Несгибаемый

Елена Павлова

14 июля исполняется 80 лет Дмитрию Ивановичу Логвину - первому атаману Ставропольского городского казачьего общества Терского войска, первому председателю краевого Союза защиты прав потребителей

Союз этот  на базе казачьего общества и создавался в 1998 году, и активно защищал интересы не только казаков, но и каждого, кто за этой защитой обращался. И до сих пор защищает – вот уж 20 лет кряду. А Дмитрий Иванович, возрасту и хворям вопреки, остается в строю – и в Союзе, и в казачестве. Про таких говорят – несгибаемый.

 

Эхо военного детства

Это качество характера у Логвина родовое. От деда Василия, что из вольных запорожских казаков происходил… От отца Ивана Матвеевича, который в войну в партизанском отряде воевал и погиб геройски…

Дмитрий Иванович Логвин с дочкой и внучкой.
Дмитрий Иванович Логвин с дочкой и внучкой.

Но надо сказать, что и сама жизнь с раннего детства ковала в характере мальчугана из украинского села Петриковка тот самый стальной несгибаемый стержень. На войне даже маленькие дети взрослеют быстро - не разумом, так сердцем они понимают очень серьезные вещи, которые на всю жизнь впечатываются в память.

Так, остались в памяти пыльная дорога и обоз, в котором в начале войны уезжала из родного села семья Логвиных. Наступали немцы. Мужчины были уже призваны в армию, а семьи коммунистов решено было эвакуировать. Логвиным даже отдельную повозку выделили.  Ребятишек-то пятеро… Но далеко они не уехали. Заболела двухлетняя сестренка Светланка, и Логвины отстали от обоза, свернули к ближайшему селу – Котовке, где у них было немало родственников.  Там Анна Васильевна с детьми и перебедовала всю оккупацию. Мужнина родня поначалу приняла ее у себя,  малышку вылечили. Но когда немцы в селе свою власть установили,  родственники слезно просили Анну уйти с ребятишками куда-нибудь на культстан. За себя, своих детей боялись. Ивана-то Логвина все в Котовке знали, и, что он секретарем парторганизации у себя в селе был, тоже знали.  А люди в селе были разные… В полицаи записалось немало мужиков. И в службе новым хозяевам они проявляли рвение.

Анну с детьми отыскали даже на культстане, наведывались туда нередко – все про отца спрашивали. Знали, что тот – в партизанах.  Однажды, ввалившись с мороза в дом, заявили матери:

- Собирай детей,  сейчас потопим вас всех в речке, как кутят.

Путь к реке детская память зафиксировала в деталях. Он показался очень долгим, хотя по малолетству они с сестрами еще не понимали, что происходит. Однако чувствовали — недобрые люди их куда-то ведут.

Потом полицаи старались пробить лунку в проруби, которую намертво сковало льдом. Не получилось.

Читайте также: На Крепостной горе идут раскопки на месте дома, в котором предположительно бывал Пушкин.

- Ну что ж, - куражась, заявил матери один из них. – Не потопили, так поджарим. Их погнали обратно к дому, но промерзшая солома, которую упивающиеся властью мерзавцы пытались поджечь, не занялась…

Бог  хранил в этот день Анну и ее ребятишек. Да и полицаи, похоже, все же не собирались убивать семью Ивана Логвина.  Жена и дети партизана нужны им были в качестве приманки... Стращали, куражились. Но не спешили с расправой – ждали, что придет отец семью проведать...

Иван наведывался к жене и детям не раз, но поймать его так и не смогли – он ведь был местный, потайные тропинки знал ничуть не хуже тех полицаев… А потом матери передали, видимо, через связного, что  партизаны вели бой с фашистами, и Иван в том бою погиб…  Вероятно, об этом узнали и полицаи. Во всяком случае, семью Логвина они больше не трогали.

 

Долгая дорога к Ставрополю

 В 1944-м, после освобождения от немцев, Анна с детьми вернулась в Петриковку. Голодали, мерзли, тяжело на износ работали солдатские жены и вдовы, но поднимали израненную войной пашню, растили детей. И дети помогали, как могли. Димка шестилетним пацаном уже чувствовал мужскую ответственность за мать и сестер. Он ведь единственный мужчина в их семье остался.

Школа, ФЗУ, армия – такой путь проходило большинство мальчишек той поры.  Срочную Дмитрий Логвин служил в авиачасти в Мукачево. Это Закарпатье. Шел уже 1957 год, но война там еще не закончилась. Дмитрий вырос на Украине, и школу украинскую окончил, но  на его родной Днепропетровщине такой нечисти, как бандеровцы, и близко на ту пору не было. А вот попав в Мукачево, все военнослужащие очень быстро начинали понимать, что такое «украинский национализм». Так, даже в увольнение солдаты выходили только большими группами. А уж к «самоволке» обстановка и вовсе не располагала.

… Страна поднимала целину. Привлекли к этому делу даже будущих «дембелей». Точнее – солдатам-срочникам предложили уволиться в запас на полгода раньше срока, но сразу направляться в целинную степь. Дмитрий Логвин был двумя руками за.

 И все-таки он потом вернулся в армию. Поработал на целине, потом в родной Петриковке. А затем отправился в славный город Ростов-на-Дону в гости к сестре, которая была замужем за капитаном. А служил капитан в авиачасти. В этом уже была видна рука судьбы. Да и сам Дмитрий, закаленный целинными ветрами и повзрослевший, по-новому взглянул и на авиацию, и на перспективы воинской службы.

Он оформился на сверхсрочную, потом поступил в Рижское авиационное военное училище. А уж армейская судьба побросала его потом по всему Союзу и даже чуть Дальше – от Туркмении до дружественной нам тогда Польши.

А вот  осели Логвины в Ставрополе. Первый раз они приехали в наш город в 1976 году, получили квартиру, потом покочевали еще по городам и весям. А выйдя в запас, Дмитрий Иванович с семьей вернулся в Ставрополь. И теперь уж у Логвиных все ставропольцы – и дочки, и внучки. Глава семейства мечтает еще и правнуков понянчить.

 

Судьба атамана

Город наш для Дмитрия Ивановича  давно уже стал родным.  Многое вместе пережили, а трудные времена сближают.

Конечно, крушение Советского Союза наш герой пережил как личную трагедию. В голове не укладывалось, что его родная Петриковка оказалась вдруг «заграницей».  И Рига, где учился, и Туркмения, где служил. Но самые драматичные для страны лихие 90-е были все-таки интересными. Для возрождающегося казачества уж точно – самыми интересными. Оно на глазах становилось реальной силой, способной влиять на обстановку в городах и станицах. Логвин вступил в казачество, когда это понял и поверил в возрождение. А через пять лет был избран атаманом городского общества. Это был год 1998-й, когда вышел Указ о реестре, разделившем казаков на реестровых и вольных. Дмитрий Иванович считает, что на тот момент это был продуманный и изощренный удар по казачеству, подготовленный ельцинский политической верхушкой, действовавшей по принципу «разделяй и властвуй».

В последние годы много говорят об объединении, проводятся Всероссийские круги. Шаги делаются, но путь к объединению, наверное, будет длинным. Не получится враз собрать то, что планомерно разъединялось в течение десятка с лишним лет. Но идти к этой цели надо.

Ну а Дмитрий Иванович Логвин всегда говорил, что казаки должны быть едины. Будучи реестровым, его общество тесно сотрудничало с вольным Ставропольским казачьим войском.

Будучи атаманом, он был счастлив от того, что ему не хватает двадцати четырех часов в сутки. Общество привлекалось к охране общественного порядка, у казаков была подшефная пограничная застава. И ученики созданного в лицее № 5 казачьего класса выезжали со своими наставниками в гости к пограничникам… А краевой Союз защиты прав потребителей бился за горожан в судах и добивался правды порой в таких сложных делах, которые сейчас по силам только Роспотребнадзору.

Владимир Квашнин, который после Логвина стал атаманом городского казачьего общества Терского войска, рассказывает, что в пору 90-х Дмитрий Иванович помог и многим казакам с тем же трудоустройством (тот же казачий ЧОП). А еще атаман Квашнин говорит, что сам учился у Логвина принципиальности и умению держать удар.

Дмитрий Иванович со своей несокрушимой бескомпромиссностью был, скажем так, не всем угоден. И «задвинуть» его много раз пытались, только вот и он, и его казачье общество устояли. Я тот круг 2005 года хорошо помню, когда девяносто казаков за своего атамана горой встали…

О тех событиях Логвин сейчас и говорить не хочет:  мол, надо думать не о том, что было, а о том, что будет.  Он убежден: казачество в будущем должно стать единым.

Дмитрий Иванович и казакам это говорит. Он в городском казачьем обществе  Квашнина и по сей день – заместитель атамана и непререкаемый авторитет. Многие молодые и не очень молодые казаки к нему за советом обращаются. И очень болеют душой за здоровье несгибаемого Логвина.

А того и правда согнуть невозможно. Из больницы только вышел – и сразу на работу. Сопровождает его на службу собака Муська – маленькая, но боевая - с характером под стать хозяину.

- Муська у нас – почетный сотрудник Союза защиты прав потребителей, - смеется Дмитрий Иванович…

… Оптимизма и жизнестойкости нашему герою не занимать. А телевизор хоть не включай. Как новости с Украины, так словно ножом по сердцу. И тем острее хочется хотя бы на день попасть на свою малую родину, чтобы обнять сестру, пройтись по улочкам, где прошло детство, поклониться родным могилам… И тем больнее понимать, что это уже вряд ли возможно…

 И все-таки жизнь продолжается. С днем рождения, Дмитрий Иванович! С юбилеем!  Здоровья Вам, мира и долгих лет. Желаем Вам обязательно дождаться, понянчить и воспитать правнуков.

юбилей, времена и люди, казачество

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «История»

Другие статьи в рубрике «Общество»

Другие статьи в рубрике «Ставрополь»