться, лишь бы вы продолжали работать…

— Мои единомышленники по общественной работе – из Лиги наций, из Общественной палаты при Президенте России — знают, что работа для меня — основное. 95 процентов времени я нахожусь на своем рабочем месте. Я прихожу в Центр где-то без пятнадцати восемь, а в восемь — уже в операционной. Делаю несколько операций, выхожу из операционной, принимаю душ — и дальше принимаюсь за дела своего института, больными занимаюсь…

— Кого вы лично оперируете?

— Оперирую разных больных: и новорожденных, и младенцев до года, и более старших детей, и взрослых пациентов. Стараюсь примерно пополам делить пациентов – на взрослых и детей. В день я делаю несколько операций – в среднем три-четыре, но бывает и пять-шесть. Все знают, что до четырех часов дня я занимаюсь только больными. Общественная работа – уже после этого времени. Раньше меня не ждут даже на самых важных мероприятиях.

— Для чего вам нужна общественная нагрузка? Обычно все стараются от нее «отлынить». А вы — и член Общественной палаты при Президенте России, и президент Лиги здоровья нации. У вас есть личная цель, связанная с этой деятельностью?

— Для меня большая честь — быть членом Общественной палаты. Я снова избран в этот совет, теперь уже от Лиги здоровья нации, которую я возглавляю. Но и эта работа – только после четырех часов дня, когда закончены запланированные операции. Общественная работа – это тоже необходимость. В какой-то момент я почувствовал, что нужно говорить людям важные вещи. Я искренне желаю, чтобы наша нация стала здоровой и благополучной, стала лидером мирового сообщества. И нездоровым людям это трудно сделать. Общественная работа решает задачи, до которых не доходят руки у министерств, то есть берется за проблемы, которые никто не решает. Например, у нас нет народного дефибриллятора в местах массового скопления людей. Если в аэропорту кто-то упадет — то неизвестно, когда к нему прибежит медработник. А доказано, что если в течение одной минуты дефибриллировать больного, то в 99 процентах случаев сердечная деятельность восстановится. Вреда не будет, если кому-то не совсем он и нужен был. А вот человеческая жизнь будет спасена.

— То есть дефибрилляцию будут делать обычные люди?

— Да, которые рядом оказались. А что здесь такого? Народ у нас, поверьте, грамотный. Все школу-то уж точно закончили! А плохо может стать в любом месте — причем человек может и не подозревать, что у него — опасное заболевание сердца.

— Как такое может быть? Ведь все время от времени проходят медкомиссии, обследования… Что это за «скрытые болячки»?

— Есть целый ряд «скрытых» болезней. Например, врожденные пороки сердца, которые не всегда жизнеугрожающи – о них человек может и не знать. Это, например, такие пороки, как дефект межпредсердной перегородки или частичный аномальный дренаж легочных вен. Человек может спокойно дожить до тридцати, сорока, пятидесяти лет. А потом у него начинается мерцательная аритмия, он неожиданно начинает себя плохо чувствовать. Идет к врачу — и выясняется, что у него с рождения был порок сердца, который, в сущности, привел к этому состоянию…

Очень часто люди проживают тридцать-сорок лет и не знают, что у них — врожденная аритмия, потому что она никак не проявлялась до тех пор, пока не стали беспокоить перебои в области сердца, называемые экстрасистолой — внеочередное сокращение мышцы сердца. Это сокращение может привести к развитию первого приступа тахикардии… Тахикардия иногда возникает даже в момент рождения человека, но у многих людей она появляется в позднем возрасте…

Кроме того, есть и приобретенные пороки сердца: скажем, у человека еще в детстве был ревматический порок. Его причиной может стать, например, гнойная ангина, давшая осложнения на сердце. Человека пролечили, а серьезные изменения в работе клапанов остались. И уже потом, в более зрелом возрасте, он начинает чувствовать одышку, приходит к врачу — и оказывается, что у него один сердечный клапан сужен.

— Насколько сложно обнаружить врожденные пороки?

— Раньше при рождении их не диагностировали – не было нужной аппаратуры. Сейчас-то, может, будет получше: создаются необходимые условия в перинатальных центрах. А обычно как бывает: посмотрели новорожденного, похлопали по спинке — он порозовел, закричал — и отдали счастливой мамочке. Поэтому родителям и в голову не приходило его врачу показывать.

— А на самом деле это необходимо?

— Конечно, любого ребенка надо обследовать, чтобы изначально была карта жизни. Есть и отрасль такая — детская кардиология.

— Какие внешние признаки могут свидетельствовать о скрытых заболеваниях сердца у человека? Одышка, например?

— Одышка, конечно, это симптом. При митральном стенозе, например, есть такое характерное порозовение щечек. Если это врожденный порок сердца синего типа — могут быть синеватые фаланги. Но я не сторонник того, чтобы ориентировать человека на внешние проявления. Это может быть временное состояние, а у пациента потом все время будут сомнения по поводу своего здоровья или здоровья ребенка — будет думать, что что-то не то происходит.

— Все чаще говорят о тромбах как о болезни, от которой тяжело застраховаться. Даже Людмила Гурченко умерла, как теперь пишут, от тромба в легочной артерии.

— Тромбоэмболия легочной артерии может быть смертельной — все зависит от размера тромба. Поэтому люди, у которых был перелом нижних конечностей, те, у кого есть варикозное расширение вен или воспаление вен, должны очень осторожно к этому относиться и почаще проверяться — сейчас есть необходимые приборы. Тромбоэмболия легочных артерий формируется как раз в конечностях, и из них тромб может попасть в легочные артерии. Кровь идет с нижней половины туловища или с верхней и приходит в правое предсердие, потом в правый желудочек, потом в легочную артерию – другого пути нет. Тромб изначально бывает фиксированный. Он обычно формируется где-то на стеночке сосуда, потом отрывается и попадает сначала в правое предсердие – он может там остановиться. Если нет, то попадает в правый желудочек и оттуда уже — в легочную артерию. И в зависимости от размера тромба, как мы говорим, будет клиника.

— Сейчас, к сожалению, далеко не во всех провинциальных поликлиниках есть необходимое оборудование для полного обследования сердца, сосудов…

— Да, такая нехватка есть, это дорогое оборудование. Но надо иметь в виду, что есть еще одна проблема: когда в поликлинике появляется такая аппаратура, нужен и специалист, который в ней разбирается. Подготовить такого специалиста очень не просто — их действительно не так много. Поэтому тут куда важнее иметь в поликлинике грамотного врача общей практики, который заподозрит у пациента что-то неладное и пошлет его на нужное обследование. И кому-то нужно будет УЗИ сердца, кому-то – УЗИ живота, кому-то – сосудов головного мозга.

— То есть на ЭКГ сегодня надежды мало?

— Дело в том, что электрокардиограмма очень эффективна в остром периоде инфаркта миокарда. О болезни сердца все же лучше судить по эхокардиографии – так называется ультразвуковое исследование сердца. Но оно тоже может быть недостаточно эффективным. Кардиологи проводят исследования с использованием физической нагрузки. Такая нагрузка – например, ходьба в течение шести минут – покажет при исследовании, есть ишемическая болезнь сердца или нет.

— Считается, что бег, другие физические нагрузки — это лучшая тренировка сердца. Однако как не перегрузить сердце физическими упражнениями?

— Тут общих рекомендаций дать невозможно. Сейчас в стране организовано 502 Центра здоровья, и я думаю, что каждый человек, придя туда и пройдя обследование, может получить полную рекомендацию по образу жизни, питанию и физической нагрузке.

— А в принципе физическая нагрузка нужна тем, у кого есть проблемы с сердцем?

— Разумеется! Мы даже сразу после операции на сердце стараемся пациенту организовывать определенные физические нагрузки. Понятно, что все это в соответствии с возрастом: молодежь вообще должна очень много двигаться, а люди, которые никогда не занимались спортом, должны посоветоваться с врачом. А то так бывает: человек не занимался, не занимался спортом, а потом в пятьдесят лет ему пришло в голову, что «надо за себя браться»! И начинает давать себе колоссальные нагрузки. А это действительно может привести к сердечным проблемам: срыву ритма сердца, повышению артериального давления.

— А как вообще вы относитесь к таким экстремальным нагрузкам, как марафоны, многочасовые соревнования?

— Профессиональный спорт требует предельного напряжения сил, но без него жизнь была бы скучна. Есть люди, у которых это получается — вот пускай они этим и занимаются под присмотром врача.

— Могут ли люди, у которых есть скрытая патология сердца, испытывать неприятные ощущения во время магнитных бурь?

— Нет, такой связи не отмечено. Наиболее чувствительны обычно гипертоники – люди, у которых повышено давление, у них вообще сосудистая система очень изменчива, поэтому они могут испытывать неприятные ощущения в так называемые неблагоприятные дни.

— Можно как-то подготовиться к этим дням?

— Нужно усилить медикаментозную терапию, чаще измерять артериальное давление, больше времени бывать на воздухе, выполнять общеукрепляющие процедуры. Нужно быть более внимательным к своему повседневному состоянию.

— Правда ли, что именно у гипертоников часто встречается утолщение сердечной мышцы?

— Дело в том, что у гипертоников из-за высокого давления сердце работает с большим противодействием. Как результат – утолщение стенок левого желудочка. Методы лечения гипертоников хорошо известны, прописаны везде: систематически принимать лекарства, заниматься физическими упражнениями. Это все очень просто – и вместе с тем очень важно! Самый лучший метод лечения и профилактики гипертонии – это физкультура.

— Инфаркт по-прежнему грозное заболевание. Удается побеждать в борьбе с этой болезнью?

— Борьба с инфарктами обещает быть успешной. В последнее время открылось много центров сосудистой хирургии, где как раз и лечат ишемическую болезнь сердца и инфаркт миокарда. Там разработан четкий алгоритм: куда везти такого больного, как его лечить, экстренно делается коронарография, ставится стенд. Правда, инфаркт трудно назвать скрытой болезнью. Когда он развивается — человек испытывает жуткую боль за грудиной. И, как правило, это заставляет его обратиться к врачу.

— Вы делаете уникальные операции, без которых пациенты – как взрослые, так и совсем юные — наверняка погибли бы. Не страшит мысль, что вы вмешиваетесь в саму судьбу, по сути – в дела Бога?

— Не страшно! Если не мнить из себя кого-то, а считать себя обычным практикующим кардиохирургом. Я вообще очень приземленный человек, стараюсь реально смотреть на вещи. Хотя, конечно, в нашем центре мы делаем редкие операции – останавливаем сердца, а потом запускаем их. Для меня это тоже чудо. Как, например, рождение ребенка. Ведь иногда мы останавливаем сердце на несколько часов, и только вечером больной просыпается и возвращается к жизни – это, конечно же, чудо… У нас в центре как-то был в гостях Патриарх — его Святейшество Алексий Второй посетил нас в День защиты детей. И заведующий реанимацией спросил его: не гневим ли мы Бога тем, что возвращаем к жизни детей, которые обречены на верную смерть? На что Алексий сказал, что Бог всех любит и желает всем здоровья и счастья — а значит, что своей работой мы помогаем Богу! Эти слова нас вдохновили!

Мария Кулаева

Материал предоставлен ООО «Столица» специально для «Вечернего Ставрополя»

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов