Ностальгия Ильи Сургучева

Валерий Манин
Ясеновская - одна из немногих старых улиц Ставрополя, которую не успели переименовать после 1917 года. Строителям социализма (так они себя именовали) хорошо удавалось лишь одно дело: переименовывать названное предками. Новые имена (и не по одному разу!) получали не только улицы и города, творения рук человеческих, но и горные вершины, острова, другие объекты, созданные природой. Лежащая к югу от Ясеновской, поперек, главная улица города именовалась то Красной, то проспектом Сталина. Ныне - это проспект Карла Маркса. Ясеновская улица окаймляет с востока Крепостную гору. Примечательна эта улица тем, что на ней жил известный писатель и публицист И.Д.Сургучев.

Чисто теоретически автор этих строк мог бы встретиться с Ильей Дмитриевичем Сургучевым в Ворошиловске (опять - переименование!) осенью 1942 года. Интересно, что сказал бы автор множества пьес, публицистических заметок, шестидесятилетний человек пятнадцатилетнему юнцу. Писатель с мировым именем, не пожелавший остаться в стране, которую любил так же, как и родной город, проживший в эмиграции значительную часть жизни, сказал бы многое. Но - не судьба.

Скоро общественность Ставрополя займется подготовкой к 115-летию со дня рождения И.Д.Сургучева. Он родился в Ставрополе 27 февраля 1881 года. Здесь же окончил классическую гимназию, стал писателем. Известный краевед Герман Беликов установил места в Ставрополе, связанные с детскими и юношескими годами нашего земляка. Один из этих домов по адресу: Ясеновская, 56, запечатлен на снимке со стороны улицы. Во дворе дом оброс пристройками, неизбежным злом нашего времени. Однако вернемся к тому времени, когда автор этих строк мог встретиться с Сургучевым. Это был период оккупации города Ворошиловска немцами. Можно представить, с какими трудностями столкнулся пожилой человек, преодолев тысячи километров по неспокойной Европе, в том числе и по оккупированной территории СССР. Он побывал на родных для него улицах, наверняка не один раз поднимался на Крепостную гору. Осень была теплой, солнечной. И, наверное, такими были и его воспоминания. Однако он наверняка огорчился тому запустению, которое увидел в самом центре города. Он мог лицезреть одиноко торчащую, испоганенную "Царь-звонницу", но не увидел храма Во имя Казанской Божией Матери - здесь был пустырь, заросший сорной травой. Колокольню взорвали через полгода, в мае 1943 года.

Обходя Соборную площадь, Сургучев подходил и к дому полицмейстера. Здесь уместно процитировать самого писателя: "В том доме, который был назначен для полицмейстера, когда-то, проездом на Кавказ, жил три дня Пушкин". Это- из повести Сургучева "Губернатор", в которой полицмейстер - одна из ключевых фигур повествования. Дом интересен тем, что, будучи одноэтажным со стороны Индендантского переулка (еще одно не переименованное название), представляет собой трехэтажную громаду со стороны круто падающей в сторону речки Ташлы Полицейской улицы (сов. Ставропольская). С тех времен сохранился не только сам дом, но и арочка с калиткой, сделанной из кованых железных прутьев с нехитрыми завитушками. Со времени последнего пребывания Ильи Сургучева в городе прошло больше полувека. Кануло в Лету государство СССР, вернулось имя Граду Креста. Воссоздается разрушенный большевиками Соборный комплекс. Уже звонит колокол на возведенной рядом закладной часовенке. Но что-то мешает получить полное удовлетворение от предпринятых шагов по восстановлению доброго старого. Соборный комплекс строится ни шатко ни валко. Говорят, денег нет. А их всегда нет, когда нет должного внимания к стройке. Сзади стройки - запустение. Севернее склепа - памятника генералу Апанасенко - есть смотровая площадка. Отсюда открывался вид на город. Площадку облюбовали темные личности. А ведь об этом месте писал Сургучев в упомянутой книге: "Сзади крест и собор; прямо, шагов через двенадцать, - обрыв, вероятно, глубокий, потому что маленьким кажется там, внизу, расположившийся город". Вид на город с площадки теперь закрыт деревьями, выросшими не по воле человека, а вопреки ей: возвышенная площадка сделана как смотровая. Можно представить, как огорчила бы Илью Дмитриевича Сургучева и та свалка сучьев и мусора рядом с часовенкой, да и чахлый газон внутри ее ограды. Сургучева огорчило бы и то, что рядом с восстанавливаемым собором до сих пор красуется памятник со вздыбленными танками. Он бы предложил властям увековечить память героя Отечественной войны в другом людном месте в виде монументальной скульптуры, а прах захоронить на кладбище, как это принято на Руси. А уж память об А.С.Пушкине стоило бы увековечить скромной доской на доме, в котором он останавливался, а лучше - на заборе, рядом с арочкой, ведущей к этому дому, приведя эту арочку в порядок. А странное сооружение в виде забора около памятника Пушкину (за его спиной) на проспекте Карла Маркса снести. Тогда от памятника к дому, где он останавливался в Ставрополе, экскурсоводам легче было бы вести любителей поэта по лестнице на Крепостную гору.

В 2006 году исполняется 50 лет со дня смерти Сургучева. Есть еще один повод вспомнить земляка, умершего на чужбине, в Париже.

Владимир Ивановский.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов