Министр сердца

Лариса Денежная
Николай Шибков: «Какие новости в главной медицинской  газете страны?», люди
Лариса ДенежнаяНиколай Шибков: «Какие новости в главной медицинской газете страны?»

Николай Артемович Шибков – личность в нашем края известная и, можно сказать, легендарная. Бывший министр здравоохранения. Руководитель-долгожитель на посту ведомства, которое возглавлял больше десяти лет. Ныне – завкафедрой «Общественное здоровье и здравоохранение» Ставропольского государственного медицинского университета. Сегодня заслуженному врачу РФ Николаю Артемовичу Шибкову исполняется 75 лет. Прекрасный повод рассказать о человеке, сделавшем очень много для медицины края и пациентов. По специальности кардиоревматолог, он не только хорошо знает болезни сердца, но и был самым сердечным министром, воспринимающим чужую боль, как свою.

– Как пришли к такому славному юбилею?  – задала с порога вопрос, зная, что Николай Артемович не обидится на мою шутку. Как-никак знаем друг друга больше двадцати лет.

Н. Шибков рассмеялся, как всегда как-то мягко и деликатно:

– Самому не верится, что смог дожить и работать до 75 лет. Рос слабым ребенком, девятым по счету...

Экс-министр ушел в воспоминания. Столько выпало на его долю, начиная с младенчества! Родился в многодетной семье в 1939 году. Когда началась война, мама ждала десятого ребенка, единственного брата Николая Артемовича в сплошном семейном «девчатнике». Отец ушел на фронт. Все тяготы по воспитанию детей и их содержанию легли на мать, которая трудилась и день, и ночь, чтобы дети были сыты и здоровы.

– Десять родов – и все дети остались живы, – заметил министр. – В прошлом веке, как вы знаете, рожали и по 18, и по 20 детей, многие умирали, оставалось двое-трое. А мы выжили благодаря нашей беспокойной маме. Бывало, ждали ее с работы и день, и два, когда она принесет что-нибудь нам покушать. Но я вспоминаю детство, как самую счастливую пору, хотя время было самое трудное, самое голодное...

Я заметила про себя: нет, не вытравить из Н. Шибкова министра. Другой бы рассказал, как краюшку хлеба делили на всех и как хотелось малышам кусочек сахара хотя бы подержать во рту. А он про то, что все роды у мамы закончились благополучно и все дети выжили. Кстати, в бытность его министром здравоохранения края Ставрополье вышло в лидеры по снижению материнской и младенческой смертности. Впрочем, в «десятилетку» Н. Шибкова наш край был на хорошем счету у Минздрава России. «Федералы» не раз отмечали организованную и слаженную работу наших медиков, особенно в тяжелых испытаниях, обрушившихся на Ставрополье. На долю министра здравоохранения края пришлись нелегкие времена. Переход на страховую медицину, теракты в Буденновске и на Кавминводах, сильнейшее наводнение. Это значит, Шибкову приходилось принимать порой нелегкие решения и брать на себя ответственность за них.

Ведро гороха – на полторы тысячи больных

Октябрь 1999г. Пироговский съезд. Н. Шибков (справа) рядом с бывшим министром здравоохранения СССР Б. Петровским. Фото из личного архива, архив, история
Октябрь 1999г. Пироговский съезд. Н. Шибков (справа) рядом с бывшим министром здравоохранения СССР Б. Петровским. Фото из личного архива

В начале 90-х переход на страховую медицину воспринимался единственной возможностью получить дополнительные средства на здравоохранение. Еще не зная, что это такое, в нее верили врачи. Помню, как жаловались хирурги: скальпели – ржавые. Шовный материал для операций на свои деньги покупали и везли из-за границы.

Во время безденежья министр каждые две недели ездил в Минздрав России, «выбивал» все, что можно, начиная от ложки-вилки и заканчивая операционным оборудованием и кроватями. Привозил из Москвы по 20 трейлеров. Работники минздрава разгружали машины в выходные дни на складе «Медтехники», в свое личное время. А в понедельник из районов приезжали машины и получали по разнарядке медикаменты, оборудование, продукты.

– А ничего тогда не было, – вспоминает экс-министр. – Ведро гороха – на полторы тысячи психических больных. В интернате для престарелых больные умирали от кахексии (недоедания). И мы тогда приняли решение о реорганизации психиатрической службы. Если в других регионах распустили больных, закрыли больницы, мы пошли по другому пути – укрупнения. Закрыли психиатрическую больницу в Ипатовском районе, где в селе Тахта полы были земляные и туалеты на улице, но усилили в Тоннельном Кочубеевского района и в Ставрополе. Перевели туда больных.

Конечно, Н. Шибков не герой-одиночка. Николай Артемович, вспоминая вехи на посту министра, все время подчеркивал, что ему помогали в правительстве края и Думе, «боевые» коллеги медицинского ведомства. Называл всех поименно. Служащие аппарата правительства, которых в народе иногда пренебрежительно называют чиновниками, работали до полуночи. Н.Шибков, просиживая допоздна у двери их кабинетов, иногда не успевал попасть на прием, и ему назначали встречу на утро. Так было, когда Басаев с бандой головорезов взял в заложники весь медицинский персонал вместе с больными в Буденновской ЦРБ.

Орден Мужества – за Буденновск

Министр внутренних дел РФ В. Рушайло и министр здравоохранения края Н.Шибков при обсуждении чеченского конфликта. Фото из личного архива Шибкова, архив, история
Министр внутренних дел РФ В. Рушайло и министр здравоохранения края Н.Шибков при обсуждении чеченского конфликта. Фото из личного архива Шибкова

Тогда Н. Шибков не только руководил оперативным медицинским штабом по оказанию помощи пострадавшим, но и был связующим звеном в прорыве информационного вакуума между захваченной террористами больницей и руководителями края, на которых лежала ответственность по освобождению людей.

Под его руководством в экстренном порядке было создано 120 медицинских бригад. Чтобы их оснастить, министр, не дожидаясь указания из Москвы, принял решение под свою ответственность вскрыть неприкасаемый на случай ЧП резервный склад с медикаментами. Заместители Н. Шибкова уехали в город, захваченный террористами,  – распределить пострадавших (на улицах уже лежали раненые и убитые) и оказать им медицинскую помощь. Сам Шибков с оставшимися работниками министерства в буквальном смысле слова жил на работе. Здесь спали, готовили еду. И... жадно ловили каждый телефонный звонок (а тогда была только проводная связь), от которого зависела судьба заложников.

– В больнице, захваченной террористами, оказался и заместитель главврача Костюченко, – рассказывал Николай Шибков. – Ему Басаев разрешал звонить мне по единственному работающему на все медучреждение телефону. Откуда такая честь? Я был начальником медслужбы Северо-Кавказского региона, и меня многие знали. Басаеву, видно, тоже отрекомендовали меня. Обо всем, что я мог узнать – о состоянии заложников и обстановке в больнице, тут же отправлялся докладывать в правительство…

Тогда действия медработников высоко оценила Москва. Министр здравоохранения был награжден орденом Мужества. Мужество проявил министр и во время обрушившейся на наш край стихии в 2002 году, когда под наводнение попали станица Барсуковская, Ессентуки и Пятигорск, Советский район.

«Мы чуть не погибли…»

О том, сколько бед принесла с собой большая вода и как приходилось спасать людей, тогда много сообщали СМИ. Личное участие в этом министра Шибкова осталось «за кадром». Но эти неизвестные страницы его деятельности хотелось бы открыть.

В Барсуки Николай Артемович прилетел на вертолете вместе с тогдашним министром МЧС Сергеем Шойгу и губернатором края Александром Черногоровым. Добрались туда к вечеру. От Невинки и по всему пути на подъем в Ставрополь, как вспоминает Шибков, было все покрыто водой. Здесь нужно было спасать самых беспомощных – пожилых жильцов интерната. Голодных, продрогших, мокрых.

– Черногоров, Шойгу и я чуть не погибли все, – рассказывал Н. Шибков. – Берег крутой, его подмывает водой – устоять невозможно. А тут вертолет работает, крутится пропеллер, от которого воздушный поток поднимает на нас грязь с водой. Мы не можем сдвинуться с места. Тогда люди выстраиваются цепочкой, держась за руки. Первую группу сажаем в вертолет. Остальные стоят на берегу.

Шойгу принимает решение послать надувную лодку. Но ее сносит течением к берегу, она бьется о бетонные «ноги» моста, из которых торчат металлические штыри. Лодка повреждается, тонет спасатель. За ним под воду кидается водолаз, вытаскивает. Врачей, кроме меня, не было. Пытаюсь его спасти, делаю искусственное дыхание. К сожалению, он погиб. …Людей собираемся везти в четвертую больницу. Но путь перекрыла вода.

Звоню в Невинномысск – там тоже мост залит. Прошу главного врача: «Выручай. Я один с людьми. Весь мокрый, никакого инструмента кроме голых рук. Помощь не могу оказывать». На ночь мы разместили людей в коровнике, накрыли соломой. Стало светать, начали пропускать транспорт. В четвертом часу утра меня сменил Владимир Байрак – прорвался из Ставрополя. Тяжелых больных сразу направили в больницы.

Вместе с коллегами министр в течение месяца работал в Барсуках на ликвидации последствий наводнения. Ночевали в церкви – самое высокое место, недоступное для воды. Здесь работали и С. Шойгу, и бывший председатель правления Пенсионного фонда Михаил Зурабов. Нужно было не допустить вспышки инфекции (вода размыла сточные ямы, скотомогильники). Разыскивали людей, которые не смогли покинуть свое жилище. Проводили обработку помещений. Медикам помогали студенты медколледжа из Ставрополя. И если некоторые службы при ликвидации последствий наводнения оказались нерасторопны, к медикам не было никаких претензий. Как всегда сработали быстро, профессионально, показав примеры милосердия. Многие медработники получили награды. Министр – орден Дружбы.

По-прежнему в строю

Николаю Артемовичу есть кому передать свои знания и опыт. Н. Шибков – завкафедрой «Общественное здоровье и здравоохранение» ФПО Ставропольского государственного медицинского университета. Преподает, консультирует (его и здесь находят больные), редактирует (член редакционной коллегии «Медицинской газеты», «Южно-российского медицинского журнала» и журнала «Проблемы управления здравоохранения» (г. Москва). Занимается научной деятельностью. Только за последние годы под его руководством защитили докторские диссертации четыре доцента и семь кандидатских.

– Чего дома не сидится? – спрашиваю.

– Не могу, – отвечает. – Я люблю учить, люблю лечить. Да и материальных благ не заработал. Вот мой капитал, – смеется, – пять сумок наград.

Кстати, первую Н. Шибков заработал еще будучи студентом – медаль Пирогова. Потом их будет много – и медалей, и орденов. Орден «Знак Почета», орден Почета, орден Дружбы, орден Мужества, орден Гиппократа, медаль «За заслуги перед отечественным здравоохранением», медаль «За заслуги перед Ставропольским краем», медаль «За трудовую доблесть», медаль за донорство, медаль «Врач-герой», Золотой знак общественного признания. Бесчисленное количество дипломов.

– Всю профессиональную жизнь вы спасали людей. А как здоровье у бывшего министра? – интересуюсь.

В ответ слышу целый список благодарностей всем, кто помогает Н.Шибкову оставаться в строю, – руководителям и коллективу краевого диагностического центра, первой поликлиники, краевой больницы и особенно доктору-невропатологу, «врачу современности» Эмме Владимировне Само. И еще добавил:

– Хочу выразить благодарность всем медикам, с кем мне довелось работать, преодолевать трудности и добиваться хороших результатов. Спасибо всем.

люди, министр, здравоохранение

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Другие статьи в рубрике «Ставропольский край»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов