Нам отступать некуда

Елена Павлова

22 июня страна вспоминала погибших на полях сражений Великой Отечественной, был День памяти и скорби, годовщина начала самой страшной в истории человечества войны. Но, пожалуй, еше никогда на нашей памяти не возникало таких прямых аналогий событий июня 1941-го с сегодняшним днем: артобстрелы и бомбежки мирного населения, зверства фашистских карателей и гражданские люди, взявшие в руки оружие… Толпы беженцев, которых тоже бомбят и обстреливают… Дети со взрослыми глазами много видевшего и много пережившего человека… И провокации – уже на нашей границе и у нашего посольства.

Не словом, а делом

…Уже недостаточно этому просто сопереживать. По инициативе спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко создается Комитет общественной поддержки Юго-Востока Украины. В Ставрополе началось формирование регионального отделения этого комитета. Роль организатора взяло на себя межрегиональное общественное движение СКФО «Союз народов Ставрополья «За мир на Кавказе». Решение это было принято на заседании Союза в конце минувшей недели. Также было принято и заявление, которое мы приводим в сокращении:

«...Фашиствующие молодчики с одобрения киевских властей нападают на российские посольства и консульства, похищают и убивают российских журналистов, ведут грязную разнузданную войну против России... Поддерживая организаторов госпереворота в Киеве в их линии на силовое подавление протестов, США и ЕС фактически отрезают пути к мирному разрешению кризиса, подталкивают братскую Украину к катастрофе. Мы, члены межрегионального общественного движения СКФО «Союз народов Ставрополья «За мир на Кавказе», выражаем решительный протест в связи с продолжением и эскалацией карательной операции против мирных жителей»…

Конечно, одной только дипломатической формой несогласия создаваемое региональное отделение комитета общественной поддержки ограничиваться не собирается. Среди входящих в Союз руководителей общественных организаций есть даже те, кто уже не словом, а делом оказывал эту помощь – доставлял в зону боевых действий гуманитарную помощь, помогал устраивать беженцев. При создании регионального отделения комитета усилия, предпринимаемые в этих направлениях, будут консолидированы и четко организованы. В том числе – в плане оказания адресной помощи. 

В Донецкой и Луганской областях, где идет самая настоящая война, ее очень ждут… 

Об этом на заседании Союза можно было узнать из первых уст.

Один из многих

Ополченец Арман - из маленького города Ровеньки, что в Луганской области. Фамилии называть не буду – ему еще ехать домой, да и вообще передвигаться по родным местам, по которым от поста к посту или неуказанными на карте проселками ополченцам - местным жителям еще удается провозить гуманитарный груз из России, а потом опять в Россию - вывозить беженцев. Тот блокпост, что на въезде в его город, Арман строил сам. До войны у него на Украине был небольшой бизнес. 

– Когда стало ясно, что придется защищать свою землю, я бизнес продал, все направил на ополчение — до копейки. И ни капли об этом не жалею. Я не один такой — многие так сделали... А что нам оставалось делать? У меня дед в Великую Отечественную за Крым сражался, а дед жены – за Украину. Теперь вот мне воевать пришлось, и тоже – с фашистами….

У Армана корни, кстати, наши, а Луганщина стала его второй малой родиной. Да такой, что от сердца не оторвать. Что уж говорить о тех, кто там родился. Детишки там не только по украинским учебникам историю учили. Именно там были казнены фашистами молодогвардейцы из Краснодона. Есть обелиск и есть музей, который продолжал работать все постсоветские годы. И жители Ровеньков всегда этой памятью очень гордились. Правда, и подумать не могли, что придется им опять защищать от фашистов свой город. Пока они сюда соваться не решались. Все подступы к блокпосту ополченцы заминировали. Метров на пятьсот вокруг — минное поле...

- В ополчении только местные? - интересуюсь я.

– Нет, не только… Много добровольцев из России и с Украины есть – не только из центральных, но и из западных областей. Там тоже далеко не все за Бандеру и за фашистов. А местные так все у нас – от мала до велика. Пацаны 13-14-летние воевать рвутся. Мы их прогоняем, потому что опасно, а они опять приходят.
…Арман говорит, что основной поток в ополчение хлынул после одесской Хатыни. Трагедия в Одессе просто перевернула, мобилизовала Донбасс. Когда голосовал Крым, в Луганской и Донецкой областях еще не было такой массовой гражданской активности, многие думали, что к ним на Юго-Восток беда не придет. Идея Новороссии вызревала медленнее. Но через месяц она уже оказалась выстраданной. Правда, сам Арман, еще когда стремительно развивались события в Крыму, записался в ополчение. Собирался ехать, как некогда дед, защищать Крым...
– Ну они раньше, чем я приехал, в Россию-матушку вернулись...


С надеждой на жизнь

Он не только проводит беженцев и гуманитарные грузы лишь немногим известными, не властями нынешней Украины, а народным ополчением удерживаемыми «коридорами», успевая лишь на час-другой заглянуть в пансионат в Ростовской области, где разместили беженцев — в том числе и его жену с тремя детьми. Арман по мере сил пытается противостоять войне информационной. Он просто выкладывает в интернет все, что удается заснять в разрушенных новыми нацистами городах и селах. Это документальные свидетельства военных преступлений. Кадры после авианалета на Луганск, моментально растиражированные в интернете и по всем российским телеканалам, снимал именно Арман. Только в его мобильнике все это без купюр и намного страшнее.
… Помните эти кадры: женщина — вся крови тянет руки и показывает: «Там, там!». Арман говорит, она до сих пор у него перед глазами. Даже некоторые друзья укоряли — не надо было это снимать... Но вот дочки ее сказали: «Правильно, что он это сделал». Они надеются, что когда-нибудь военных преступников, отдавших приказ бомбить мирных жителей, будут судить. И тогда эти кадры будут свидетельствами обвинения.
– Эта женщина умерла?
– Она мне цифры телефонного номера кричала, но, видимо, ошиблась в одной. Не прошел звонок, а она вдруг завалилась на бок. Потеряла сознание. Наверное, дочке хотела сообщить... Я ее потом нашел... Эту женщину Инна звали. Отец у нее фронтовик, с фашистами воевал... Вот так...
Арман некоторое время молчит, потом негромко и сурово произносит:
- Я Януковича ненавижу. Свою жизнь он спас. Сейчас вот дом купил, пишут. Если б он хотя бы половину из тех миллионов Юго-Востоку отдал, для ополчения, это многие бы проблемы решило.
Тихо и устало парень отвечает на вопрос, что там, на пылающем Юго-Востоке, им в первую очередь необходимо… Если будет продовольствие – он берется доставить его в Славянск. Пока удавалось «проходить» с большими грузами и туда. Осажденный город нуждается во всем: воде, еде, продуктах, товарах первой необходимости. Ну а им на блокпосту нужны хотя бы бинокли.
- На десять человек два рожка (патронов, правда, много) и один бинокль. Недавно вот, чтобы проверить информацию о продвижении техники противника, пришлось пройти по минному полю, подняться на бугор. Из оружия – один автомат…
– Страшно?..
Арман качает головой:
– Нет, мы на своей земле. Не страшно, просто глупая смерть тоже ни к чему… Обидно, что самого необходимого нет. Стою на этом бугре, смотрю и ничего толком не могу разобрать. Это хорошо, что нас не окружили тогда… Так что бинокль иногда очень нужен.
…Два рожка, один бинокль, даже бронежилетов нет. Все было поначалу, но пока было спокойно, все отвезли товарищам в уже осажденный Славянск. Город, конечно, стоит насмерть. И будет стоять, хотя там еще много остается женщин и детей. А против ополченцев под Ровеньками стянуты 150 единиц техники… На мины не лезут — обстреливают издали. Недавно был просто шквал. Но вот интересно, Арман даже слегка улыбается: ни одного раза не попали. Снаряды легли рядом – перед блокпостом и сразу за ним.
– Я помню — в день, когда мы строительные работы на посту завершили, дождь как раз прошел. И я вдруг вижу — прямо над блокпостом, как мост, повисла радуга. Я не суеверный человек, но на сердце как-то тепло стало… А потом у нас ласточки поселились. Стреляют, а они все равно к гнезду прилетают. Хорошие, значит, здесь люди на этом посту. И правда, очень хорошие… Такие русские мужики… Спокойные, взрослые – и у всех надежда на хорошую жизнь… На спокойную мирную жизнь… И конечно, надежда на Россию, что чем-то поможет…
– Но пока ведь вы стоите в буквальном смысле с шашкой против танка. Ведь рано или поздно они предпримут штурм. Начнется полная зачистка Юго-Востока.
– А что нам делать? Придется — будем стоять до конца за свою землю. Люди к этому готовы... Отступать нам некуда...
… А нам?

Севастополь, Крым, Украина, ополчение

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Другие статьи в рубрике «Россия»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов