Тот, чье имя на обелиске

Елена Павлова

Имя Вениамина Михайловича Устьянцева выбито на обелиске памяти погибших земляков, что стоит в маленьком сибирском городке Барабинске. Сам же подполковник в отставке Устьянцев вот уж больше полувека живет и здравствует в Ставрополе. Последние 12 лет службы в Вооруженных силах прошли у Вениамина Михайловича в нашем городе.

Свои первые офицерские погоны Вениамин Устьянцев получил уже после войны – в ноябре 45­го, по окончании 1­го Ленинградского артиллерийского училища. Туда на учебу он был отправлен прямо с фронта. А в 42­м офицером стать не довелось. Обстановка на юге была сложной. И, несмотря на острую потребность фронта в младшем командном составе, военным училищам не всегда удавалось завершить обучение курсантов. Вот и курсанта Пермского (тогда – Молотовского) минометного училища Веню Устьянцева вместе с однокашниками отправили на Юго­Западный фронт рядовыми. В составе 284 гвардейского стрелкового полка 95 гвардейской стрелковой дивизии они приняли участие в боях за город Калач­на­Дону, потом – за Сталинград. А летом 1943­го дивизия была переброшена под Прохоровку.

В день исторического танкового сражения 12 июля 1943 года рядовой Устьянцев получил первое и самое тяжелое в своей жизни ранение. Конечно, он хорошо помнит тот день: сначала появились вражеские самолеты­разведчики (так называемые рамы), следом – штурмовики, потом ­ наши истребители. После артподготовки пошли танки. Ну и, конечно, пехота. А вместе с ней – и минометный расчет Устьянцева. Что чувствовал тогда 19­летний сибиряк Венька? Он и до сих пор не может это толком объяснить. Помнит только горячее желание выполнить боевую задачу любой ценой. Помнит горящую землю и горящий воздух. Это были бризантные гранаты, что рвались на лету. Таким вот осколком Веньку и ранило. Он не терял сознания – словно со стороны видел свою ногу с наполовину оторванной стопой… Запомнился еще танкист, вывалившийся из горящей машины, который, пытаясь подняться, все кричал: «Ничего не вижу!». Вениамин хотел подползти к нему, но не смог – их разделял овраг. Потом он увидел санитаров. Помнит, те ему сказали: ранение, мол, тяжелое, поедешь ты, парень, в тыл — в госпиталь…

Но в тыл он так и не поехал. Поехали туда только его документы, которые успели забрать санитары. Пока ждал погрузки на поезд, подошла машина с легкоранеными.

­ Веня, едем со мной! – из машины ему улыбался взводный. Недолго думая, парень вскарабкался в авто и отправился пришивать ногу в дивизионный санбат. Это была судьба… Если б все знать — хоть фамилию бы взводного спросил… Кажется, звали его Юра, для бойцов — «товарищ старший лейтенант», который и сам не знал тогда, что своим приглашением спас Веньке жизнь.

Санитарный поезд немецкая авиация разметала в прах сразу за Прохоровкой. А числившегося там по документам Устьянцева не нашли ни среди живых, ни среди мертвых. Вот в деревушку Устьянцево Барабинского района Новосибирской области, где половина однофамильцы и почти все – дальние родственники, и полетело извещение: «Пропал без вести»… А по сути записали Вениамина в погибшие – не один он был из того разбомбленного поезда «не найденный». Решили – прямое, мол, попадание… Так и числился погибшим еще много лет после войны, так в районной Барабинской Книге памяти его имя оказалось, и на обелиске…

А тогда, в 1943­м, мать с младшим братишкой уж и отголосить по Веньке успели, когда из госпиталя письмо от него получили. Даже не поверили сначала в счастье такое. Парню, чуть на ноги встал, фотографироваться пришлось, чтоб окончательно родных успокоить. Ногу врачи ему спасли. И довелось Вене вернуться на фронт – теперь уже на 1­й Украинский — и освобождать Киев, Малин и Шепетовку, где он снова был ранен и контужен, но из строя не выбыл.

А в марте 1944­го направило его командование на учебу в Ленинград. Там он и встретил Победу. Курсанты занимались по 10 часов в день. 9 мая шли обычные занятия – до момента, когда по радио сообщили об окончательной капитуляции Германии. Вениамин Михайлович помнит, какое это было ликование. Каждый эту победу на своих плечах вынес. Курсанты все фронт прошли. Только вот завидовал Венька немного отцу, который всю войну фронтовыми дорогами прошагал, а победу в Берлине встретил.

А месяц спустя Вениамин Устьянцев участвовал в Параде Победы. В северной столице тоже был этот парад, и участвовать в нем доверили лучшим курсантам­фронтовикам…

Офицер Устьянцев, награжденный двумя орденами Великой Отечественной войны, орденом Красного Знамени, двумя медалями «За боевые заслуги» и еще многими наградами, честно служил своей стране еще двадцать с лишним лет после победы – в Белорусском, Южно­Уральском, Дальневосточном, Киевском военных округах. В Ставрополь перевелся начальником автотракторной службы радиотехнического училища войск ПВО… Так с 1955 года сибиряк Вениамин Михайлович и стал ставропольцем. Полюбил наш город, вырастил достойными людьми детей и внуков. С женой Ниной Павловной летом 60­ю годовщину свадьбы отмечать будет. Много лет прошло, очень много, но словно вчерашний день ясен в памяти тот главный в жизни подполковника Устьянцева военный парад, когда по Невскому проспекту шли, чеканя шаг, солдаты священной освободительной войны, переполненные весенней радостью великой Победы и гордостью за свою страну, которую они отстояли.

 

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов