Собачья смерть

Наталья Буняева

Еще пару месяцев назад в редакцию обратились женщины с улицы Семашко: помогите раздать щенков от хорошей собачки. Мы дали объявление, и щенков благополучно пристроили в добрые руки. А вот с их мамой возникли сложности.

Еще малышкой ее кто-то подбросил во двор, и маленькую собачку сердобольные люди решили кормить всем двором. Взять домой можно было бы, да некому: двор из тех, что называют «старым». Люди все почти пожилые, кому 70, кому побольше. И, бывает же такое, практически у всех есть кошки и собаки! И понятно, что на пенсию наши старушки и хомяка не прокормят, не то что двух собак. Даже если они маленькие, как Белочка – именно так назвали новую «жиличку» во дворе. Да собачка и не страдала особо: сама себе ямку выкопала, там ей настелили ветоши, а впоследствии женщины попросили знакомых рабочих, чтобы те сколотили будку. Когда щенков раздали, и впереди замаячила зима, Белочку все-таки решили взять в дом. Чтобы не создавать хлопот на будущее себе и собачке, те же немногочисленные хозяйки собрали деньги на ветобслуживание и стерилизацию. Поход к доктору наметили на 12 декабря. 11-го ее выкупали, привели в порядок и выпустили во двор погулять. Белка по привычке отправилась в свой «домик», да так и осталась там. А потом одна из будущих хозяек, Надежда Ивановна, отправилась на ее поиски: надо покормить собачку. Нашла ее спящей в будке. «Она свернулась калачиком, спала очень крепко. Я ее зову, а собака не отвечает… Я громче: «Белочка! Белочка!» Тишина. Тронула ее рукой и обмерла: собачка была уже окоченевшей! Кто-то убил ее прямо в будке… Ужас, я до сих пор не могу прийти в себя. Начали мы выяснять, кто же мог ее убить?! Ну кому помешала присмотренная, спокойная и дружелюбная собака? Сразу же, как чуть оклемались от ужаса, начали мы с соседками звонить в «Полигон». Эта организация занимается отловом собак. Причем, насколько мы знаем, должна заниматься именно отловом, но не уничтожением животных! И отлавливать организация должна БРОДЯЧИХ животных. Белка же бродячей не была: жила в будке, была чистенькой, маленькой собачкой, незлобивой и приветливой. Она всех людей считала друзьями… Так вот, мы звоним, и диспетчер уверяет: в этот район никто не выезжал, их служба, во всяком случае, точно. Не верите, мол, позвоните директору. Позвонили. Директор говорит прямо противоположное: да, есть договор с детской краевой клинической больницей. Если появились на территории и вблизи ее бродячие животные, служба выезжает без дополнительных просьб. Мы растерялись: животных убивают специальным ядом из духового ружья. Как правильно называется, не знаем, но многие видели эти расправы. Да и вы же писали… Вопрос директору: почему же труп убитой собачки не вывезли и не утилизировали по всем санитарным правилам? Он: завтра позвоните в девять часов». И вот тут возникает еще один вопрос: а какая необходимость была убивать именно эту собаку? О ней что, специально информировали соответствующие службы? Почему ее? И тут кто-то из женщин вспомнил разговор, состоявшийся пару дней назад: сторож дома детства (бывшего, конечно) за несколько дней до убийства собаки сказал, будто получил выговор: мол, будка собачья стоит не на месте. Надо бы разобраться с ней… Еще вопрос: почему мертвую собаку так и не забрали на другой день? Люди сами ее похоронили, прекрасно понимая, что маленькое тельце напичкано ядом. Собачья смерть совершилась так странно: не было конвульсий, не было ничего, что указывало бы на то, что ее накормили куском отравленного мяса. Надежда Ивановна не поленилась, позвонила в собачий питомник на улице Кирина с вопросом: как погибает собака, если в нее выстрелить отравленной иглой? И, как и предлагал директор «Полигона», женщина ему тоже перезвонила. И тут, со слов Надежды Ивановны, ей показалось, что он начал оправдываться. Дескать, один сотрудник (в письме указано его имя) из больницы звонил ему и говорил, что именно эту собаку вахтер видел у дверей подъезда. И именно поэтому он, сотрудник, выстрелил в собаку ядом. Получается, что среди бела дня и на виду у больных детишек… Тоже странно: как тогда смертельно раненная собака добралась к своему деревянному домику, да еще и улеглась там, свернувшись калачиком? И еще: а откуда у «больничного» это стреляющее устройство? И если подтвердится его наличие, то как он его приобрел и как использует? Еще раз повторяю: яд серьезный, он убивает наповал и сразу. Надежда Ивановна уже в который раз звонит директору «Полигона»: может ли человек, так сказать, не уполномоченный, пользоваться этим самым оружием? Ответ, как она уверяет, утвердительный: может. В питомнике же ее уверили, что это очень серьезно, и раздавать шприцы кому попало — сродни раздаче пистолетов. Запрещено. Более того, ядовитые штуки должны храниться в сейфе. Из письма защитников Белочки: «А теперь представьте: по улицам города ходит существо, в кармане у которого лежит такой шприц. Ему кто-то не понравился, не так посмотрел, не то сказал… И это смертельное оружие может быть направлено уже против человека!» Все вышеперечисленные вопросы Надежда Ивановна задала и в прокуратуре Промышленного района. Там удивились и встревожились. Пообещали провести проверку, тем более что заявление, подписанное участниками и свидетелями той драмы, в установленном порядке поступило на рассмотрение. И если проверка подтвердит, что все факты соответствуют действительности (а у женщин есть еще козыри в руках, о которых они пока не говорят), то, может, нас избавят от страшной необходимости наблюдать расправы над животными среди бела дня, в присутствии детей, плачущих стариков?.. Уж больно часто нам кричат в телефонную трубку: «Помогите! Здесь собак убивают на глазах у детишек…» Честно говоря, со страхом звонила я в «Полигон». Представлялось, что директор как минимум – злой человек. А надо же задавать провокационный вопрос: кому вы разрешаете усыплять собак, кроме своих сотрудников? Владимир Федорович Дмитриев, похоже, за голову схватился: «Да вы что?! Только наши работники могут пользоваться оружием! Все. Прокуратура? Я буду разбираться с этим случаем тоже. Собак сегодня усыпляют адилином, препаратом, действующим мгновенно и безболезненно. Оружие — «УВЫШ-16», такое пластмассовое духовое ружье, или трубка, как его принято называть… Да, с кадрами беда: текучесть страшная. Я каждого сотрудника «накачиваю»: ты ж смотри, если собака на привязи или люди за нее просят, не усыпляй!.. С другой строны, те же люди нам обещают: привяжем, на цепь посадим, в дом возьмем! А на деле, как только мы уехали, о собаке забывают. И она снова начинает бродяжничать… Я же и документы уже подал в городскую администрацию: надо строить питомник. Хотя бы голов на 300. Чтобы мы собирали собак, врач ими занимался, а там и пропаганду проводить: помогайте питомнику, не выбрасывайте пищевые отходы! Так и кормили бы собак, и лечили, и в добрые руки отдавали… С другой стороны, помните, как собака загрызла мальчика из детского дома? Нас вызвали туда, так у меня, здорового мужика, ноги подломились, когда ребенка растерзанного увидел… Надо к проблеме подходить не однобоко, и за собак браться всерьез и всем миром. Мы не враги никому, но с нас-то тоже спрашивают. А то, что среди бела дня собак усыпляют?.. Буду опять разговаривать со своими людьми. У меня в конторе собачка живет, думаете, я ее в обиду дам?» Позиция директора понятна. Но, нарушая инструкции и усыпляя бродячих животных на глазах людей, отталкивая от умирающих щенков старух, особо рьяные «душители» нарушают не собачьи права. Нарушаются права ЛЮДЕЙ.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов