Рожайте на здоровье!

Наталья Ардалина
Рожайте на здоровье!

«Секрет» тишины

Как только за спиной остается забор, ограждающий территорию акушерского корпуса от внешнего мира, как будто попадаешь на другой материк, имя которому – Мать и Дитя. Длинная аллея, ведущая к акушерскому корпусу, практически безлюдна и безмолвна. Кажется, как будто сама природа замерла на время в ожидании предчувствия таинства рождения нового человека.

Позже, курсируя по этажам акушерского корпуса, меня вновь удивила эта тишина, непривычная для учреждения такого профиля. Вспомнились года минувшей давности, когда появились на свет мои дети в «советском» роддоме на улице Лермонтова. Разноголосый надрывающийся «хор» младенцев, которых везут на кормление – с десяток «кулечков», лежащих бок о бок на одной каталке. И лишь по мере освобождения «груза» возле каждой материнской палаты стихающий на нет.

В чем секрет этой тишины, поняла позже. У малышей здесь просто нет повода плакать. Их вообще не разлучают с матерью. Сразу после «гигиенической» послеродовой процедуры и необходимых манипуляций прямо в родзале (об этом мы могли раньше только мечтать!) ребенок попадает в еще слабые объятия матери, его тут же прикладывают к груди…

­ А это у нас мамочка после родов, вот она, красавица наша, — говорит заведующий родильным отделением Николай Обрезко, показывая нам свои владения.

Красавица – это Рима Байбекова из Ипатовского района. С ней – новорожденная дочурка. Малышка инстинктивно причмокивает. А потом, разомлев от исходящего от матери тепла, засыпает. Вот они, первые минуты ее жизни, запечатленные нашим фотокорреспондентом Сашей Плотниковым.

Николай Николаевич рассказывает о новшествах своего отделения. Например, о том, что они отказались от предродовых палат.

Сейчас женщина поступает сразу в родзал, ей никуда не нужно передвигаться. Причем в первой половине родов за состоянием женщины и плода следит специ­альная аппаратура – фетальный монитор. Он не только может показать сердцебиение плода, но и силу родовой схватки. То есть объективно оценить состояние роженицы да и успокоить ее: мол, не пришло еще время. К тому же женщины сейчас изолированы друг от друга, находятся в родильном зале с медперсоналом. Каждый родзал – а таких шесть — рассчитан на 1 – 2 человека. Не то что раньше, когда в предродовой палате – а это вздохи­крики — скапливались одновременно по четыре­пять женщин. Никогда не забуду кровати с провисшими сетками в старом роддоме и изогнутые на их спинках металлические перегородки — их раздвигали роженицы во время родовых схваток. Кто бы мог подумать, что на это способны слабые от природы женские руки!

Увидев родзал в акушерском корпусе, я позавидовала нынешним роженицам. Тому, что появление их детей на свет идет в таких достойных и комфортных условиях. Наркоз – само собой, он облегчает страдания. Кстати, с введением родовых сертификатов за него не нужно никому ничего платить. Вместо допотопных рахманиновских родильных столов – многофункциональные, мягкие и автоматические. Управляются одним нажатием кнопки пульта! Николай Николаевич даже продемонстрировал их нам в работе, изменив положение спинки, уровня ног. На нас это произвело впечатление.

Оборудование — супер!

Впрочем, в других отделениях тоже было чем удивить нас. Впервые за все время существования акушерской службы в четвертой больнице здесь появилось оборудование, которое для медперсонала – предмет особой гордости. Как рассказала заместитель главного врача по акушерству и гинекологии Ирина Лобач, врачам каждого отделения дали возможность самим сформировать заявку. Те на радостях «прошерстили» Интернет и выбрали оборудование самое­самое современное, которого в крае еще нет. Как, например, в отделении интенсивной терапии рожениц.

Койки в палатах здесь не пустовали. Как рассказал заведующий отделением Виктор Бабиков, у них находятся женщины после кесарева сечения, с осложненной беременностью и родами, сопутствующими заболеваниями сердца, почек и т.д. Они нуждаются в постоянном наблюдении, особенно в первые два часа после родов. Состояние здоровья пациенток отслеживает специальная аппаратура. Измеряет пульс, артериальное давление и даже показатель кислорода в крови. Такой индивидуальный монитор – у каждой кровати.

Функцию дыхания одной из рожениц поддерживала аппаратура торговой марки «Хайтек» (Германия). По словам Виктора Бабикова, это техника высшего класса. Кстати, стоит немалых денег – 30 тысяч евро. У постели женщины мы заметили и необычную капельную систему с сосудом, укрепленным на стене. Оказалось, это дозатор лекарственных веществ японского производства. Аппаратура позволяет ввести строго определенное количество препарата за какой­то временной интервал. Даже если это 6 мл в час.

Однако, как заметили пациентки отделения реанимации, несмотря на наличие такой вот круглосуточно следящей аппаратуры, они под постоянным вниманием медперсонала. А зав. отделением Виктор Иванович еще и смехотерапию проводит…

Мы не преминули посмотреть и новое отделение — интенсивной терапии новорожденных. До реконструкции в акушерском корпусе были только «профильные» койки. Зайдя в бокс и увидев одиноко стоящий кювет со спящим младенцем, несоизмеримый с размерами комнаты, я рассмеялась: «Ну прямо король! Такой крохотный, а для него – индивидуальные апартаменты». Бросив же взгляд через прозрачную стеклянную перегородку, увидела в смежном боксе… такого же «короля».

Вот уж где выхаживают детей «поштучно», как будто каждый из них – единственный во всем роддоме. Для этого — современные мониторы слежения, один из лучших инкубаторов для недоношенных детей. А подобное «одиночное» содержание — не только для стерильности, но и для комфорта ребенка. Чтобы его сон не нарушил плач другого малыша. Да и мама, пришедшая проведать своего ребенка, могла с ним общаться без всяких стеснений, дав волю своим материнским чувствам.

Заведующая отделением реанимации и интенсивной терапии новорожденных Маргарита Цибизова при этом пожалела, что не все боксы у них заняты. Нет, с одной стороны – тьфу­тьфу, пусть не попадают сюда детишки. Но с другой… Ведь пустуют такие шикарно оборудованные боксы. В то время как в других районах края условия намного хуже. Теперь же, когда родовые сертификаты дали женщинам право выбора медучреждения, Маргарита Олеговна приглашает будущих мамочек с осложненной беременностью ехать рожать к ним, в Ставрополь. Кстати, наш фотокор уже решил: приведет свою жену только сюда. Я же вздыхала на каждом шагу: мне сюда уже не попасть. Увы…

«Ну прямо евроотель!»

­ такова была реакция москвичей, приехавших выполнять монтаж медицинского оборудования в акушерском корпусе задолго до его открытия. И этот восторг был вполне объясним. В предыдущий визит специалистов, который пришелся на октябрь, строительные работы были на начальном этапе. В окончание реконструкции к Новому году тогда верилось с трудом. А тут... Впрочем, расскажем о своих ощущениях.

К нынешним роженицам я прониклась чувством белой зависти только за одно – возможность пребывания в палате вместе с ребенком. Подобных роддомов в нашей стране и сейчас единицы, потому что типовой проект таких учреждений, построенных в советские времена, такого не предусматривал. В каждой комнате помимо пеленального столика, детского кювета и кровати матери (кстати, с пружинным матрацем с двустронней мягкостью) — холодильник, телевизор и даже «казенный» электрочайник. А чего стоит санузел с душевой кабиной – несбыточная мечта пациентов больниц всех времен! Добавим к этому жалюзи на окнах, прохладу в палате (а она поддерживается дорогостоящей системой вентиляции), удивительно красивый, умиротворяющий тон – абрикосовый, сиреневый и пр. — ровненьких, как стекло, стен. По нынешним меркам – медицинский евро­отель! Да еще с кнопкой вызова медперсонала и переговорным устройством, обеспечивающим связь с акушерским постом в каждой палате. Кстати, попробовали мы нажать кнопку – на пороге тут же появилась медсестра.

Увидели мы в палате и иконы с изображением святого Пантелеймона Целителя – чтобы оберегал мам и их младенцев от болезней. Пока, как говорится, Бог миловал. С начала работы акушерского корпуса благополучно разрешилось 220 родов и столько же малышей появилось на свет.

У медиков – свой Бог

А медперсонал акушерского корпуса до сих пор молится на вице­мэра города Андрея Уткина, который однажды принял мудрое решение: мобилизовать строительные ресурсы города и провести реконструкцию в предельно сжатые сроки – четыре месяца. Иначе акушерский корпус ждала бы печальная участь долгостроя.

Рассказывает Ирина Лобач:

­ Четыре года стройка была законсервированной. Куда только мы не писали, даже Путину! Но никаких подвижек не было. Мы уже, было, потеряли всякую надежду. А счастье свалилось на нас как будто с неба... Я хорошо помню ту встречу, когда Андрей Валентинович собрал всех представителей крупных строительных фирм. Он говорил очень кратко, но убедительно. Сказал, что городу нужен родильный дом. Денег на его реконструкцию нет. Если кто не может помочь, может сразу встать и уйти. 38 предприятий откликнулось…

«Этот день мы приближали как могли…» Эта песенная строчка как нельзя лучше подходит к тем, кто имел отношение к реконструкции – в первую очередь
А. Уткину, строительным и прочим подрядным организациям (об их самоотверженном, не побоимся этого слова, труде мы рассказывали в публикации «Последний штурм»), медперсоналу акушерского корпуса. Вместе со строителями многие из них здесь дневали­ночевали (шутят: роддом расшифровывается как родной дом). Те, кто вынужден был временно работать в других медучреждениях, сердцем были рядом с ними. И сейчас практически весь коллектив вновь воссоединился. Строит новые планы. Об открытии нового отделения – патологии новорожденных. О расширении сервисной службы, той же парикмахерской – женщины должны выходить из роддома красивыми. И о том, чтобы в их роддоме появлялось больше детей. Сейчас для этого – все условия. Не хуже, чем за границей.

Лариса ДЕНЕЖНАЯ.

Фото
Александра ПЛОТНИКОВА.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов