Подвиг духа под грифом «секретно»

Елена Павлова

В посёлке Дёмино живет человек, который тоже был узником концлагеря Шталаг-326 (VI-к), он находился там в то же время, что и мой отец

…Эх ты, Русь моя дорогая,

Не вернуться мне больше к тебе,

Кто вернется, тот ввек не забудет,

Все расскажет родимой семье.

Все расскажет, слезами зальется,

Выпьет рюмку, вскружит голова,

Знать, судьба - не вернуться до дома,

Продолжать трудовые дела.

(Лагерный стих)

Без вести не пропавший

13 мая 2016 года в газете «Вечерний Ставрополь» была опубликована статья «Просто без вести пропавшие…» - о том, как через семьдесят лет неизвестности мне удалось узнать о судьбе моего отца, без вести пропавшего летом 1942 года в боях под Ростовом.

Как выяснилось, он попал в плен, как и многие другие военнослужащие, когда в июле 1942-го наш фронт на этом участке стал «разваливаться» и 20 числа наши войска оставили Ростов. Пленных отправили на каторжные работы, на шахты Рурских рудников. 30 декабря 1944 года отец мой Иван Сергеевич Хрунь погиб в концлагере Шталаг-326 (VI-к), где и был похоронен в братской могиле. Мы, родные, узнали об этом только в 2016-м... Через интернет.

2 апреля 1945 года американские войска освободили концлагерь, завладели всей документацией о военнопленных, которую немцы вели с арийской педантичностью. Документы были переданы нашим властям. Но у нас — в строгом соответствии со словами товарища Сталина — считалось, что у нашего государства военнопленных нет - есть только предатели... Посему архив с данными узников концлагеря засекретили, и сколько их родственники ни писали по инстанциям, отовсюду получали один и тот же ответ: «Пропал без вести». И только к 70-летию Победы в Великой Отечественной войне документы, содержащие личную информацию о военнослужащих Первой и Второй мировой войны, рассекретили и разместили на интернет-порталах.

Статья в «Вечерке» получила широкий резонанс. Было очень много звонков из семей, которые так же, как и мы, 70 лет ничего не знали о судьбах своих «без вести пропавших»... Звонили и те, которые прошли ужас концлагеря и остались живы. Был среди звонков и самый трогательный, самый важный для меня.

Оказалось, что в посёлке Дёмино живет человек, который тоже был узником концлагеря Шталаг-326 (VI-к), он находился там в то же время, что и мой отец. 94-летний Виктор Васильевич Мигненко стал для меня дорогим человеком. Я помню, как волновался перед первой встречей. И вот 18 мая 2016 года я и мой товарищ подполковник в отставке Юрий Федорович Галан приехали на встречу с Виктором Васильевичем, который ждал нас у калитки своего дома.

Он оказался интересным собеседником, с хорошей памятью о лагерной жизни. Беседа продолжалась в течение шести часов. Мне интересно было до мелочей узнать все о лагере, как будто я вел беседу со своим отцом... Пережить ему довелось очень много — даже по меркам военного времени. Сейчас таких уникальных людей осталось в живых очень мало, поэтому спешу хоть немного рассказать для молодежи о человеке, полностью отдавшем себя во имя Победы. Кратко рассказываю с его слов.

Три ранения и плен

Родился Виктор Васильевич 15 марта 1922 года в семье сельских тружеников в Ипатовском районе. Работать на земле начал с самого детства. Хорошо помнит годы коллективизации, становление колхозов. Жизнь постепенно улучшалась. Но помешала война. В январе 1942 года Виктор был призван в армию и направлен на фронт. Воевал в качестве рядового стрелка. Боевое крещение произошло в районе Керчи. Здесь боец Мигненко получил первое осколочное ранение. После лечения он был отправлен в Новороссийск, а затем в Севастополь, в район Южной Бухты. Там в июне 1942 года Виктор Васильевич получил второе ранение. Один из осколков по сей день сидит в районе правого виска. Ранение, конечно же, тяжелое, как его транспортировали в Северную Бухту Севастополя, он не помнит. А вот переправа в Балаклаву осталась в памяти... 29 июня немцы предприняли новую массированную атаку. Мигненко снова был ранен и словно погрузился в темноту. Очнувшись, он услышал румынскую речь. Понял, что находится в плену.

3 июля 1942 года Севастополь был оставлен. Немцы погрузили пленных в товарные, грязные и смрадные вагоны из-под угля, извести, скота. В вагоны загоняли по 70-80 человек вместо сорока. В темноте и давке ехали по трое-четверо суток без воды и хлеба. Испражнялись в котелки или кружки. Многие не в состоянии были перенести поездку, умирали. По прибытии на место назначения из вагона выносили до 10 – 15 трупов. Вначале разместили в карантинный лагерь, выдерживали неделю, а затем переводили в лагерь Шталаг-326 (VI-к), близ города Падерборна.

Лагерь смерти

Шталаг-326 (VI-к) был построен на костях русских военнопленных. Русская зона была отгорожена от других. Началась регистрация. Каждому военнопленному присваивался лагерный номер. Ни фамилии, ни имени больше не существовало. Виктор Васильевич получил личный номер 96844. Затем формировали партии по 300 человек и пешком гнали на работы, иногда за сотни километров. По пути немецкие подростки забрасывали пленных камнями. Голодавшие пленные срывали траву, листву деревьев. Шталаг-326 (VI-к) был одним из самых страшных лагерей для военнопленных Красной Армии. В годы войны его называли «Лагерь смерти» или «Лагерь русских». Из этого лагеря военнопленных в основном направляли на шахты и предприятия Рурского бассейна. Непригодных для каторжного труда, медленно уничтожали голодом, холодом, побоями. На 1 марта 1945 года было зарегистрировано 308 тысяч советских военнопленных. Грязь, скученность, отсутствие бани привели к большой завшивленности. Измученные продолжительным голодом пленные становились тенями. Дневной рацион составлял сущие крохи - треть того, что полагается человеку для поддержания жизни. При росте 176 сантиметров вес истощенных пленных составлял 42 кг. На почве систематического недоедания у пленных появились голодные отеки. Пищу варили из отбросов овощей и зелени, непригодной даже для кормления скота. Такая пища вызывала широкое распространение желудочно-кишечных заболеваний. Ежедневно умирали 20 – 30 военнопленных. Всего за время войны в этом лагере погибли более 70 тысяч советских людей. Все они похоронены на территории лагеря Шталаг-326 (VI-к).

Всем им пришлось пройти через голод, холод, издевательства, изощренные пытки, перед которыми бледнеют ужасы средневековья. Чаще всего фашисты практиковали такие:

- догола раздетого человека ставили под кран. Вода падала на темя. Потом человек терял сознание, и его, окоченевшего, но еще живого, выбрасывали в мертвецкую;

- человека заталкивали в пустой барак, и пускали туда двух-трех овчарок. Под общий хохот немцев они рвали тело беззащитного;

- на середину площади лагеря привозили небольшое количество хлеба. Голодная толпа бросалась к нему, тогда немцы пускали собак и открывали пулеметную стрельбу.

Глоток свободы

Военнопленные других стран находились в местах, отгороженных от русской зоны, в лучших условиях. Они получали помощь по линии Красного Креста. Наши военнопленные были лишены этой помощи, так как Советский Союз не подписал Женевскую конвенцию о военнопленных. Ведь руководство страны всех их «определило» в предатели.

Но военнопленные об этом не знали... В последние дни марта 1945 года в лагерь начала просачиваться информация о поражении немецких войск на обоих фронтах. С запада немецкий фронт теснили союзные войска. Немцы начали эвакуировать пленных из района военных действий в концлагерь Шталаг-326к. В лагере Шталаг-326 (VI-к) оставалось более 10 тысяч русских военнопленных. Они, изможденные, измученные, но не сломленные, готовили бунт под руководством такого же, как они, военнопленного - полковника Куринина. Подавить бунт немцы не успели. 2 апреля узники концлагеря услышали нарастающий шум моторов. Бог ведает, откуда они взяли силы. С криками «УРА !!!» люди ринулись через ворота. И остановить их в этот момент было невозможно. На бледно-желтых, как смерть. Лицах сияли радость и счастье.

Немцы были пленены. А освобожденные изголодавшиеся узники лагеря рванули в продовольственные склады. С жадностью хватали муку, горох и другие продукты, пытаясь утолить голод. На ходу люди ели сырую муку. Все лица и одежда были измазаны в ней. На следующий день в лагере был организован оркестр, он играл сбор на митинг. Там было сделано радостное для многих объявление: американцы доверяли управление лагерем самим советским военнопленным во главе с полковником Курининым.

Три четверти состава лагеря ходило с голодными отеками. Но дух, воля, вера в нашу победу не были сломлены. Большинство бывших пленных и в этих условиях оставались верными сынами своей Родины. Они собрали группу добровольцев, чтобы строить памятник своим погибшим товарищам. Работали днем и ночью, сменяясь через 10 минут – истощенные люди не выдерживали большой нагрузки. Утром 2 мая 1945 года у памятников встали советские и американские почетные воинские караулы.

На памятнике были выбиты слова:

…Покойтесь мирно гордые страдальцы

О вас мы не забудем никогда

Сей памятник здесь будет вечно возвышаться,

Оберегать вас будет Красная Звезда.

Жизнь после ада

Впоследствии на территории бывшего концлагеря были проведены работы по благоустройству кладбища – вечного свидетеля преступлений немецкого фашизма против человечества. Сделано было так, чтобы кладбище само говорило со своими посетителями. Здесь 36 братских могил длиной 112 метров, шириной 2,2 метра. В них захоронено более 70 тысяч человек, в том числе тысячи детей и подростков, захваченных фашистами, под предлогом борьбы с партизанами.

В июне 2016 года послом Российской Федерации в ФРГ на территории кладбища был открыт мемориал из 18 мраморных плит, на которых выбиты фамилии погибших в лагере. Всего 15503 фамилии. Продолжается работа по установлению имен остальных погибших.

Ежегодно кладбище посещают многие родственники узников концлагеря и туристы.

… Это сейчас. А тогда, в мае 1945 года американцы передали бывших наших военнопленных советскому командованию и документы на погибших и похороненных в лагере. Командование, в свою очередь, передало их… куда следует. Данные о тех, кто не дожил до освобождения, попали под гриф «секретно». Матери, жены, дети советских бойцов, замученных в концлагере, не только ничего не знали об их судьбе и не могли узнать. Они были лишены всякой поддержки государства, не получая ни пенсий, ни аттестатов, ни какой-либо хотя бы крохотной помощи. Они выживали как могли или не выживали...

А военнопленные, которые дожили до освобождения... Многие из них попали под жернова репрессий уже на Родине.

Виктору Васильевичу повезло. Его, после проверки, призвали в армию, из которой он был уволен по состоянию здоровья в декабре 1945 года. После увольнения Виктор Мигненко вернулся в родной край и поселился в поселке. Демино, где проработал до выхода на пенсию главным бухгалтером в опытном хозяйстве Ставропольского сельхозинститута. Он награжден многими орденами и медалями за службу в Советской армии и трудовые успехи.

Виктор Васильевич активный общественник, часто выступает перед школьниками, студентами, молодежью. 15 марта этого года он отметил свое 95-летие. Получил много поздравлений - от президента Российской федерации В.В. Путина, губернатора края В.В. Владимирова, Совета ветеранов района и поселка. Был очень рад. А сейчас состояние здоровья ветерана требует моральной поддержки. Давайте ее окажем. Призываю хороших людей поздравить и поддержать заслуженного ветерана с Днем Победы. Его телефон 8-865-53-212-61. Телефон дочери 8-928-817-52-44

Нет, он не забыт и не одинок. Власти Шпаковского района, поселка Демино и общественники не забывают ветерана, оказывают ему регулярно материальную и медицинскую помощь. Надо сказать, что помощь поступает и из ФРГ — через общество «Контакт».

У Виктора Васильевича прекрасная семья. Спасибо дочери, Галине Викторовне, зятю Николаю Хрипко, внукам и правнукам за теплые, заботливые отношение к отцу — деду — прадеду. Многие лета Вам, Виктор Васильевич. Крепкого здоровья. С Днем Победы.

Алексей ХРУНЬ, полковник в отставке

 

Великая отечественная, лагерь, жизнь, Ставропольский край

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «История»

Другие статьи в рубрике «Ставропольский край»

Последние новости

Все новости