Наследство

Наталья Буняева
Зимняя степь.
Зимняя степь.

...Солнце невыносимо светило прямо в лицо. Фарид с трудом открыл глаза и тут же заслонил их ладонью. Мороз и солнце — ну что может быть лучше? Ничего. Только бы чуть теплее было в комнате, где он с Мунирой жил уже больше года.

Станция скорой помощи, где Фаридуншо, а попросту Фарид, работал врачом-анестезиологом, выделила им с супругой «на первое время» небольшую, но уютную комнату в семейном общежитии. Тогда,  больше 20 лет назад, это неудобство можно было легко перенести: врачам исправно давали или квартиры, или «малосемейки», и поэтому приехавшие из жаркого Таджикистана молодые врачи радовались всему, что их окружает. Высоченные московские дома, множество людей, кремлевские звезды. Куда все это делось?   Хорошо, что приехали буквально «за пять минут» до развала Союза... Все это Фарид успел передумать, поеживаясь от холода и согреваясь горячим кофе. Обогреватель никак не хотел греть их жилище, а Мунире  нельзя в холод: так и не привыкла к зиме. У них на родине зима тоже не подарок: днем может и жара вовсю, а ночью звезды раскалялись от мороза. Светили так, что... Фарид потряс головой: похоже, он опять уснул... Ох и работенка! И не заметил, как Мунира уже начала свои ежеутренние хлопоты.  Они работали в одной смене уже несколько лет: главный врач заметил, что если эту парочку разбить, то они как неприкаянные... Мунира — нежная, стройная, несмотря на то, что их сын уже вовсю грызет гранит науки за океаном: выиграл что-то там, его и позвали. Фарид — это нечто или некто, за кем женщины готовы ходить табунами. Высокий, нереально красивый. И даже длинные волосы ему разрешили оставить, только в пучок завязывать. Стричь такую гриву — преступление! За стать и красоту получил он прозвище Царь, с ним и жил. Порой коллеги забывали его имя, и при больном: «Царь! Где у нас лидокаин?» Больные впадали в ступор, увидев восточного красавца, — не зря по Азии Македонский прогулялся...

В поездку

Холодный телефон буквально жег ухо: «Да, слышу. Да, есть неделя... Машина на ходу. Куда ехать? Куда? Не могу. Жена приболела». «Ну не выдумывай, не наговаривай...» - Мунира тонкой, хрупкой рукой погладила мужа по руке. Этими руками она ловко вправляла на место любые кости. Хоть руки, хоть ноги...

Фарид горячился: «Ну, Мунира! Зачем я сейчас. Сейчас! Зачем я поеду в этот Краснодар? Чтобы Немца выручать? Ему ехать надо куда-то, машина нужна, а я при чем?» - «Ни при чем... А помнишь, как Немец нам помогал, когда мы даже языка толком не знали? Это он нам выбил нашу комнату... Надо отплатить добром за добро. Ты в отпуске, а я работаю. Ну и поезжай, отдохни, с ребятами нашими, может, встретишься...»

В общем, утром решили выезжать. На хорошей скорости добраться до Ростова, там забрать коллегу - Деда. Он, видите ли, внучку уехал нянчить. Потом их уже в Краснодаре будет ждать Немец с каким-то другом. Вообще-то, Деда звали Сергеем, а Немца — Владимиром. Но как-то привыкли: Дед не по годам серьезен. Больные его побаивались: уж больно грозен, как насупится. Но и доверяли - рука набита на все. И откачивал безнадежных, и бил поганцев в подъездах, которым непременно хотелось курить при виде медицинского чемодана. С некоторых пор наркотики Дед упаковывал в маленькую коробочку и передавал медсестре: пока до нее доберутся, он всех положит.

Вовка — просто хороший врач, хирург по минно-взрывной части. Он умеет все и в любых условиях: залатать, извлечь, прооперировать... Солдатики его боготворили. Фамилия у него ненашенская - Руцц. С двумя «ц». Предки подарили немецкую педантичность, спокойствие, любовь ко всему, что живое... Потом последние буквы куда-то делись, и даже в приказах секретарь главврача ошибалась, писала «Владимир Рус». В общем, такая компания.

До праздников успею, решил Фарид и, выехав за МКАД, помчался на Ростов. На лобовое стекло прикрепил красный крест: меньше вопросов на постах ГАИ.

В Кострому?

Иногда встречались юрты.
Иногда встречались юрты.

Дед уже ждал и тоже не понимал такой спешки: что случилось у Руса? Оказалось, ничего особого: на двух машинах надо ехать в Костромскую область и пригнать оттуда две новехонькие «Калины». Тетушка Руса решила отдать их племяшу, потому как боится, что будут ржаветь в гараже, и все. Сама уедет из своей бывшей военной части, уже развалившейся на «частички», как она, смеясь, их называла. На Алтае, родине, ждала сестра, в селе с говорящим названием Волчиха. Туда и собралась после смерти мужа: прилег вздремнуть и только всхрапнул... Поплакала, а что делать? Все, что могла, увязала в узлы и сумки. Отправила с оказией. А эти железяки? Все муж копил, а кому? Детей не родили, сам помер... Решилась и позвонила племяннику Вовке: он ее сколько раз спасал. То лекарства, то деньги, то сам в глухомань... Теперь хоть будет на чем ездить на любимый Алтай. Вовка посмеялся: у него огромная черная какая-то «ленд...», «ленж...» - в общем, здоровенная машина. А «имя» ее Нина и не вспомнила.

Команда

В Краснодаре собрались все: Фарид, Дедушка Сергей, Володя и его друг, приехавший с очередной войны. Нерусский какой-то, по прозвищу Полковник. Почему именно Полковник — никто не знал, сам тоже: как назвали еще в школе, так и осталось: не могли запомнить простое имя — Дэвид. Его недальние предки приехали в Россию стоить коммунизм, а потом выяснилось, что адресом ошиблись. Но остались, признав, что хоть и железный занавес, но как-то тут легче дышится, чем на зеленых лужайках родимой Британии. А внучек решил, что эти русские просторы надо еще и защищать: как ушел в армию юнцом, так еще и не вернулся. И где его только не носило! Наверное, на всех мыслимых войнах побывал: то воюет, то советник, то еще что... В общем, очередной пациент доктора Руса. Ждали еще одного, тоже ломаного-переломаного: разведчик со странным «позывным» «Понаехали». Вообще-то его Сергеем зовут и доктор буквально по частям собрал отчаянного любителя мотоциклов: тот умудрился въехать под КамАЗ. Переломы не в счет, а вот позвоночник собирали, как гармонь: по косточкам...Когда сняли все бинты и гипсовальные предметы, оказался под ними парень весьма специфической наружности: красив, как Бог, умен, как Менделеев.

В общем, когда все собрались, расселись по машинам, получилось что в каждой разместились по трое. Просто решили «разведку» не бросать (доктор Рус боялся его «потерять»: приедем обратно, обследуем. Заодно посмотрим, как дорогу перенесет), решили просто не сажать рядом с Полковником. Не дай Бог, зацепятся за что, так и за стволы схватятся. Оружие взяли: ехать хоть и не на край света, всего за какую-то тыщу километров с хвостиком, но кто знает, что ждет впереди. У военных было свое, какое — никто не спрашивал. У врачей — травматическое. И только мирный Фарид решил, что будет отбиваться чем придется, на крайний слу-чай — электрошокером.

Ехали кратчайшим путем — через калмыцкие степи. Снег выпал не так давно, но его так укатали любители сократить путь, поохотиться, когда нельзя, что дорога была такая, как надо. Часов через шесть встретили первые юрты. Калмыки выходили, провожали машины, дети бежали вслед, и через некоторое время белое безмолвие степей стало меняться: издали показался громадный курган, увенчанный фигурой Родины -Матери.

Дальше их ждала переправа через Волгу и целая череда приключений...

Продолжение в следующем номере.

история

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «История»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов