В июньском выпуске рубрики «Воины Победы», которую мы ведем совместно с региональным отделением «Волонтёры Победы», хочется рассказать о судьбе человека, который известен всему миру своими невероятными открытиями в медицине, опередившими время. Но жителям краевой столицы он мало знаком, хотя в нашем городе родился и прожил большую часть своей жизни. Особенно важно написать о великом хирурге Михаиле Сергеевиче Макарове в честь Дня медицинского работника, который отметили 21 июня.
Врач по призванию
В 1906 году в тогда еще губернском Ставрополе в обычной рабочей семье родился мальчик. Назвали его гордым именем Михаил. С ранних лет юноша начал уделять много внимания медицине, и близким сразу стало ясно – растёт будущий врач.
Так и случилось. Правда, образование пришлось получать не в родных пенатах. Михаил окончил Ростовский медицинский институт в 1931 году. Был призван в армию, где служил в качестве военного хирурга. После демобилизации сразу устроился работать хирургом в больницу на руднике «Коминтерн» Шахтинского района. Но вот оплату за свой труд молодой врач не получал, так как не было свободной ставки. Все операции проводились на голом энтузиазме, потому что Михаил Сергеевич считал – надо творить добрые дела, а уж когда ты можешь спасти чью-то жизнь тем более.
Талантливого и ответственного специалиста заметило руководство больницы, и было решено отправить Михаила Макарова на курсы по травматологии и ортопедии в престижный Ленинградский институт имени Вредена. Здесь также разглядели потенциал будущей звезды хирургии. Поэтому на ростовскую землю врач не вернулся. Он отправился работать в Калач, что находился в Сталинградской области. Два года кропотливо трудился наш герой. Но все больше тянуло его на малую родину, хотелось вновь увидеть Ставрополь. И для возвращения появилась хорошая возможность: в нашем городе под руководством уже набирающего известность в узких кругах доктора Макарова было решено открыть детскую ортопедическую больницу при школе-интернате для детей-инвалидов и сирот.
Поднимал на ноги
Соглашаясь на такую работу, Михаил Сергеевич принял очень трудное решение. К нему поступали тяжелые пациенты — главным образом дети от 8 до 15 лет с самыми сложными формами параличей. Врач старался помочь каждому. Так, однажды летом в кабинет доктора буквально вполз молодой человек 22 лет. 19 из них он передвигался, опираясь на короткие костыли и волоча тело на привязанном сиденье. Макаров внимательно осмотрел пациента. У того наблюдался сильный спазм мышц рук и ног. Требовалась операция по трансплантации мышц. И хирургу удалось провести её успешно. Через несколько месяцев пациент смог встать на ноги и вскоре вернулся к нормальной жизни и трудовой деятельности.
У другого пациента, перенёсшего энцефалит, развился стойкий спастический паралич шеи. Голова была сильно запрокинута назад и склонялась к лопаткам. Человек мог видеть только потолок и даже часть стены, которая находилась за спиной… Михаил Сергеевич принял решение помочь больному, чтобы избавить его от невыносимых страданий. Для этого потребовалось провести три операции: на нервах, мышцах и костях. Сложнейшая хирургическая миссия была выполнена на высшем уровне. Пациент навсегда избавился от мучений, а костные блоки надёжно зафиксировали правильное положение головы.
Только в 1939 году 103 инвалида восстановили свою трудоспособность в больнице. Из них 14 человек до этого вообще не могли вставать с постели или в лучшем случае передвигались по дому с большим трудом. Михаил Макаров в прямом смысле поднимал людей на ноги.
Военные годы
Началась советско-финляндская война, и Макаров отправился на фронт - хирургом. Его опыт и умения спасли множество красноармейцев. Но, как мы помним, мирная жизнь после той войны не началась: вскоре фашистская Германия вторглась в Советский Союз. Михаил Сергеевич разместил в Ставрополе военный госпиталь в здании нынешнего аграрного университета. У него была сложная задача. Помимо того, что требовалось развернуть учреждение на 260 коек, следовало еще ввести в курс дела врачей и медсестер, которые имели медицинское образование, но не сталкивались на практике даже с травматологией, не то что с хирургией. Михаил Макаров отлично справился со своей задачей.
Когда в начале августа 1942 года Ставрополь был захвачен немецкими войсками, врач оказался в тяжелом состоянии из-за язвенного кровотечения, что делало невозможным его эвакуацию. Несмотря на оккупацию, он продолжал заботиться о своих маленьких пациентах в детском интернате, а также работал в городской больнице. После освобождения города в 1943 году Макарова назначили главным врачом и директором Лечебного интерната для инвалидов, пострадавших в Великой Отечественной войне.
При этом Михаилу Сергеевичу во время оккупации удалось спрятать и помочь 17 советским солдатам. Однако в послевоенные годы признание и награды не сильно жаловали Макарова, потому что злые языки поговаривали, что лечил доктор и фашистов. Свидетельств тому нет, впрочем, думается, для врача любой больной в первую очередь – пациент. Самого же Макарова награды не сильно интересовали, он всю жизнь был занят важным делом – спасением людей.
Новая методика оценки ран
Михаил Сергеевич понимал, что проведение операций невозможно без прорывных медицинских исследований. Поэтому на протяжении всей своей жизни он занимался научной деятельностью. Между советско-финской кампанией и Великой Отечественной войной доктор начал систематизировать обширный практический опыт, углубившись в цитологию, науку о строении клетки. А во время организации военного госпиталя в Ставрополе ему удалось познакомиться с профессором-микробиологом Магдалиной Покровской. Она рассказала о своём методе обработки ран с помощью специальных вирусов (бактериофагов). Макаров уже знал, что существует много способов лечения ран и предназначенных для этой цели лекарств, поэтому искал новые, более эффективные методы.
Его интересовало, как врачи оценивают состояние раны, ведь у каждого было свое прочтение. Чтобы изучить степень поражения более точно, нужно делать биопсию — взять небольшой кусочек ткани. Но делать это каждый раз было невозможно. Размышления привели Макарова к созданию нового метода исследования ран. Он придумал, как получать отпечатки клеток с травмированной поверхности. Для этого врач использовал сухой ватный шарик, чтобы убрать гной, затем прикладывал стерильное стекло к разным участкам раны, и на стекле оставались клетки. Этот метод был безопасным и мог применяться при каждой перевязке. Его стали активно использовать. Главный хирург Красной Армии академик Николай Бурденко дал высокую оценку изобретению Макарова, положительно отзывались о новом методе и другие известные советские хирурги. Так Михаил Сергеевич обрел всесоюзную известность.
Передача опыта
Великая Отечественная война закончилась. Нужно было восстанавливать страну из руин. В том числе и образовательную сферу. Поэтому в феврале 1946 года Михаил Сергеевич соглашается стать ассистентом кафедры госпитальной хирургии Ставропольского медицинского института, а вскоре защищает кандидатскую диссертацию. Студенты-медики, как губки, впитывают знания человека, который совершает невероятные открытия.
Идёт время. И в 1953 году Макаров становится доцентом кафедры. Казалось, можно развивать свою карьеру в научной среде. Но Михаил Сергеевич понимал, что любые исследования должны быть применимы на практике, нести реальную помощь людям. Поэтому он продолжал проводить операции, трудясь в Молотовской костно-туберкулёзной больнице (сейчас с. Красногвардейское). Хирург помогает местным коллегам осваивать технику костно-пластических операций. За месяц пребывания в этой больнице в 1953 году он лично провёл 31 операцию больным с костно-суставным туберкулёзом. Впоследствии врачи, которые учились у Макарова, активно применяли полученные знания в работе. Так, доктор Русанов стал заведующим хирургическим отделением Московской областной костно-туберкулёзной больницы, а врач Саркисова возглавила костно-туберкулёзный санаторий в Пятигорске.
Занимаясь ортопедией и травматологией, Макаров не оставляет без внимания проблему цитологии заживления ран. Он доказывает, что не только лимфоциты и моноциты, но и сегментоядерные лейкоциты образуют элементы соединительной рубцовой ткани при заживлении раны. Ему удается наблюдать превращение микрофагов в макрофаги. Эксперименты Макарова были основаны на оригинальной методике — изучался не многослойный срез ткани, а препараты из одного слоя клеток, полученных при почасовых исследованиях раны. Его исследования заинтересовали академика Сергея Юнина, который трудился в Московском городском НИИ скорой медицинской помощи имени Склифосовского. Сюда должен был перебраться Михаил Сергеевич, но внезапная смерть Юнина меняет планы.
Революционное открытие
Сарафанное радио говорит о Макарове по всей стране. Все знают, что он может вылечить практически любые недуги. К нему приезжают пациенты из разных уголков Советского Союза, начинается настоящее паломничество. Но эта работа была для Михаила Сергеевича далеко не основной. Поэтому прием приезжих больных доктор проводил в своей маленькой квартирке.
Всё чаще хирург начинает сталкиваться с туберкулёзным спондилитом или, как в народе говорят, горбатостью. Макаров решает, что нужно попробовать вновь соединить научный метод с практикой, чтобы избавить людей от мучений. И 20 июня 1962 года все мировые таблоиды мира сообщают, что в Ставрополе проведена первая в истории операция по удалению горба. Она была проведена не просто с большим мастерством, а устранила внешнюю деформацию. Причиной горбатости был туберкулёз поясничных позвонков. Из-за болезни разрушались нижние позвонки, что приводило к провисанию позвоночника, сутулости и образованию горба из-за искривления верхних позвонков.
Михаил Сергеевич не только устранил эстетическую проблему, но и удалил повреждённые позвонки, полностью вылечив пациента. В 1962 году это было что-то на уровне профессионального безумства. Макаров также разработал уникальную методику восстановления целостности позвоночника после удаления поражённых участков.
Одной из первых пациенток, которой была проведена операция, стала пятнадцатилетняя девушка. Она смогла продолжить заниматься художественной гимнастикой и успешно выступала на краевых и региональных соревнованиях.
За совокупность революционных медицинских исследований в 1966 году Михаил Сергеевич Макаров награжден орденом Ленина.
Обгоняя время
Свой метод лечения горбатости при туберкулёзном спондилите Макаров преобразует в докторскую, которую он отлично защищает, получая в 1968-м почетную ученую степень. А на следующий год врач становится профессором кафедры госпитальной хирургии по курсу травматологии и ортопедии медуниверситета в Ставрополе, вскоре получив должность заведующего кафедрой ортопедии и травматологии.
Михаил Сергеевич не забывает про главный труд своей жизни – цитологии. В 1975 году он собрал воедино все свои мысли по этой теме, опубликовав монографию «Роль гранулоцитов в процессе воспалительной регенерации по данным сравнительного цитологического исследования». Эта работа опередила время. Макаров объяснил механизм старения организма, связанный с накоплением ошибок в клетках при их размножении. Клетки органов меняются многократно, и с каждым «дублированием» новые копии становятся чуть хуже предыдущих. Это приводит к старению организма. Таким образом, Михаил Сергеевич нашёл «ключ» от болезней, которых в его время еще даже не знали. А ученые из Японии хотели в мединституте увидеть лабораторию Макарова, даже не догадываясь, что все открытия по цитологии он делал в своей квартире.
Изнурительный труд оставил свой отпечаток на здоровье великого человека. В 1977 году сердце Макарова перестало биться. Память о нем осталась в исследованиях, тысячах учеников и спасенных жизней. В Ставрополе в честь Михаила Сергеевича назван переулок в Северо-Западной части города.
Вот такой обширной получилась статья в ежемесячной рубрике «Воины Победы». Новый её выпуск увидит свет уже в июле, где мы снова вспомним историю жизни невероятных личностей.
Геннадий КРИШТОФОРОВ и Марина ГЛУШКО.
Фото Ставропольской краевой клинической больницы
