Созвездие профессора Чумакова

Валерий Манин

…Лето 1960 года в Ставрополе ничем не отличалось от предыдущих — жара, жара, жара. Прокаленные до белизны улицы щедро посыпали прохожих истертой в мелкую пудру дорожной пылью.

Таким доктора Петра Чумакова знают студенты.
Таким доктора Петра Чумакова знают студенты.

Росшие вдоль дорог красивые деревья, чтобы спастись от зноя, были вынуждены даже сбросить часть листвы, и пугали темными изломами веточных суставов, которые ранее прятались в пышных кронах каштанов, тополей и ясеней. Люди, проскочив на работу по утренней прохладе, до наступления прохлады вечерней пытались не покидать помещений. И только пацанва не обращала внимания на пекло, собираясь в стайки у стен домов, возле которых асфальт был не сильно издолбан ямками и выбоинами. Тут шли жаркие сражения в «котел» или «стенкового» - летели «битки», звенели монеты...

Петька Чумаков, длиннющий, загорелый до черноты подросток, поглядев с завистью на игравших, уселся в тенечке и взялся за книжку. Ему сегодня играть не светило.

Вчера продулся в пух и прах, и чуть было долгов не наделал. Но тут, на счастье, во двор, напоминавший неглубокий колодец, вошел старший брат. Игроков разогнал, а младшему надавал подзатыльников и отправил домой. С Володькой спорить никто не рискнул — репутация у Чумака-старшего была не дай бог. Соседки, тоже отдыхавшие в тени на противоположном конце «колодца», активно сплевывая подсолнечную шелуху с губ, шептались между собой: «По нему тюрьма плачет».

В то время «тюрьма» плакала не по нему одному. В небольшом дворике, что затаился в Ставрополе между улицами Карла Маркса и Орджоникидзе, всего лишь пару мужчин не прошли через «зону». А что спрашивать с тех парней, чье детство выпало на военные и послевоенные годы?

Да и пресловутый «пятак» - соседняя крохотная площадь у кинотеатра «Октябрь», где собирались бывшие фронтовики, чтобы пообщаться и «горло промочить», не вдохновляла на праведные дела. Приняв «горячительного», вчерашние победители нередко приступали к выяснению отношений, что называется, засучив рукава. А уж отборный мат, казалось, вообще не выветривался с этого злачного места, плотно окруженного «винницами» - импровизированными круглосуточными торговыми точками спиртным, размещенными почти в каждом втором окне полуподвальных помещений.

Как говорится, примеры для подражания перед глазами. Поэтому матери и ждали с нетерпением, когда же начнется учебный год. Что ни говори, а пять-шесть часов ребята будут находиться под присмотром.

Спортивная звезда

Но сейчас был разгар каникул, и школьники изнывали от безделья. Поэтому когда кто-то из ребят сообщил, что в школе идет запись в секцию бокса, двор в мгновение ока опустел. А тут еще прошел слух, что тренировать будет сам Ярошевич, живший за границей и там добившийся небывалых результатов. Петька, с радостью засунув книжку за пояс ставших короткими за лето штанов, тоже рванулся «записываться на бокс».

Родители к новому увлечению младшенького отнеслись по-философски: «Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы без дела не слонялось». Помашет кулаками да и угомонится. Примеры уже были. Когда в школе знаменитый Федор Покровский открыл секцию легкой атлетики, все ребята увлеклись бегом. Потом, когда в будущем не менее знаменитый, а тогда студент пединститута Дмитрий Серопегин показал, как надо прыгать в высоту — все из бегунов в мгновение ока перевоплатились в прыгунов. А когда еще Герман Беликов однажды повел группу пятиклассников в горы, все ломанулись в альпинисты. А ведь были еще и футбол, и волейбол — сетка всегда натянута в дальнем углу дворика...

Чумакову-младшему бокс нравился, и он с почти взрослой обстоятельностью изучал премудрости этого вида спорта. Ярошевич даже стал выделять его из общей среды, которая, впрочем, в несколько раз поредела за три-четыре месяца. Ребята-то думали, что их будут учить драться, а тут какие-то упражнения, размахивания руками перед зеркалом, а то и вообще — перед собственной тенью. Дурдом какой-то. Но больше всего раздражала скакалка — да что они бабы, чтобы прыгать через веревку!

Однако Петр, выяснив у тренера для чего нужно то или иное упражнение, настырно выполнял задания. Его уже стали выпускать на ринг. Как-то отдыхая после одного из спаррингов, Чумаков расхаживал по помещению и невольно заглянул в соседний спортзал. Там парни не лупасили друг друга, а пытались свалить соперника на ковер, то с натужными криками поднимая того вверх, то вдруг сами ныряли вниз, дергая за ногу...

Свалить удавалось не всем и не всегда, но когда это получалось, то выглядело красиво. Красив был и тренер. Не высокий, подвижный как ртуть, он носился по залу из угла в угол. Сверкая черными глазами, успевал и задания раздавать, и показывать приемы, и судить схватки. Как оказалось, и по сторонам наблюдал внимательно.

Вдруг один из борцов, получив от тренера какое-то задание, подошел к Чумакову и сказал: «Сан Саныч сказал, чтобы ты не стоял столбом, а шел на тренировку — к нам».

Не знаю, что случилось, но это приглашение резко изменило судьбу Чумакова. Неожиданно для себя, Ярошевича и ребят-боксеров, он отдал перчатки, схватил одежду и перебежал к борцам. Как показала жизнь — навсегда.

И пошла тяжелая работа. Даже привыкший к боксерским нагрузкам Петр не без труда переносил тренировочные объемы, которыми Александр Курбатов потчевал своих подопечных. Сближало Сан Саныча и учеников творческое отношение к тренировкам. Исходя из индивидуальных данных, Курбатов обучал своих подопечных тем или иным приемам. Физически сильный Валера Зеренков больше боролся в стойке, реактивный Гена Запорожский то в ноги нырял, то в корпус проходил, а высокий, тягучий Петр Чумаков блестяще использовал преимущество своего роста, как удав обвивая соперника и, подушив в своих объятьях, бросал на ковер. Ну а Володя Бондаренко, обладавший несгибаемым характером, мог до потери пульса гонять по ковру любого. Свои коронные приемы имели и Миша Корнев, и Сережа Ноздрачев...

Но когда ребята, одержав победы на городском и краевом коврах, решили, что они уже в борьбе специалисты, судьба преподнесла им подарок в лице Валентина Попова. Увидев в работе этого великого борца и человека, все без исключения ученики Александра Курбатова поняли, что они только в самом начале пути к мастерству. Что творил на ковре Валентин Алексеевич они даже и представить ранее не могли.

Всегда пытавшийся умом дойти до всего Чумаков понял, что у совершенства предела нет. Но вот стремиться к нему необходимо. И он с новым энтузиазмом приступил к тренировкам. Трижды в неделю, невзирая на вывихи ставропольской погоды, Петр приходил в зал: таскал гири и штангу, кувыркался на матах, растягивался в «шпагате» и «качал» шею, по полчаса стоя на голове, отрабатывал приемы атаки и защиты...

В общем, к окончанию десятилетки долговязый подросток превратился в стройного юношу с гармонично развитой фигурой, а «утиная» походка вразвалочку выдавала в нем борца. А главное, спорт не только не оставлял времени на безобразия, но и сильно дисциплинировал, научил думать, в считанные мгновения принимать решения, оптимальные для данной ситуации. А главное, не сдаваться не при каких условиях. Даже если против тебя весь мир!

В одном из последних своих крупных борцовских турниров — финале первенства России, который проходил в Орджоникидзе (ныне Владикавказ) — Чумаков, выступавший уже в полутяжелом весе (а в полутяжах и тяжах представители осетинской борцовской школы и до сего дня доминируют в стране), в схватке за «золото» встретился с местным борцом. Соперники хорошо знали друг друга и во что бы то ни стало пытались не дать провести коронный прием. Известный ставропольский борец и тренер Петр Царгасов, секундировавший Чумакову, наставлял: «Не спеши, терпи, раздергивай его, готовь свой «обвив», по баллам выиграть судьи не дадут, надо побеждать «чисто».

И Петр терпел пока оппонент, подбадриваемый болельщиками, не полез в авантюрную атаку. И тут же Чумаков обвил обе его ноги своей, а потом, подтянув поближе, броском через грудь припечатал лопатками к ковру. И держал до тех пор, пока Царгасов в гробовой тишине, вмиг опустившей на бушевавший мгновением ранее зал, не прошептал: «Да отпусти ты его».

Петр Чумаков стал победителем первенства России и поднялся на высшую ступеньку пьедестала почета. Но вот награды он получил не сразу. Дело в том, что представители оргкомитета, уверенные в победе местного борца, уже выписали документы на его имя. И только через полгода диплом первой степени и жетон победителя из Москвы прибыли в Ставрополь.

Звезда пленительного счастья

Чемпион России Петр Чумаков на борцовском ковре.
Чемпион России Петр Чумаков на борцовском ковре.

После победы на республиканском первенстве перед Чумаковым явственно замаячила карьера профессионального спортсмена. Любой другой и пошел бы по ней. Но Петра к этому времени все сильнее и сильнее тянуло к знаниям в областях далеких от спорта. Чтение, к которому он пристрастился с малых лет, занимало практически все время, остающееся от тренировок. Когда ребята, по дороге на соревнования или возвращаясь с них, резались в купе поезда в карты или домино, Петр, забравшись на верхнюю полку, с упоением читал.

Наверное, сработала среда, в которой с раннего детства он варился. Так случилось, что его отец, Илья Чумаков — известный на Ставрополье журналист и писатель — вместе с семьей жил по соседству с редакцией, где и работал. А так как с гостиницами в Ставрополе в те времена было не густо, то часто командированные из других городов журналисты и даже писатели, ночевали у Чумаковых. Благо почти все они были фронтовиками и не обладали капризами, свойственными нынешним «звездам» даже мелкого калибра, соглашаясь спать на диванчике и ужинать тарелкой борща или парой вареных картошек. Все эти коммунально-бытовые издержки с лихвой компенсировались многочасовыми беседами-спорами под бутылочку-другую о судьбах страны, путях развития литературы и искусства. Петр с открытым ртом, часто до утренней зари, слушал Семена Бабаевского, Владимира Гнеушева, даже Михаила Светлова, как-то заночевавшего у Чумаковых.

Нельзя сказать, что понимал все сказанное, поэтому и был вынужден искать ответы на возникшие вопросы в книгах — ну не радио же слушать!

Сначала читал все подряд — от Майн Рида и Лермонтова до Толстого и Достоевского. Позже все больше интересовали исторические, документальные, автобиографические книги. А потом вдруг «переклинило» на естественно-научной литературе. Может, это как-то генетически обусловлено, а может, пример старшей сестры, выпускницы биофака МГУ, позже доктора наук, сработал, но интерес к беллетристике постепенно сошел на нет. А к моменту выбора профессии сомнений не осталось — только медицина.

Здесь надо сказать и о старшем брате. Владимир, к удивлению досужих соседок, не только не стал уголовником, но и сделал блестящую медицинскую карьеру. После средней мужской школы (были такие в послевоенные годы) поступил в медицинский институт, который блестяще окончил. Распределился на Дальний Восток, откуда после нескольких лет практической деятельности был направлен в аспирантуру Ростовского медицинского института, а после защиты диссертации возвратился во Владивосток, откуда уже опытным специалистом и педагогом перебрался в родной Ставрополь.

Владимир до сего дня является непререкаемым авторитетом для Петра. В немалой степени благодаря его совету Петр поступил в Ставропольский государственный медицинский институт.

Окончание следует.

спортсмен, врач

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Другие статьи в рубрике «Ставрополь»

Последние новости

Все новости