Семейные реликвии ставропольцев

.

В нашей стране Великая Отечественная война коснулась каждой семьи. Многие хранят в семейных альбомах пожелтевшие фотографии, с которых на нас смотрят родители, дедушки и бабушки, прадедушки и прабабушки, которые не только видели события военных лет своими глазами, но и были их участниками. Когда они были живы и делились своими воспоминаниями, не всегда было время и возможность записать их не то что на видео, но просто на листок бумаги. И всё же есть семьи, где вместе с фотографиями хранятся фронтовые треугольники писем и написанные от руки бесхитростные мемуары военных лет.

На встрече с боевыми товарищами. 1980-е годы.
На встрече с боевыми товарищами. 1980-е годы.

Участник Великой Отечественной войны Падалка Николай Терентьевич родился в 1923 году. Дочь фронтовика Любовь Николаевна Заводнова в свое время настояла на том, чтобы папа записал свои воспоминания о войне, и теперь, когда его уже нет, они хранятся в семейном архиве как бесценная реликвия. В этих строчках – живая память о прошлом.

«Я родился в селе Благодатном Ставропольского края. Все было нормально, учились, трудились, но вот пришел 1941 год. Война... На нашу страну без объявления напала фашистская Германия. Сначала на фронт ушли старшие товарищи, а потом пришла очередь и моему поколению.

Я был призван в армию в 1941 году. Ноябрь. Вместе с такими же ребятами проходил медицинское обследование. Их послали копать противотанковые траншеи в районе сел Казинка и Тугулук, а меня по болезни отправили в госпиталь на лечение в село Труновское.

В ноябре-декабре 1941 года я лечился в госпитале, затем был выписан и отправлен домой на реабилитацию. Вторично в армию был призван в апреле 1942 года. Собрали нас, таких ребят, как я, в Шпаковский райвоенкомат, и военком объявил, что мы должны служить Родине. Нас отправили на железнодорожную станцию в село Грачевка, оттуда поездом привезли в Ставрополь, называемый тогда Ворошиловском. Здесь определили в здание краеведческого музея, где в левом крыле находились казармы и стояли двухъярусные кровати. Мне досталось место на втором «этаже» нар. Со мною находились мои товарищи – Михаил Черевко, Григорий Режевский. Были ребята из Петровского района (Лисняк и Гузенко), из села Гофицкого. Одного из них сослуживцы называли Гофицким, и он отзывался. Был у меня и ставропольский друг – по фамилии Гурфинкель.

Надпись на обороте:  «За отличные показатели  в боевой и политической  подготовке награждаю  сержанта Падалка Н.Т. данной фотокарточкой у развернутого знамени части.  Командир части - полковник ЛОГВИНОВ. 3.02.47 г.».
Надпись на обороте: «За отличные показатели в боевой и политической подготовке награждаю сержанта Падалка Н.Т. данной фотокарточкой у развернутого знамени части. Командир части - полковник ЛОГВИНОВ. 3.02.47 г.».

И вот в музейные казармы пришли командиры – старшие сержанты Деркунский и Сопканюк. Они объявили нам, что мы теперь являемся военными 6-го отдельного противохимического батальона, а следовательно, должны обучаться приемам химической обороны. Командир батальона Нагнибеда и зам. по политчасти Еременко (званий их уже не помню) занялись нашим обучением. В ходе занятий мы учились тому, как пользоваться противогазами, надевать резиновые комбинезоны, перчатки и сапоги. Изучали ядохимикаты, которые немцы могли использовать в бою, заражая местность, технику, дезорганизуя воинские подразделения. Особенно было тяжело работать в резиновых «доспехах» в летнюю жару возле машин А.Р.С. (авторазливочная станция). Занятия проходили по Кавалерийской улице, за городом. Тогда там были пустыри.

Готовясь к химическим атакам немцев, мы постигали эту военную дисциплину... Но вот в июле 1942 года фашистские войска приблизились к Ставрополю. И так как орудия для обороны города у нас отсутствовали, мы были вынуждены покинуть город. Погрузив химическое оружие в вагоны, наш батальон направился в Грузию, в военный лагерь «Авчала», через Прохладный, Орджоникидзе, по Военно-Грузинской дороге мы добирались к новому месту расположения. Здесь наш батальон расформировали, и я попал в пехотную часть, был пулеметчиком. Затем нас отправили во Владикавказ. Мы отстояли город и обороняли Военно-Грузинскую дорогу, чтобы немцы не смогли прорваться в Закавказье.

...Военные ветра носили нас по дорогам войны. И следующей точкой военных действий стала Малая Земля. Здесь я был артиллеристом-наводчиком 76-мм орудия. В начале 1943 года наши войска начали наступление по освобождению Северного Кавказа от немецко-фашистских захватчиков. Как участник обороны и освобождения Северного Кавказа я получил благодарность от Главнокомандующего и медаль. С боями наша часть дошла до плавней, что в Краснодарском крае. Затем отдых и переформирование. Нас отправляли в Воронежскую область, город Россошь. Здесь нам дали новые 122-мм орудия и автомашины. После изучения боевой техники нас направили в район Курской дуги под командование генерала Ватутина. Служил я здесь в 30-й стрелковой дивизии 59-го артиллерийского полка. 1-й дивизион, 3-я батарея, 4-е орудие. Я наводчик номер 1.

Николай Терентьевич Падалка. Снимок сделан 23 ноября 1944 года.
Николай Терентьевич Падалка. Снимок сделан 23 ноября 1944 года.

Дивизия и полк находились в районе Прохоровки – Поныри. 30-й стрелковой дивизией командовал полковник Янковский, арт. полком – майор Крутов, артиллерийским дивизионом – капитан Полтавец. Командиром батареи был капитан Леознов, затем – старший лейтенант Животкевич. Прошло столько лет, но фамилии не истерлись из памяти. Слишком трепетным и памятным было то время. Старшим на батарее был лейтенант Мамедов, командиром моего взвода – лейтенант Айзенман (Михаил), командиром орудия – старший лейтенант Шалабодин (Иван Калинович из г. Хиславича). Я был наводчиком № 1, а Подлесный Николай Григорьевич был наводчиком № 2. Он из Краснодарского края Газырского зерносовхоза.

После боев на Курской дуге были освобождены от гитлеровских захватчиков города Курск, Орел, Белгород. С боями дошли до Киева. С 6 на 7 ноября 1943 года нашими войсками был освобожден город Киев. От немцев к Киеву направлялись 700 танков, чтобы держать оборону. Но они опоздали. В декабре 1943 года мы освободили город Житомир и другие населенные пункты. Шел 1944 боевой год.

На Украине в районе села Шепетовка 23 февраля немцы намеревались испортить нам праздник и пошли в наступление. Но их замысел провалился. Мы не растерялись, а дали фашистам отпор. Я, то есть мое орудие в том бою, подбил два вражеских танка и уничтожил много живой силы. За что командование наградило нас, наводчиков, орденом Славы III степени, а орудийный расчет – медалями «За отвагу». С боями дошли мы до Львова, освободили Львов, Дрогобыч... дошли до Карпат. Заканчивался 1944 год. За отлично выполненную боевую операцию по обеспечению наступления пехотных подразделений командующий фронтом Еременко наградил нас: командира батареи, старшего лейтенанта Животкевича и меня орденом Красной Звезды, а наш расчет – медалями «За боевые заслуги».

Начался 1945 год. Наши части перешли границу Чехословакии. Моя 30-я Киевско-Житомирская Краснознаменная стрелковая дивизия с боями дошла до города Праги. Мы, артиллеристы, встретили Победу в небольшом городке Колине. Сколько было радости! А как нас встречал чехословацкий народ с цветами, с поздравлениями с нашей общей Победой... Называли нас братушками и освободителями. И так для меня и моих боевых товарищей закончилась Великая Отечественная война...

Николай Терентьевич Падалка. Красноярск, 1947 год.
Николай Терентьевич Падалка. Красноярск, 1947 год.

Мы победили!!! Но одну войну закончили, а на Дальнем Востоке готовилась другая. Японская Квантунская армия угрожала нам. И я, не успев еще полностью ощутить себя победителем, был направлен к новым полям сражений. Служил в 570-м полку в артдивизионе командиром орудия 76 мм. Нас провезли через Монголию, Китай... Мы дошли до Большого Хингана (горы в Китае)... В августе-сентябре 1945 года мы разгромили Квантунскую армию. И мою часть, 570-й полк, через Монголию направили в город Красноярск.

Здесь был сделан памятный снимок фотокорреспондентом для местной газеты «Красноярский рабочий», он снял меня у моего орудия и расчета. Служил я в Красноярске с декабря 1945 по апрель 1947 года. Перед тем как демобилизоваться, по заданию командования части меня сфотографировали у боевого знамени и подарили эту фотографию мне, а также поместили в Книгу боевой славы. Эта фотография до сих пор находится в нашем семейном альбоме как память о том ярком отрезке пути, по которому мне пришлось продвигаться. Так в апреле 1947 года закончилась моя военная служба в должности сержанта.

Я приехал, как все, домой. Вначале работал в колхозе на партийной работе. Затем в Шпаковском райкоме партии. А в 1952 году меня вновь призвали в армию, где я прослужил до ноября 1955 года в должности заместителя командира зенитной батареи по политической части с целью охраны военного аэродрома.

В 1955 году уволился в запас и приехал в Ставрополь. В 1983 году вышел на пенсию. И вот живу в нашем родном городе на улице Гагарина... И осознание того, что я, нынешний пенсионер, был причастен к таким великим военным событиям, которые сотрясали мир, что я был частью той Красной Армии, которая принесла человечеству свободу, уничтожив фашистскую нечисть, дает моему сердцу минуты радости и вдохновения. Я счастлив!!!».

За участие в разгроме немецко-фашистских захватчиков Николай Терентьевич Падалка награжден орденом Славы III степени, орденом Красной Звезды, орденом Отечественной воины II степени, медалью «За оборону Кавказа», медалью «За победу над Германией», медалью «За победу над Японией» и юбилейными медалями.

память, 75-лет Великой Победы, Великая Отечественная война, участники Великой Отечественной войны

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Главное»

Другие статьи в рубрике «История»

Другие статьи в рубрике «Общество»



Последние новости

Все новости