В материале «Азово-Моздокская линия – основа российской государственности на Кавказе» мы рассказали о жестоком сражении возле крепости Святой Марии, где, по сути, решалась судьба территорий, которые Россия только начинала укреплять и обустраивать. И не только там, близ неспокойной Кабарды, а по всей Азово-Моздокской линии.
Подвиг защитников Ставропольской крепости
Крепости подвергались атакам горских отрядов, которые действовали вполне скоординированно благодаря посредничеству Порты. Турция во все времена была для России либо противником (во время войн), либо тем, что в большой политике определяется как «ситуативный партнер», «ситуативный союзник»... Какие бы договоры и иные дипломатические документы ни были подписаны между нашими двумя странами, Турция вела на геополитическом поле свою игру. В XVIII веке было то же самое.
Самыми напряженными для крепостей Азово-Моздокской линии были 1778-1779 годы. Ставропольская крепость тоже не единожды выдерживала налеты отрядов противника. Эти события отражены в книге известного ставропольского писателя Владимира Бутенко «Державы верные сыны»... Мы публикуем лишь короткий отрывок из нее:
«...Нападение на Ставропольскую крепость было предпринято полуторатысячным войском черкесского князя Дулак-Султана. То, что его орки, имея многократное преимущество в силе, не смогли взять ни Алексеевский редут, ни Александровскую крепость, предводителя ничуть не смутило. По донесению своих шпионов, князь знал, что в этой крепости малочисленный гарнизон. Несколько рот драгун – горстка по сравнению с его силами. Имелась, правда, артиллерия. Однако ночью пушки становятся слепыми как кроты. План захвата ненавистной крепости был продуман до мелочей.
Осада началась вечером. Спешившиеся черкесы, прошивая воздух градом стрел, паля из ружей наугад, приблизились к крепостной стене. Но ответные пушечные залпы картечью скосили несколько рядов атакующих. Неудачей окончилась и попытка ворваться в хоперскую станицу. Дулак-Султан отступил за версту, в лес, а утром решил «выкурить» казаков из укрытия, поджечь забор из бревен. Он рассчитывал, что на выручку казакам выступят из крепости солдаты, и тогда появится возможность стремительным ударом конницы ворваться в цитадель через открытые ворота.
Но жажда наживы и ненависть сыграли с Дулак-Султаном злую шутку. Когда факельщики стали поджигать палисад, из ворот крепости по склону лавиной неожиданно стекли две сотни донцов полковника Кутейникова, за день до этого прибывшие в крепость. Черкесская конница только подтягивалась к месту сбора, и атака казаков застала орков врасплох. Сабельный бой смерчем пронесся по засеянному пшеницей полю. Сражение длилось почти до вечера, то затухая, то ожесточаясь с новой силой. Погибли лучшие воины Дулак-Султана. Опасаясь прибытия новых отрядов донских казаков, он приказал своим отступать... А затем, дав волю негодованию, развернул войско на север и совершил набег на касайских татар, в свое время отказавшихся воевать вместе с ним против русских...»
Нельзя не отдать должное воинской доблести защитников Ставропольской крепости, грамотным действиям их командиров, мужеству простых станичников. Не только сами казаки – их жены и дети ведь тоже не дрогнули, когда их пытались выкурить в буквальном смысле огнем и мечом. Но нельзя не отметить и того, что на войне называется Божьим чудом. Крепость, получившая название Ставрополь (Град Креста), уже с первых лет своей жизни находилась под крылом Ангела-Хранителя... Ведь, задержись усиление, состоящее из донских казаков, всего на сутки, отбить врага защитникам Ставропольской крепости было бы намного труднее... А прибудь подкрепление раньше, Дулак-Султан мог уже получить данные об этом от своих шпионов и иначе рассчитать план нападения на крепость.
Так что Ставрополь – это не просто красивое имя нашего города, оно ему как будто свыше дадено, причем не сразу, а словно путем выбора и долгих размышлений. А потом судьбу ему во многом определило.
Название Ставрополь– миссионерский жест императрицы
Интересно все-таки получается: крепости Азово-Моздокской линии (Екатериноградская, Георгиевск, Ставрополь) поочередно становились центром, объединяющим все, что так активно формировалось на новой российской территории. И все-таки укрепиться в роли столицы суждено именно Ставрополю...
Это тоже судьба, участие в которой принимали исторические личности, во многом определявшие и судьбу самой России. Сначала легендарный генерал Ермолов увидел, что именно Ставрополь (тогда еще совсем маленький, только начинавший развиваться город) – это стратегический центр большой территории Предкавказья. Посему Алексей Петрович Ермолов и сделал здесь центр Кавказской области. Правда, посетивший Ставрополь в 1837 году Николай I поставил это под сомнение. Видимо, кто-то ему «насоветовал», что центр надо перенести куда-нибудь на Кубань. А генерал-лейтенант Вельяминов, начальник Кавказской области, который был руководителем штаба у Ермолова, все-таки сумел убедить государя, что центр Кавказской области никуда переносить не нужно. И Ставрополь сохранил этот статус.
…Есть и еще одна интрига, касающаяся имени нашего города. Изначально проект Азово-Моздокской линии включал десять крепостей. Интересно, как рождались их названия. Сначала, утверждая проект, Екатерина II разрешила «именовать крепости как благоугодно будет», но неожиданно сама стала этим заниматься. Буквально через месяц в недрах дворца родились названия (в основном имена святых Александра, Павла, Марии или географические – Московская, Северная). Но особо императрица настаивала на том, что одна из крепостей должна называться на греческий манер – Ставрополь.
Надо заметить, что такое название уже было на карте России. Так именовался город на Волге (нынешний Тольятти). И тем не менее одна из крепостей Азово-Моздокской линии получила это имя. Для государыни это было важно... Причин тому несколько.
При Екатерине II существовал так называемый «греческий проект», мыслилось, что в ходе назревающих войн с Османской империей Византия будет отвоевана и войдет в состав России. А на территории Византии была в свое время Ставропольская митрополия. И существовала она очень долго. Так что название Ставрополь — это миссионерский жест императрицы. На южных рубежах России был воздвигнут Крест Господень.
То есть название Ставрополь — это идеологическое и политическое решение.
Интересно, что ровно месяц крепость Ставрополь носила название Московская, а Московская именовалась Ставрополем. Так было, пока не выяснилось, что работавшие над проектом Азово-Моздокской линии фортификаторы ошиблись, и одна крепость — Андреевская, которая должна быть расположена между Александровской и Северной, лишняя. Ошибку исправили, с тех пор нынешний Ставрополь и носит свое символическое и определяющее миссию и судьбу имя.
Фото Александра Плотникова, иллюстрация из книги Владимира Бутенко «Державы верные сыны»
