Поговорим о жизни. Товарищ подполковник

Наталья Буняева
Олег Павлович Петров, действующий сотрудник милиции. Ныне заместитель начальника милиции общественной безопасности ОВД Промышленного района Ставрополя. Родился в 1965 году. Бывший «суворовец», образование высшее. Стаж работы в МВД – с декабря 1994 года. С мая 2003 года служит по контракту в ОВД Наурского района МВД ЧР. За самоотверженный ратный труд, высокий профессионализм, проявленное старание и умение при выполнении служебно­боевых задач, связанных с риском для жизни, по наведению конституционного порядка на территории Чеченской Республики, образцовое исполнение должностных обязанностей неоднократно поощрялся министром внутренних дел России, Чечни, военной комендатурой… Награжден медалями «за отличие в охране общественного порядка», «За доблесть в службе», «За боевое содружество», «За укрепление боевого содружества», «200 лет МВД», памятными медалями «Участник боевых действий», «Участник КТО», «За службу на Кавказе».
 
Пожалуй, что эта фамилия самая благозвучная для учителей средней школы. Ну, сами посудите: «Петров – к доске!», «Петров – на «камчатку»!». И Петровы, обладатели такой удобной в школьном обиходе фамилии, вырастают и становятся большими Петровыми: учеными, врачами, летчиками и даже космонавтами. «Наш» Петров – Олег Павлович стал защитником народа.
 

Разговариваем в его служебном кабинете. Тихо, мирно, не повышая голоса, он рассказывает о службе в Чечне, так, как будто и должно быть: милиционер ездил в нормальную командировку. Заходят подчиненные, молодые ребята — он так же, не повышая голоса, что­то объясняет, куда­то отправляет, подписывает бумаги. Спокойный, уютный, усы у него… Вот и пойми наших мужиков.

«В марте дело было, три года назад. Я тогда служил в станице Наурской, в Чечне. Было совершено там тройное убийство, дерзкое… Я был включен в состав группы по раскрытию. Мы знали, что оставлять убийц – наживать себе горе: они ведь могли и дальше продолжать кровавые дела. Как искали, рассказывать не буду. Скажу только, что помогали нашей оперативной группе все, кто могли, и те, кто не боялся бандитов. Простые чеченцы тоже… Установили, долго готовились к задержанию. А потом, уже после ареста восьми причастных к преступлению, выяснили, что они много чего награбили и наразбойничали». Сколько у человека поводов для страха? Да миллион! «Сказать, что я не боялся?.. Нет, пожалуй. Только дураки ничего не боятся: умные будут осторожны. За три года практически «безвылазной» работы в Чечне понял, что люди везде разные. И во многом одинаковые. Ну, как не понять женщину, потерявшую кормильца большой семьи? Там ведь бедных людей гораздо больше, чем прочих…»

Впервые в Чечню подполковник Петров отправился еще в 2001 году. И поездка эта была, пожалуй, самой тяжелой: оперативная обстановка в сопредельной республике была аховой: убийства, грабежи, откровенный бандитизм, боевики – все там смешалось в одну страшную палитру. «Ну вот, посмотри: начальник какой­нибудь районной милиции – милицейский стажер. Ну, то есть вообще никто! Он в милицейском деле не только ничего не понимает, он этим играет на руку боевикам! Проще простого войти в населенный пункт, охраняемый таким вот «милиционером». Вошел и делай, что хочешь. Сколько приходилось учить, от заполнения бумажки какой­нибудь до прицельного ведения огня! Потом выяснялось, что ребята неплохие, могут работать, но сил для этого требовалось о­го­го! Хотя с оружием там даже мальцы обращаются умело…».

Так, с попустительства местных властей, а может, и с их ведома (кто теперь установит?) попали милиционеры­контрактники в засаду. «Дело было в Аргуне, 7 мая, 2001­го… Это еще самая первая моя командировка была. Все началось с обычной проверки документов. Мы в четыре утра подошли к зданию, где и планировалось проверить, кто проживает в одной из квартир. Первыми пошли ребята из Иркутска. Они вообще должны были уезжать на родину то ли в тот же день, то ли на завтра. Их встретили огнем, двоих убили. Мы тут же вступили в бой, и двенадцать часов бились. Почему­то запомнилось, как красиво «трассера» летели… Пока подошла подмога, мы уже семерых бандитов «завалили», в том числе и эмира Аргуна. Мне вообще почему­то тот бой запомнился: мы уже вошли в дом, думая, что все закончили. Пожарные тушат, мы по стеклам хрустим, и вдруг откуда­то недобитый бандит палить начал. Такая вот война и такое «мирное» время…»

Сколько Олегу Павловичу пришлось повоевать, даже он сам не помнит. Затрудняется. Восстановить те тяжелые события можно по характеристике, выданной для каких­то надобностей. Искал убийц главы администрации станицы Калиновской, там же пришлось искать подрывников «бэтээра» (трое военнослужащих были ранены). И еще – обстрел машины с сотрудниками ФСБ, убийство директора ПТУ, убийство двоих военнослужащих, убийство чеченского лейтенанта милиции… Это далеко не полный перечень преступлений, в раскрытии которых принимал самое непосредственное участие наш подполковник Петров.

Мы долго говорили о службе, а вот рассказ о «личном» как­то не задался. «А что говорить? Я знал, и меня в этом убедили, что после всех командировок и контрактов получу квартиру. Живу­то с женой и сыном в простой общаге. Супруга до сих пор в общей кухне борщи варит. Но где­то наверху решили по­иному: до сих пор о квартире и речи нет. Да и о нормальной оплате, чтобы уж хоть эквивалент какой­то достойный был для покупки квартиры, тоже молчок. Сколько раз уж думал: ну что я заработал, кроме головной боли, причем самой настоящей, когда и спасенья­то нет? Награды? Я горжусь ими, что уж там говорить… Сын иногда китель примеряет, медали звенят, и мне в радость: вот мой защитник! Но кроме наших семей мы, пожалуй, никому не нужны. Наши жены частенько слышат: ваши мужья за деньгами поехали! Завидуют, что ли? Так своих отправьте! А потом дождитесь, А потом получите заработанное. Да ладно, не хочу об этом… Единственное, что теперь в голове гвоздем сидит: не дай Бог увидеть кровь. И не дай Бог самому убивать!» Кстати сказать, Олег Павлович как­то обошел в разговоре тему нашего «чиновства», позабывшего свои обещания. Зато удивительно тепло отозвался о нашей городской Думе: «Нас все время поддерживали. То ли почин такой, то ли сами мужики из воевавших… Все время, пока служил, да и потом депутаты звонили, интересовались, чем­то награждали… Нормальные, в общем. Я в мирной жизни и не думал, что чиновники тоже разные. Есть «при чине», а есть при людях. Так вот! Честно говоря, я старался не особо о своей службе распространяться, никому это не нужно было, все эти лишние волнения».

Это точно. Олег на все звонки из дома отвечал кратко и по возможности «правдиво»: сижу в штабе, бумажки пишу… В то самое время, когда назначен был начальником отделения по проведению спецопераций на территории Наурского района. Сутками не выпускал из рук оружия, часами и днями искал преступников и находил, мерз, недосыпал и недоедал. «Сейчас там потише стало: народ, хоть и с трудом, но перестраивает жизнь. Перековывает мечи… Есть и работа у многих, дома вон ставят какие, есть и возможность учиться. Живи сам – и дай жить другим. Наверное, в этом есть и моя заслуга».

Публикация представлена на конкурс «Поговорим о жизни», проводимый Ставропольским отделением Российской партии жизни.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов