Осень в Цхинвале

Александр Гололобов

(Продолжение. Начало в № 202).

Лучше гор могут быть только… люди

Житель Цхинвала ветеран Великой Отечественной войны Иррадион Константинович Тасоев., Вечерний Ставрополь
Александр ГололобовЖитель Цхинвала ветеран Великой Отечественной войны Иррадион Константинович Тасоев.

Когда ходишь по Цхинвалу, невольно охватывают разноречивые эмоции. В мирное время ты отчетливо видишь следы реальной войны. Это ощущение усиливается под воздействием новостной информации о событиях в Новороссии. Одновременно ты понимаешь, какую боль в своих душах носят люди, которые, несмотря на пережитое, остались приветливыми, гостеприимными, доброжелательными и вполне открытыми. Когда я в поисках достопримечательностей бродил по городу, мне не раз встречались именно такие местные жители. В Еврейском квартале Марина, приехавшая к родственникам из Владикавказа, рассказывала мне о том, каким был старый город до войны. Вместе с ополченцем Аликом мы стояли на крыше пятиэтажки, пострадавшей от грузинских снарядов, обозревая окрестности. «Вон там построили новый микрорайон, называется «Московский», потому что Лужков финансировал. А вон там уже Грузия», - показывал рукой Алик, а я вглядывался в ту сторону, как будто мог разглядеть, чем же земля по ту сторону границы отличается от осетинской.

С Иррадионом Константиновичем Тасоевым я познакомился у Вечного огня на Аллее Героев Великой Отечественной войны. Худощавый мужчина почтенного возраста с тростью сидел на скамейке. Я попросил разрешения сфотографировать его. Слово за слово, познакомились, завязался разговор. Оказалось, что Иррадион Константинович не просто пенсионер, а ветеран войны. Дошел с боями до Польши, там и встретил День Победы. Всю жизнь трудился, и даже теперь всё по дому делает сам. Дети зовут жить к себе, но в 88 лет трудно менять привычный уклад. Иррадион Константинович пригласил меня к себе в гости. «Если хочешь, оставайся, поживи у меня», - предложил он запросто. В который раз в Южной Осетии я убеждался в том, что кавказское гостеприимство – это не растиражированный миф, а живая и сегодня многовековая традиция, важная часть культуры народа.

Застолье как ритуал

За столом в доме художника Бориса Габараева., Вечерний Ставрополь
Александр ГололобовЗа столом в доме художника Бориса Габараева.

Если вы ещё не бывали в гостях в осетинском доме, то надо непременно исправить это упущение. В праздники за общим столом собираются десятки людей. На свадьбах и похоронах их число может доходить и до тысячи! Несведущему человеку свод правил осетинского застолья на первых порах кажется очень мудрёным и сложным для запоминания и выполнения. Но учитывать, что на Кавказе заветы предков чтили всегда, даже в советские времена, когда обращение к прошлому не сильно приветствовалось и причислялось к архаичными пережитками. Я лишь слегка прикоснулся к традициям осетин и был поражен, какую мощную духовную основу, дающую силу многим поколениям, заложили их предки.

С крыши пятиэтажки просматривается почти весь город., Вечерний Ставрополь
Александр ГололобовС крыши пятиэтажки просматривается почти весь город.

Но вернёмся к теме застолья. Не буду рассказывать про традиционные пироги (приготовленные умелой хозяйкой, они выше всяких похвал!). Традиционная осетинская кухня привлекательна тем, что в ней используют простые натуральные продукты: сыр, мясо, овощи, разные виды кислого молока, зелень и другое. Перед поездкой в Южную Осетию меня предупреждали о коварном воздействии на неподготовленный организм знаменитой араки. Её мне попробовать не пришлось, зато теперь я знаю вкус настоящего осетинского пива, приготовленного по старинному рецепту. К счастью, я не пошёл по пути киношного Шурика, иначе за неделю пребывания в Южной Осетии от количества тостов запросто бы забыл, в какой стороне мой дом. Застолья у осетин могут продолжаться по большим праздникам несколько дней к ряду. Но это вовсе не значит, что его участники под конец могут валяться под столом. Выпить лишнего – проявить неуважение в первую очередь к старшим. В отличие от братьев-украинцев, которые говорят: «Якщо людина зовсім не пье, вона або хвора, або падлюка», осетины не считают непьющего ущербным, а пьяницы у них издавна были в позоре.

Застольный этикет у осетин - это настоящий ритуал, он имеет множество нюансов. Ему посвящены тома научных монографий. Я же усвоил для начала несколько несложных правил и старался им следовать. Так, к примеру, если старший за столом произносит тост стоя, то все остальные тоже не должны сидеть. Если же присутствующие пьют за тебя, то ты должен подняться в знак благодарности и сесть только тогда, когда все слова будут сказаны, а бокалы осушены. Вообще, чтобы быть в курсе всех особенностей поведения за осетинским столом, наверное, надо родиться осетином.

Мастер пейзажа Михаил Кулумбегов

Художник Михаил Кулумбегов., Вечерний Ставрополь
Александр ГололобовХудожник Михаил Кулумбегов.

Кроме всего прочего за общей трапезой гости знакомятся друг с другом. Благодаря Рустаму Дзагоеву я оказался за одним столом с замечательным художником Михаилом Кулумбеговым. Судьба преподнесла мне отличный подарок, ведь мастер уже давно живёт и работает в Москве, а в Южную Осетию приезжает за вдохновением не чаще двух раз в год. Когда я узнал, что Михаил собирается на пленэр в район Рокского тоннеля, где сохранилась древняя башня, тут же напросился к нему в попутчики.

На следующее утро по дороге к живописным развалинам художник успел немного рассказать о себе. Оказалось, что путь в профессию начался для Михаила в Цхинвальском художественном училище имени М. Туганова. Затем последовала учеба в Академии изобразительных искусств в Тбилиси на факультете скульптуры.

В старом городе., Вечерний Ставрополь
Александр ГололобовВ старом городе.

Первая грузино-осетинская война застала Михаила в Цхинвале. Он вспоминал, как хоронил погибших на кладбище во дворе 5-й школы. Когда после пленэра мы заехали на мемориал, художник долго ходил между плитами, горько вздыхал, видя знакомые лица на холодном мраморе: «Я его знал его. Он был хорошим парнем. И он. И он…».

В 1992 году Михаил Кулумбегов поехал в Москву, где его работы практически сразу привлекли внимание знатоков живописи. Необыкновенный стиль и манера писать открыли художнику дорогу на московские и международные выставки. Работы осетинского живописца покорили многих ценителей искусства. Рустам Дзагоев был свидетелем того, как на персональной выставке Кулумбегова в Центральном Доме художников в Москве именитые мастера специально приходили посмотреть на его работы. А когда они узнавали, в какие сроки были написаны картины, удивлению вообще не было предела.

Я тоже был поражен, когда через каких-то полчаса после приезда на место увидел готовый пейзаж Михаила. Как можно успеть за такое время написать картину? – спросите вы. А вот так! – разведу я руками. Смотрите видеоролик на нашем сайте.

Кулумбегов, немного щурясь, вглядывался вдаль, а мастихин в его руке так ловко и быстро проносился над холстом, что глаз едва успевал заметить, как из-под него возникали новые детали будущей картины. Никаких набросков и эскизов, только уверенные движения руки с инструментом, сопровождаемые шлейфом неповторимого запаха красок.

В тот момент я подумал, что наблюдение за этим волшебством можно сравнить с чтением Конан Дойла. Оба процесса возбуждают неподдельный интерес, а с каждым мгновением становится понятно, что ничего не понятно. Но в отличие от чтения детективов о Шерлоке Холмсе, где всё-таки можно догадаться ближе к финалу, что «убийца дворецкий», созерцание работы над картиной держит в неведении и напряжении до самого конца. И только лишь, когда автобус, проезжающий вдали по горному серпантину окажется завершающей оранжевой точкой на холсте, можно увидеть результат.

Михаил рассказал мне, почему он пишет именно так, а не иначе: «Мой кумир - Клод Моне, отец импрессионизма. Художники этого направления хорошо рисуют, потому что они под впечатлением, не могут пройти мимо того, что их цепляет. Как можно пройти мимо этого и не запечатлеть. Чтобы отразить в работе максимум своих переживаний, нужно писать быстро, практически не отвлекаясь на мелкие детали. Для них есть фотоаппарат».

Каково было моё удивление, когда я услышал от художника, что 25 минут – это не предел: «Я ещё не добился того, чего хочу. У меня ещё всё впереди. Хочу быстрее писать, чтобы поместить в картину больше эмоций и переживаний. Для этого нужно работать каждый день. Нельзя не трудиться и чего-то требовать от жизни».

(Окончание следует).

Цхинвал, Осетия

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «В мире»

Другие статьи в рубрике «Общество»

Другие статьи в рубрике «Путешествия»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов