Связаны одной памятью

Елена Павлова
Здесь под плитами монумента Вечной Славы в Ставрополе, у вечного огня похоронен вместе с другими солдатами, погибшими при освобождении города и умершими в госпиталях, и воронежец Сергей Семыкин
Александр ПлотниковЗдесь под плитами монумента Вечной Славы в Ставрополе, у вечного огня похоронен вместе с другими солдатами, погибшими при освобождении города и умершими в госпиталях, и воронежец Сергей Семыкин

Это будет рассказ о русском солдате Сергее Семыкине, который не вернулся с войны, о его семье, где его всегда помнили и ждали — сначала его самого, потом — хотя бы весточки...Уже не от него, а из инстанций... Это рассказ о цене равнодушия, добавившего семье 27 лет ожидания, и том, что неравнодушных людей все же намного больше. Но главное — это посвящение очень важному человеческому свойству — памяти, над которой оказываются не властны ни годы, ни расстояния... Памяти, которая объединяет и роднит не только людей, но и целые города.

Короткая дорога длиною в жизнь

Александр Плотников

… Валентина Сергеевна решила ехать в Ставрополь одна. Как ни уговаривал сын подождать хотя бы до 9 мая, чтобы он смог прилететь из Новосибирска, женщина не согласилась. Она хотела побывать на могиле отца в годовщину его смерти. Долго она ждала этой возможности — 72 года. Ее отец сержант Сергей Семыкин умер в одном из госпиталей Ставрополя 21 апреля 1942 года. И до начала 2014-го семья не знала, где именно он похоронен. Так что ждать еще не было просто никаких сил.

Из Воронежа ехать предстояло московским поездом, а он ходит через день. Валентина Сергеевна взяла билеты на сутки раньше. Только потом поняла, приедет-то аккурат на Пасху. Она бы и не стала бы ни к кому обращаться. Собиралась сама найти мемориал. Но сын Александр беспокоился за мать — одна, в чужом городе, ей как-никак восемьдесят в этом году исполнилось. Хоть бросай работу и срочно лети самолетом, и тогда он решил просто обратиться к кому-нибудь из ставропольцев. Он никого у нас не знал. По интернету нашел ветеранскую организацию «Боевое братство»... Ее председатель Николай Борисенко откликнулся сразу... И не только он — очень помог директор городского Дворца детского творчества Николай Колесников.

Сейчас и Валентина Сергеевна, и Александр с благодарностью говорят: «Какие у вас люди хорошие»... Ставрополь и Воронеж разделяют всего тысяча километров — даже поездом меньше суток пути. Короткая по нынешним меркам дорога, но для нашей героини она получилось длиною в жизнь. Много чего вспомнилось и о чем подумалось.

… Мерно отстукивая версты, поезд вез Валентину Сергеевну в незнакомый и в то же время — очень близкий город. Откуда взялось это ощущение — Бог знает. Может быть, оттого, что ехала она к отцу, о котором в семье Семыкиных все годы говорят как о живом. Вот и внучатый племянник напутствовал на дорогу: «Теть Валь, ты к деду едешь? Ну привет ему!» За окном мелькали поля и рощи, а в памяти проносились картинки из детства.

Когда началась война, Валюшке было семь лет. Так что отца она очень хорошо помнит. Очень уж дочки его любили. Добрый он был, хотя и строгий... Вале очень нравилось слушать как отец поет. Пел он действительно здорово. Особенно любил песню «Раскинулось море широко»... Голос у него был великолепный — сильный и вместе с тем какой-то бархатный. Этот талант только средняя сестренка унаследовала. Но «Раскинулось море» Семыкины пели все — даже когда отца уже не было. Просто, когда собирались вместе на семейные праздники, казалось, что, когда звучит эта песня, отец будто бы рядом.

Прекрасно помнит Валентина Сергеевна и день, когда отец уходил на фронт. На площади, где ждали отправки, было очень много людей. Девчонки жались к отцу, а он все повторял матери: «Береги детей».

Я чувствовала тогда, и до сих пор помню, как ему было тяжело уходить, - говорит Валентина Сергеевна.

Просто русский солдат

Александр Плотников

Под Воронежем шли тяжелейшие бои, но до их Щучьего, слава Богу, фронт так и не докатился. Немцы были километрах в 25, за лесом. Но как там гремело и ухало, в селе было хорошо слышно. И еще в Щучье привозили раненых — там был развернут госпиталь. Валюшке как-то пришлось увидеть, как им смывали кровь пред тем, как доставить в операционную. Недетская память у детей войны.

… Несмотря на близость фронта письма от отца приходили. Их читали дружно, всей семьей и бережно хранили эти маленькие бумажные треугольнички. Последнее письмо было из госпиталя. Но оно даже порадовало. Отец писал, что с ним все нормально, лечится, возможно после выздоровления придет домой на побывку дней на десять.

Как же они этого ждали! Как мечтали о встрече!… А потом получили извещение, что сержант Семыкин умер от ран в госпитале города Ставрополя.

… Мать не хотела в это верить - даже писала начальнику госпиталя, чтобы узнать, что случилось. Письмо вернулось — город уже был оккупирован.

И все равно мать, бабушка, она с сестричками ждали отца — надеялись, что произошла какая-то ошибка и сержант Сергей Семыкин жив и просто эвакуирован вместе с остальными ранеными...

Бабушка долгие годы после войны все надежду свидеться с сыном не теряла. Все свой «вещий сон» вспоминала- про то, как отворилась однажды калитка и во двор вереница гусей потянулась... Шестеро бодро шагали, а один приотстал, но уверенно ковылял к дому, прихрамывая на одну лапу. У отца-то шестеро братьев было — все с фронта вернулись. Вот бабушка и верила, что седьмой ее сын Сереженька тоже придет — путь хроменький, покалеченный, но придет...

… Сколько их было — таких семей, которые осиротила война. И сколько простых советских солдат, которые не вернулись в родные дома. Они просто защищали Родину.

Брат Сергея Дмитрий дошел до Берлина и, вернувшись домой, рассказал родным об их последней встрече. Их свела перед тем самым боем, в котором сержант Семыкин получил ранение в голову. А меньше чем за сутки до этого, Дмитрий, капитан, командир роты звал Сергея к себе в часть — вместе-то и воевать веселее... Так тот и слушать не захотел: вы в тыл на переформирование идете, а моим ребятам завтра в бой. Как я им в глаза после этого погляжу!

… Бой тот для сержанта Семыкина последним оказался...

Он не успел вырастить своих дочек, но получилось, что воспитал и их, и внуков. Александр благодаря этому примеру в военно училище пошел — тоже хотел Родину защищать....

Цена обычной отписки

Александр Плотников

Конечно, родные сержанта Семыкина искали место его захоронения, писали в разные инстанции. В 1988 году получили такой ответ из крайвоенкомата: «На Ваше письмо, поступившее на наш адрес сообщаю, что в 1942 году Семыкин Сергей Егорович был похоронен на кладбищ Ставрополя до оккупации. Когда город был освобожден, то ни одной могилы не осталось. Одновременно сообщаю, что по данным персонального учета погибших и захороненных военнослужащих в период войны на территории Ставропольского края Сержант Семыкин не значится. Другими данными крайвоенкомат не располагает».

Трудно сказать, откуда тогдашний начальник 4-го отдела, подписавший эту бумагу, взял сведения о том, что в Ставрополе и могил воинов не осталось. Торжественное открытие мемориала Вечной Славы состоялось еще 28 октября 1967 года. Именно туда были перезахоронены останки воинов, умерших в госпиталях и погибших при освобождении города. Это никогда не было закрытой информацией...

… Но родные сержанта Семыкина всего этого не знали. Они поверили официальному ответу. Ну а сейчас... Валентина Сергеевна и сама не знает, что заставило ее снова начать поиск. Однако самостоятельно по интернету ничего найти не удалось. Помогло обращение в поисковый отряд Святослава Лебедева...

Притяжение памяти

Александр Плотников

… Валентина Сергеевна бережно кладет цветы к вечному огню и склонившись закрывает глаза рукой. Она так долго ждала этой встречи. Потом гвоздики ложатся на мемориальную плиту с именем ее отца... Дождь, которым встретил ее утром Ставрополь, давно стих. Солнце такое же яркое, как купола Казанского собора, по округе разносится праздничный пасхальный колокольный звон.

Потом мы рассказали нашей гостье о том, что собор этот, недавно восстановленный, в 19 веке был построен в благодарность избавления города от эпидемии чумы. И очень символично, что теперь он возвышается над мемориалом, который является символом вечной памяти героям, избавившим мир от коричневой чумы.

Валентина Сергеевна с удовольствием побывала в музее «Память», поговорила с ребятами, несущими Вахту на посту возле Вечного огня.

Но самый трепетный момент был тогда когда женщина достала из сумки небольшой пакетик, полный родной сержанту Семыкину воронежской земли и посыпала по клумбе около мемориальной доски с го именем. А потом набрала ставропольской земли.
- Это я маме отвезу...

Ну вот мы с вами и породнились, -сказала говорю я.

Валентина Сергеевна кивнула:

Я еще здесь останусь, хочу с папой побыть.

… Она вновь подошла к мемориальной плите и увидела две капли, словно застывшие рядом с отцовским именем. Больше нигде — следы дождя солнце давно высушило. И только тут — то ли дождинки, то ли слезы....

Об этом она рассказала по телефону сыну Александру. Он и сам собирается приехать в отпуск из Новосибирска. Удивительное это свойство память. Вот только одна судьба, один человек - а сколько людей, сколько городов она воедино связала незримой нитью: Ставрополь — Воронеж — Новосибирск (юг страны — ее центр и Сибирь). Память она действительно роднит наши города.

70-летие, память, ВОВ, люди

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «История»

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов