Мне есть ради кого жить

Елена Павлова

Лариса Ивановна Прудникова, героиня сегодняшнего материала, позвонила в редакцию в надежде на помощь.

Коляска большего размера не пройдет в межкомнатные двери
Александр ПлотниковКоляска большего размера не пройдет в межкомнатные двери

Не финансовую – нет. Женщина-инвалид, пережившая ампутацию обеих ног, надеется, что ей обменяют инвалидную коляску – ту, что предназначена для передвижения в помещении, – на такую же меньшего размера.

 

Маленькая большая проблема

От той коляски, что ей привезли полтора года назад после девятой за последние три года операции, 65-летняя женщина отказывается не из-за каприза. Просто она живет в маленьком турлучном доме давнего года постройки с очень узкими межкомнатными дверными проемами. И на коляске большего размера, чем та, что на фото, Ларисе Ивановне просто не проехать из комнаты или коридора на ту же кухню... А ей полтора года назад привезли именно большую (45 сантиметров вместо 38-40 рекомендованных медико-санитарной экспертизой). И вот все это время женщина ждет замены, звонит по инстанциям (в МСЭ, соцстрах, соцзащиту), объясняет, что выданную ей коляску даже не распаковывала, просит обменять, но пока все безрезультатно. Позвонила в «Вечерку» в надежде, что, может быть, в декаду инвалидов ее услышат...

Та коляска, на которой Лариса Ивановна передвигается по квартире сейчас, взята в аренду в Центре помощи инвалидам на улице Пирогова. Но эта коляска уже тоже на ладан дышит. На нее уже переставлены тормоза и оси с прогулочной коляски. Благо у сына Ларисы Ивановны Дениса и мужа ее племянницы руки золотые. Все приладили, настроили – но срок амортизации коляски идет. И Лариса Ивановна больше всего боится, что вот однажды коляска сломается, а взять запчастей больше будет негде. Недавно сын в очередной раз приезжал из Анапы проведать маму – они вместе объездили все магазины медтехники и не нашли запчастей к своей «Ортонике»... Ну вот эта проблема, думаю, волнует не только Ларису Прудникову...

Я надеюсь, что Ларисе Ивановне помогут с обменом коляски и на вопросы ее ответят... Это человек, достойный уважения. Испытаний, выпавших на долю этой женщины, хватило бы на десять жизней, и далеко не каждый такое выдержал.

 

Бедам вопреки

Первая страшная беда ворвалась в жизнь 19-летней Ларисы Прудниковой в сентябре 1976-го. Мир, казалось, улыбался ей. Рядом был любимый муж, молодая семья ждала появления на свет первенца. Всего четыре месяца оставалось до рождения малыша... И в то утро, когда молодые супруги – веселые и счастливые, нагрузив машину продуктами на неделю, ехали на дачу к родителям Павла, ничто не предвещало беды... Просто водитель встречного грузовика, как потом показала экспертиза, оказался пьян... От столкновения уйти не удалось. Когда их доставили в больницу, Павел был еще в сознании, он только успел попросить, чтобы врачи спасали жену, а не ребенка. Вопрос стоял: или - или...

Лариса в молодости (70-е годы)
Александр ПлотниковЛариса в молодости (70-е годы)

Те хирурги и травматологи были врачами от Бога, но и они не смогли «вытащить» самого Павла. Через две недели 26-летний муж Ларисы умер в больнице. Ее травмы были тоже тяжелейшими: разрыв печени, множественные переломы. В буквальном смысле девушку по частям собирали. И даже мать не обнадеживали, не гарантировали, что Лариса будет ходить.

Но она все-таки встала на ноги — благодаря самоотверженному труду врачей, материнской заботе и уходу и собственной силе воли. Ведь страшнее физической боли была душевная. Она не только потеряла любимого человека и неродившегося малыша. Сама еще юная девчонка, Лариса навсегда лишилась возможности когда-либо выносить и родить ребенка.

Ну вот с этим приговором женщина так и не смирилась. Счастье материнства она все-таки обрела.

Сейчас об этом уже можно говорить. Прошло 45 лет, срок давности за то, что женщина определенным образом обошла закон, давно истек, и сын ее уже взрослый (сам недавно стал отцом), и осуждать Ларису вряд ли кто-то имеет даже моральное право.

Было это в 1989 году — через 13 лет после той страшной аварии. Ларисе было уже 32 года, и она мечтала усыновить ребенка. Но официально сделать это было нереально — ни по здоровью, ни по семейному положению. Мужа у нее не было, жила она в том самом турлучном домике вместе с мамой-инвалидом, которая нуждалась в уходе после перенесенного инсульта.

Института суррогатного материнства на излете СССР не было, но случаи, когда биологические матери отдавали новорожденного другой женщине, имели место...

Так произошло и у Ларисы Прудниковой. Однажды она познакомилась с девчонкой-студенткой. Та была, как сейчас говорят, глубоко беременной. К родителям в село давно не ездила, объясняла: мол, люди они шибко строгие, не примут заблудшую дочь с ребенком, проклянут... Короче, эта деваха планировала после родов отказаться от малыша. Лариса уговорила горе-маму сделать иначе. Та в роддом поступила по паспорту Ларисы Прудниковой. Так что на эту фамилию была получена и выписка из роддома, и рыжие клеенчатые бирочки с указанием даты и времени рождения, весом и ростом новорожденного жителя планеты Земля...

Лариса сдержала слово, данное непутевой девчонке, родившей ей сына: малыш стал главным и самым любимым человечком в ее жизни, у него было все необходимое — даже в приснопамятные 90-е с их кризисом неплатежей, развалом и разграблением страны, дефолтом и всеобщим обнищанием граждан. Лара успевала все: отработав смену на биофабрике, бежала к маме и сыну, а потом, поиграв, приголубив и уложив их спать, садилась за руль своей машиненки и таксовала, чтобы принести в дом лишнюю копейку.

 

Дениска

Сын рос ласковым и умным мальчишкой — в пять лет умел уже читать и писать. А в шесть снова случилась беда. Ребенка в детском саду травмировал другой мальчик — ударил по ноге дверью шкафчика. Казалось бы, ну что там - детская шалость, по-началу-то и в травмпункте ничего серьезного не заметили. Но травма коленной чашечки (так называемого «центра роста») имела серьезные и в буквальном смысле разрушительные последствия... Следующие семь лет ребенку пришлось пролежать на «вытяжке» - каждый месяц по три недели в ортопедическом отделении детской краевой больницы. С короткими перерывами. Но сначала была серьезная операция, от успеха которой зависело — будет ли Дениска ходить... В этот день Лариса сама чуть не умерла — на нервной почве показатель сахара в крови оказался на отметке «38»... Лариса пережила кому. До этого дня женщина не знала, что такое диабет, никто в семье этим заболеванием не страдал. А ее этот недуг настиг стремительно и навсегда, после выхода из комы она уже не могла обходиться без инсулина...

Лариса Ивановна с сыном Денисом (90-е годы)
Александр ПлотниковЛариса Ивановна с сыном Денисом (90-е годы)

Но даже с этим заболеванием Лариса Ивановна в течение 15 лет работала сиделкой, ухаживала за тяжело больными людьми. Дениса тоже удалось поставить на ноги. Сейчас не хромает... И тогда парнишка даже от школьной программы не отстал, хотя первые шесть лет учиться ему приходилось в основном на дому и в больничной палате. Спасибо учителям 11-й школы, которые не считались с собственным временем, проводя с талантливым мальчишкой индивидуальные занятия. И Денис, которому нравилось учиться, не чувствовал себя оторванным от школьной жизни. Он успешно окончил школу, потом аграрный университет. Лариса Ивановна гордится сыном, рада, что тот и работу нашел по душе, где его ценят, что девушку хорошую встретил — Анечку... Живут дружно, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Однушку в Анапе снимают, жилье в ипотеку в Краснодаре строят и сюда, в Ставрополь, приезжают ее проведать. Денис и Аня оба очень заботливые. И в больнице за ней ухаживали, и потом духом упасть не давали... Хотя пережить все, что с ней случилось, Ларисе Ивановне было, конечно, непросто...

 

В больнице ее стойкость ставили в пример мужчинам

Вот еще три года назад она была на ногах, а потом тромб, закупорка вен, одна за другой восемь операций на левой ноге с ампутацией сначала пальцев, а потом — и самой ноги. Затем — ампутация правой.

Медсестрички в больнице ей говорили: мол, мы вас в пример другим ставим... Вот, мол, женщина стойкая, духом не падает. Лариса Ивановна грустно улыбалась в ответ — она знала, чего стоила ей эта стойкость. Да, она видела, насколько тяжелое отделение диабетической стопы в 3-й горбольнице. Наблюдала, как некоторые крепкие с виду мужики психологически ломались после ампутации, практически с ума сходили... И она тоже никогда не забудет, как ночами напролет не могла сомкнуть глаз и все думала, думала и не находила ответа, что делать и как дальше жить. «Читайте Евангелие», - советовал ей врач... Она читала — и раньше читала... Но психологическое принятие случившегося с ней пришло лишь тогда, когда Лариса Ивановна научилась самостоятельно пересаживаться с кровати на инвалидную коляску и что-то делать по хозяйству. Да, к ней приходят на дом соцработники: обе — Елены, одна приносит продукты, другая — лекарства, раз в неделю убирают квартиру. Лариса Ивановна очень хвалит своих Леночек — ответственные, говорит, заботливые. Помогают ей и племянница с мужем, и сын, который бывает в Ставрополе часто, волнуется за мать. Но и сама Лариса Ивановна без дела не сидит, приноровилась уже и готовить, и пылесосить... Этим летом впервые за три года заготовки делала — огурцы, помидоры, варенье закручивала. Ей ничего этого нельзя, а вот хочется угостить родных — племяннице и сыну вкусненького от себя передать... Ларисе Ивановне это больше лекарства помогает, она из той замечательной категории людей, которые для себя жить не умеют, они живут ради других — детей, внуков, своих родных и близких людей... Лиши их возможности заботиться о своих родных и любимых, они умрут, наверное. И ничего для них нет страшнее, чем беспомощность... «Не хочу быть обузой», - эта фраза всегда звучит из их уст, даже если никому из близких в голову не придет произнести эти слова. Вот и Лариса Ивановна, объясняя, почему так переживает об обмене инвалидной коляски, объясняет:

«У меня самая лучшая внучка на свете»
Александр Плотников«У меня самая лучшая внучка на свете»

– Что мне делать, когда окончательно выйдет из строя коляска, которой я сейчас пользуюсь? Запчастей не найти. Та, что лежит в упаковке, неприменима в моем доме. Что мне делать тогда? Просто лежать? Да я никогда в жизни просто так не лежала! Куда мне? К сыну в Анапу? В его семью, которая с грудным ребенком живет в съемной однушке?.. Нет, лучше пусть они ко мне в гости приезжают. Я счастлива в эти дни — уже четыре раза мне Алисочку привозили. Сейчас ей девять месяцев. У меня самая замечательная внучка на свете! Мы ее семь лет ждали!.. Вот так бывает: Боженька мои ножки забрал, а Алисочку нам дал... - помолчав, Лариса Ивановна добавляет: - Да, я помню свое состояние после операции, когда я думала: «Ну почему я не умерла?!»... А сейчас я не хочу умирать! Я хочу жить! Мне есть ради кого жить!»

 

Лучшая мама на свете

Лариса Ивановна рассказала еще один случай, который поначалу чуть ее не убил, а в результате дал новый стимул жизни. Денис ведь недавно узнал, что он не родной ей по крови. Рассказать об этом сыну было вынужденным решением. Просто одна дальняя родственница, получив незнамо как информацию о рождении Дениса, решила на этом поиметь свой «гешефт»: мол, перепиши на меня свою долю в доме, иначе Денису твоему всю правду расскажу... Чистый шантаж, а в отношении к женщине, матери, инвалиду — и вовсе скотский...

Лариса Ивановна чего только не передумала за несколько дней до приезда Дениса, чего только не пережила! И все-таки решила открыться сыну...

– Сыночек, я все в жизни делала только для тебя! Я жила для тебя! - начала она.

– Мам, что случилось?! - испугался Денис. - Тебе плохо?.. Что — сердце, давление?

– Ты мой самый родной!

– Что случилось?!

– Я должна тебе рассказать — не я тебя родила!

И она рассказала все... Конечно, для сына это был шок. Он у любого был бы, когда на него неожиданно обрушилась такая информация. Денис еще достаточно быстро с этим своим состоянием справился — за несколько минут, пока дымилась сигарета, которую он попросил на улице у первого встречного. Но для Ларисы Ивановны эти несколько минут показались вечностью. У нее вся жизнь перед глазами пронеслась, когда она смотрела, как нервно затягивается дымом сын, никогда до этого не куривший... Когда он вошел в комнату, мать уже и слова вымолвить не могла. Она словно сквозь пелену видела лицо сына, который буквально кричал:

– Мама, ты мне родная! Никакой другой матери у меня нет!

– Хочешь, мы найдем ее — ту, которая тебя родила? - спросила она, немного успокоившись. – У меня есть имя, адрес ее родителей...

Сын ответил коротко и категорично:

– Нет.

Недавно, уже после всех операций, Лариса Ивановна снова предложила сыну найти его биологическую мать: мол, я же болею, а у тебя, может быть, там братья и сестры есть.

Сын покачал головой:

– Нет у меня никого ТАМ. У меня есть только ты — единственная и самая лучшая мама на свете...

И пожалуй, это были самые главные слова в ее жизни. Ларисе Ивановне есть для кого и ради кого жить на этом свете.

женщина-инвалид, мужество, стойкость, Центр помощи инвалидам, смысл жизни, биологическая мать, декада инвалидов, инвалидная коляска, материнство, Милосердие, вера

Другие статьи в рубрике «Культура»

Другие статьи в рубрике «Общество»



Последние новости

Все новости

Ростелеком