Шанс для энергичного развития

Тамара Коркина
Сергей Анисимов, МКС
Сергей Анисимов

Запрет ввозить в Россию сельскохозяйственную продукцию, сырье и продовольствие из стран, которые ввели санкции против РФ, сегодня самая обсуждаемая тема в мире. Одни подсчитывают убытки - по странам ЕС они составят, по прогнозам, 12 миллиардов долларов. Другие, не соблазнившиеся политическими играми в санкции, выстроились в очередь в надежде занять освободившуюся нишу. А она немаленькая. Только молочной продукции в нашу страну было импортировано за год на 4,3 миллиарда долларов.

Как будет теперь, в частности, на нашей малой родине? Может ли случиться так, что мы, придя однажды в магазин за молочными продуктами, увидим их поредевший ассортимент? Об этом и многом другом мы говорим с генеральным директором ОАО «Молочный комбинат «Ставропольский» Сергеем Анисимовым.

- Сергей Владимирович, как вы, руководитель большого перерабатывающего предприятия, относитесь к введенным Президентом РФ санкциям?

- Безусловно, они дают хороший шанс российскому сельскому хозяйству и перерабатывающей промышленности для энергичного развития. Для нас как бы освобождают рынок, и мы получаем возможность его заполнить.

Решение это политическое. В идеале хотелось бы, чтобы мы вытеснили импортные товары с рынка в честной конкурентной борьбе, за счет лучшего качества и более низкой цены. Но... Шанс сейчас нам правительство дает большой.

Хотя оно и страхуется, боится, что российские сельхозпроизводители не справятся. То, что не будет поставляться из Европы, может прийти к нам из Китая или Латинской Америки, других не присоединившихся к санкциям стран. Так что нашим производителям одним властвовать на рынке вряд ли удастся. К тому же не будем забывать, что сегодня балом на рынке молочной продукции России правит Белоруссия. Если молочный рынок России принять условно за 100 процентов, то 60-70 процентов обеспечиваются собственными производителями, а остальное - это импорт. Из импортного объема около 30 процентов приходится на Белоруссию, а 10 процентов - на все другие страны-поставщики. На Белорусской универсальной товарной бирже сегодня фактически формируются все цены.

- А вы о своем месте в сложившейся ситуации подумали? Призыв к импортозамещению может что-то поменять в жизни комбината?

- Мы много лет работаем исключительно на сырье края, на живом молоке. Ни импортного, не из соседних территорий молока у нас нет. Ежегодно мы закупаем его в хозяйствах, у фермеров, частных производителей порядка 70 тысяч тонн. В среднем в день можем переработать до 450 тонн, мощности позволяют.

- И все используются?

- Нет, не все, сейчас перерабатываем 200 - 250 тонн, больше торговля не берет. Мы работаем по ее заявке - на завтра нужно 50 тонн молока, 30 тонн кефира, пять тонн ряженки, 20 тонн сметаны, мы этот объем и готовим.

Возвращаясь к санкциям, скажу, что они, на мой взгляд, в основном коснутся Москвы и Петербурга, еще, может, Ленинградской и Калининградской областей. Сюда много продукции поставляли именно производители из Европы. В Москву и Петербург шла молочная продукция финской компании «Валио», литовской фирмы «Сваля». Финны, к слову, имеют предприятия на территории России, работают на нашем сырье - этих предприятий санкции не коснутся.

Французская группа компаний «Данон» тоже имеет у нас заводы, так что любители даноновской продукции мало что потеряют. И еще есть много компаний, имеющих заводы в России, которые не подлежат санкциям.

- Если завтра возрастет потребность в вашей продукции - накормите край?

- Если учесть, что мощности нашего комбината загружены на 50 - 60 процентов, поскольку больше нет продаж, нет сбыта, то - с готовностью и радостью. Мы забираем все молоко, удовлетворяем заявки торговли и перерабатываем оставшееся сырье - в сухое молоко. На 1 августа «насушили» уже 538 тонн.

- Так и слышу голос недоверчивого потребителя - чтобы поить нас разведенным молоком осенью и зимой...

- Сухое молоко при производстве молока мы никогда не использовали. Мы продаем его предприятиям, в том числе и по стране, которые в нем остро нуждаются. Для того чтобы работать на сыром, живом молоке, надо иметь цех приемки. Это - сепаратор, очистка, охладитель, помещения для хранения, пастеризатор и прочее. Сухим молоком пользуется прежде всего вся индустрия мороженого. Наш огромный ассортимент этого лакомства производится исключительно на живом молоке.

Ставропольцам бояться нечего - молока хватит. В наших 60 фирменных магазинах до 500 наименований молочной продукции, которую производит комбинат.

- Если сейчас и есть какие-то тревожные нотки в связи с санкциями, то они вокруг сыров.

- Да, это единственный вид молочной продукции, в котором мы можем испытывать недостаток. Сегодня в Россию из-за рубежа завозится около 70 процентов сыра. Хотя и в интернете, и в СМИ есть информация о том, что склады многих наших сыроделов завалены сырами, поскольку нет реализации. И дело не в том, что они хуже. Просто зарубежные производители тратят огромные средства на раскручивание брендов, на рекламу. У наших такой возможности нет.

Сыры класса пошехонский, российский, голландский завозятся сейчас из Белоруссии, Литвы и Украины. Зачастую это фальсификат. Например, литовская компания «Сваля» поставляет сыр «Российский», в котором стопроцентная замена молочного жира на растительный. Наша лаборатория позволяет идентифицировать жиры, так что это достоверная информация. У Украины все сыры - фальсификат, эта страна на первом месте в мире по импорту тропических пальмовых жиров. Здесь даже из молока, которое ежедневно идет в магазины, изымается молочный жир и заменяется растительным.

- Сергей Владимирович, я недавно обнаружила в вашем фирменном магазине сыр пармезан и была в полной уверенности, что вы его где-то купили. Не у Италии, конечно, которая выдерживает пармезан пять-десять лет, и потому он очень дорогой, а у российских коллег.

- Пармезан никто в России, кроме нас, не производит. Мы начали делать его в этом году, у нас этот сыр вызревает не менее полугода. Всего сыров производим более 32 позиций, порядка 150 тонн в месяц. Если сказать короче, ровно столько, сколько нужно нашему потребителю. Понадобится - мы можем увеличить производство продукции вдвое.

- А какие ваши сыры наиболее популярны у потребителей?

- Я бы так сказал: наш народ любит два сыра - «Ташлянский» и российский. Вернее, продукт «Ташлянский». Хотя он и сделан по технологии сыра, мы не можем назвать его даже сырным продуктом, поскольку в нем 100 процентов растительного жира. На импортные фальсификаты такие жесткие требования не распространяются, поэтому большинство потребителей даже не догадываются, что покупают вовсе не сыр. Растительный жир стоит 55 рублей, молочный - порядка 400, есть разница?

Делаем немного голландского сыра, он идет у нас значительно хуже. Начали делать пармезан, вот-вот на прилавках появится любимец англичан чеддер, уже утвердились на них «Русская моцарелла», мягкий сыр «Филадельфия», рассольные сыры. Несомненно, мы учитываем , что наш потребитель любит недорогую продукцию, на сыры премиум-класса спрос небольшой.

- Так что задача выпускать, скажем, сыры с плесенью перед вами не стоит?

- Их выпускают наши краснодарские коллеги, будет спрос - и на долю ставропольцев хватит, торговля позаботится. А мы, в свою очередь, выпускаем много масла, спредов, наша молочная продукция идет в Калмыкию, Астрахань, в тот же Краснодарский край. Только мы и финская компания «Валио» производим низколактозное молоко, в котором молочный сахар расщеплен на два простых углевода - глюкозу и галактозу. Этот продукт предназначен тем, кто не может пить обычное молоко. Если «Валио» уйдет с рынка, мы останемся единственными производителями. Повторюсь, что и пармезан никто в стране кроме нас не делает, многие пробовали - не получается.

В прошлом году мы открыли творожный цех с новейшим оборудованием, в цехе розлива у нас работают финские асептические линии.

- Об этом - чуть подробнее, поскольку нет-нет да и услышишь, что молоко вашего комбината долго не скисает потому, что «набито» консервантами.

- У нас все молоко - глубокой очистки благодаря финской асептической линии. Асептический розлив - это когда все стерильно, все производственные потоки закрыты, не соприкасаются с воздухом, то есть нет повторного обсеменения. Если коротко - мы все делаем чисто. Скажу о молоке с фермы «Лесная дача» Ипатовского района, которое в наших магазинах можно купить как «Отборное». Там стоит современнейший робот-дояр компании «ДеЛаваль». Если взять молоко из-под робота, то оно тоже неделю скисать не будет. Только надо сразу в стерильную посуду, чтобы не обсеменить. Молоко робот-дояр доит так чисто, что в нем практически нет бактерий.

Сейчас мы работаем над тем, чтобы вся молочная продукция производилась на автоматизированных линиях, человеческий фактор был минимальным. А если завтра спрос на нее, а мы выпускаем больше 300 наименований, возрастет в два раза, нам понадобится день, чтобы перестроиться. Очень надеюсь, что введенные Россией ответные санкции пойдут на пользу и стране, и сельхозпроизводителям, и переработчикам.

МКС, санкции, молочная продукция, интервью

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

Николай Скалин
Сыр российский отвратительный вкуса сыра совершенно нет. Голандский чуть лучше.Наверно разучились делать. да и добиться от продавцов какой сыр сделан по ГОСТУ невозможно.
1

Другие статьи в рубрике «Ставрополь»

Другие статьи в рубрике «Экономика»

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов