Шагающая природа

Валерий Манин

Уникальный метод копирования лугов и степей, открытый в Ставрополе, ­

находка для национального проекта

В Ставропольском крае, где еще сохранились самые богатые в России степи, возвращаются к открытому в прошлом веке методу их возрождения. Нетрадиционный подход к способу сохранения природы не только событие в мире науки, но и решение проблем сельского хозяйства и экологии.

В деле была змея

Около тридцати лет назад молодой ставропольский ученый, а ныне профессор, доктор биологических наук и председатель регионального Совета ботанических садов Северного Кавказа Джантемир Дзыбов стал автором оригинального метода агростепей. Всего за два года, пользуясь этой методикой, можно воспроизвести степи и прерии, созданные природой за тысячи лет эволюции. Флористические сообщества, можно сказать, «фотографируют» ­ собирают и переносят в виде смеси семян ­ в любое место, на деградированную пахотную землю, с помощью обычной сельскохозяйственной техники. Сам Джантемир Дзыбов, который сумел посеять разнотравную степь, до сих пор скромно полагает, что он не открыл метод, а просто приметил его у мудрой природы. Имея на вооружении метод и начальную дикую прерию в 100 гектаров, через 7 ­ 8 лет можно было бы сделать весь Ставропольский край богатой степью, усыпанной злаками, клевером и морем цветов, которые сменяют друг друга все сезоны, кроме зимы.

Между тем до сих пор гениально простой и мощный способ борьбы с опустыниванием, который мог бы сделать планету сплошным цветущим лугом, оставался только в научных кругах и на экспериментальных полях в основном на юге страны, и частично в Украине, Сибири и Башкирии. Джантемир Дзыбов объясняет это рядом причин. Для начала чисто психологическая, которую профессор комментирует черкесской народной мудростью: «В каждом не начатом деле змея сидит». Дешево, легко, эффективно, но непривычно. А когда привыкли и уже было начали осваивать стремительный способ воспроизводства дикой природы, все заморозила перестройка. Во времена, когда метод вот­вот могли бы взять на вооружение – это 70­80 годы, все богатые протеином южные пастбища, незанятые пашней, были съедены до корешков. Но, если тогда на Ставрополье было около 11 миллионов овец, то сейчас их примерно миллион. В итоге фермеры и сельскохозяйственные предприятия переориентировались на ликвидное зерно, забросив невыгодное животноводство. Пастбища либо заброшены, либо засеваются истощающими землю рыночными культурами. Об актуальности воспроизведения степей с точки зрения рынка говорить не приходится, когда забыты даже знаменитые высокогорные отгонные пастбища Северного Кавказа. Самый дешевый и лучший на земле корм не приносит пользы. На стол к россиянам практически не попадает экологически чистое мясо, которое особенно ценится в западных странах, всерьез задумавшихся о здоровье нации.

Природа без заповедей

Метод агростепей профессора Дзыбова, уже обросший диссертациями и десятками новых открытий, круто поворачивает привычный взгляд на охрану природы, которую, оказывается, не сохранишь в заповеднике. Ее надо активно воспроизводить, иначе, и это уже доказано, флористические сообщества вырождаются. К тому же проблема истощения земель и опустынивания встала перед всем миром. В 90­х годах прошлого века на международном уровне начали собирать представительные форумы, посвященные этой теме. До открытия метода в Ставрополе решение проблемы искали десятки лет. В 30­е годы минувшего столетия с наступлением на дикую природу пытался бороться профессор Кертис, чтобы спасти великие равнины США. Ведь за последние 200 лет целинное разнотравье практически срезано плугом. Почти во всех странах с развитым сельским хозяйством пашня занимает львиную долю земель, пригодных к обработке. Россия и особенно ее южные районы ­ не исключение. Здесь две трети территории занимает пашня. В горных республиках ЮФО, там, где плугу нет хода, эта проблема не стоит, а вот в Краснодарском крае, например, в этом смысле положение катастрофическое – там почти не осталось необработанной земли. На Ставрополье еще осталось около полутора миллионов гектаров степей, где много злаков, бобовых и прочего разнотравья. Например, в районе горы Стрижамент, неподалеку от Ставрополя лесостепь включает даже первозданный буковый лес, там же дубы, грабы и ясени вперемежку с самыми богатыми в России луговыми степями – до 50 видов на квадратный метр. Десятки лет отрабатывались разные подходы к сохранению степей, прерий и саванн. В основном это был метод дерна, основанный на древнейшем способе пересадки дерновин, своего рода «скальпов» ­ фрагментов почвы вместе с растительностью. Воспроизводство через семена было забраковано, поскольку степь или прерия ­ это отнюдь не пшеничное поле, где растения созревают в одно время. Степь же начинает цвести крокусами уже под снегом. В конце апреля на целинном поле появляются горицветы, затем ковыли, дикие злаки и множество других растений, созревающих в разное время весной, летом и осенью. Считалось, что из­за этого всю флору захватить невозможно, а потому пересадку дерновин ставили на первое место. Между тем метод дерна явно не отличался совершенством – трудоемкий, неэкологичный, неэффективный. Надо было с усилиями вывернуть из земли дерновины, перевезти и пересадить, при этом требовалось «оскальпировать» степь ради создания эрзаца, где сомнительный результат можно было получить только 20 лет спустя. К тому же возникал вопрос, где взять нужное для воспроизводства огромное количество дерна, если целинных степей почти не осталось.

Прогрессивная экология

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов