Для Натальи Никоновой помощь другим началась с поддержки собственного сына, ушедшего на СВО по частичной мобилизации. Сегодня вместе с группой неравнодушных ставропольцев «Свеча 26» она собирает необходимое для военнослужащих и госпиталей, помогает детям из Антрацита и становится связующим звеном между теми, кому нужна помощь, и теми, кто готов ее оказать.
Волонтерство для Натальи Никоновой никогда не было отдельным пунктом в списке дел. Оно просто стало частью жизни. Когда в 2022 году ее сын получил повестку в рамках частичной мобилизации, семья сначала помогала ему и его подразделению. Затем Александр получил ранение и вернулся домой, но связь с его сослуживцами не оборвалась. Напротив, круг людей, которым требовалась поддержка, постепенно расширялся.
Сегодня вокруг Натальи — около полусотни неравнодушных людей. Это не зарегистрированная организация и не большая официальная структура. В группе «Свеча 26» собираются те, кто готов помочь, когда появляется конкретная просьба.
«Мы просто группа неравнодушных граждан», — объясняет Наталья.
Именно в этом, по ее словам, есть особенность небольшого волонтерского сообщества. Когда появляется пусть небольшая, но срочная просьба, не всегда требуется объявлять масштабный сбор. Иногда достаточно нескольких звонков знакомым, другим волонтерам или предпринимателям — и необходимое удается найти.
Помощь землякам и не только
В самом начале СВО Наталья, как и многие семьи, не сразу понимала, что будет дальше. Ее муж в свое время проходил срочную службу, сам Александр незадолго до этого вернулся из армии. Семья узнала о частичной мобилизации, начались сборы. Одежда, обувь, бытовые вещи — все то, что казалось очевидным, но в первые дни требовало огромных усилий. Покупали сразу много, потому что отправить одному человеку одну пару носков было бессмысленно: необходимое требовалось и его товарищам.
Помогали магазины, знакомые, даже случайные. Люди подсказывали, где можно приобрести нужные вещи, если какого-то размера или позиции не было в наличии.
«Собирали всем миром», — вспоминает Наталья.
Наталья поддерживала контакты и с сослуживцами сына, а затем ее номер телефона начал передаваться другим военнослужащим и волонтерам. Так появились новые обращения. Одним требовались вещи первой необходимости, другим — технические средства или медицинское оборудование. Каждая просьба становилась отдельной задачей.
Через некоторое время среди обращавшихся оказались люди из разных регионов России. Ставропольская группа постепенно стала помогать не только землякам.
Самое страшное — не ранение
Один из самых тяжелых моментов в истории семьи Натальи связан с ранением сына. Перед одним из заданий Александр отправил родным фотографии и попросил их сохранить. Для матери это стало тревожным сигналом. Затем на несколько дней связь с ним пропала.
Когда сын наконец вышел на связь и сообщил, что ранен, первой реакцией Натальи стало не отчаяние, а необходимость действовать. Нужно было понять, где он находится, что с ним, как организовать дальнейшую помощь.
Позже, когда Александр оказался в госпитале, выяснилось, что он некоторое время не мог самостоятельно ходить, испытывал проблемы с движением рук. Мать практически сразу начала искать решения — от специальной коляски до возможности адаптировать домашнее пространство.
«Главное, что живой. Все остальное мы решим», — говорит Наталья.
Но самым тяжелым воспоминанием для нее стало даже не это. Гораздо страшнее оказалось осознание, что рядом с ним были люди, которые не вернулись.
С некоторыми семьями Наталья продолжает общаться. Когда звонит мать погибшего военнослужащего и говорит, что ее сына больше нет, подобрать слова утешения практически невозможно.
«Что я могу ей сказать? Здесь ведь чужих детей уже нет», — признается Наталья.
Именно эта мысль стала для нее одним из главных объяснений, почему волонтерская работа продолжается.
Когда внутри все замирает
За внешним спокойствием Натальи все это время скрывались сильные переживания. Она признается: особенно хорошо сейчас понимает, что чувствовала в первые дни, когда сын находился далеко. Это было ощущение физического холода. Иногда ночью она просыпалась от того, что буквально не могла остановить дрожь. Даже когда Саша уже вернулся домой и семья постепенно привыкала к новой реальности, тело словно продолжало помнить то напряжение.
Справляться с этим ей помогала вера. В самые тяжелые дни она много молилась, ходила в храм, ставила свечи. По ее словам, молитва становилась почти непрерывной: она могла заниматься обычными делами, ложиться спать, просыпаться ночью и понимать, что все это время мысленно продолжала молиться.
В тот период особенно остро Наталья почувствовала и поддержку семьи. «Вроде бы живем, все нормально. А вот в такой период я поняла, для чего мы все эти годы жили вместе — чтобы быть единым целым, когда происходят серьезные вещи», — говорит она.
Сегодня Наталья продолжает общаться с военнослужащими, которым помогает группа «Свеча 26». И каждый звонок или сообщение от них неизбежно возвращает те переживания. Но теперь рядом с тревогой есть и понимание: если она может чем-то помочь – значит нужно просто делать то, что возможно.
От одежды — к медицинской помощи
Постепенно изменились и направления работы «Свечи 26». Если вначале основными просьбами были одежда и вещи первой необходимости, то последние полтора года все чаще приходится заниматься медицинским направлением. Это могут быть комплектующие для машин эвакуации, необходимое оборудование, источники бесперебойного питания и другие вещи, которые нужны медикам.
Одной из историй, которую Наталья особенно запомнила, стала помощь с переносным хирургическим столом. В группу обратились через знакомых: медицинскому подразделению требовалось оборудование, которое можно было использовать в полевых условиях. Ставропольцы нашли нужный вариант, связались с другими волонтерами и организовали отправку. И оборудование действительно пригодилось.
Так одна просьба становится началом цепочки новых знакомств. Кто-то передает контакт другой группы, кто-то знает поставщика, кто-то может помочь деньгами, а кто-то — необходимой вещью.
«Мы часто являемся связующим звеном между группами», — рассказывает Наталья.
По ее словам, это одна из самых важных сторон волонтерства. Необязательно самостоятельно закрывать каждую потребность. Иногда гораздо важнее знать, кто именно способен помочь.
«Если есть возможность — помогайте»
Сейчас сборы идут гораздо сложнее, чем раньше. Иногда деньги удается собрать быстро, иногда процесс практически останавливается. Бывает, что участникам группы приходится временно покупать необходимое за собственные средства, а уже потом искать возможность восполнить потраченные деньги.
При этом Наталья рассказывает о людях, которые продолжают помогать даже небольшими суммами, ведь в общем деле важен каждый вклад.
Особенно ценным становится доверие. Бывают ситуации, когда поставщики готовы отправить оборудование, не дожидаясь полной оплаты, потому что понимают, для чего оно необходимо. Люди идут навстречу, предлагают рассрочку или просто верят, что волонтеры выполнят свои обязательства.
Наталья старается никогда не воспринимать помощь как что-то само собой разумеющееся. По ее словам, военнослужащие, когда обращаются с просьбами, нередко начинают сообщение с извинений. Они объясняют, что нужно не так много, что часть суммы уже собрана, и просят помочь закрыть оставшуюся. Для женщины, которая находится в постоянном контакте с такими людьми, это особенно трогательно.
Иногда маленькая вещь имеет большое значение
Отдельное направление работы «Свечи 26» — помощь детям из Антрацита. В течение примерно двух лет волонтеры поддерживали местный интернат. Сюда отправляли детскую одежду, обувь, канцтовары и другие необходимые вещи. Помощь была не только вещевой. Если становилось известно о конкретной потребности, старались найти именно то, что требовалось. Например, волонтеры передавали швейные машины, манекен, инструменты и материалы для творчества. Все это должно было помочь детям заниматься рукоделием и прикладным трудом.
«Мы спрашивали, что нужно, кроме одежды, и уже под это организовывали сбор», — рассказывает Наталья.
В такой работе особенно важно не отправлять вещи ради самого факта отправки, а понимать, кому и для чего они необходимы.
Одна из особенностей волонтерства заключается в том, что со стороны невозможно понять, насколько нужной окажется самая обычная вещь. Так, например, произошло с рациями. На первый взгляд, просьба о дополнительном оборудовании может показаться небольшой. Но для людей, находящихся в сложных условиях, связь имеет принципиальное значение.
Еще один пример — специальные медицинские лонгеты, которые можно адаптировать под руку или другую часть тела. Волонтеры нашли информацию о технологии, попробовали ее использовать, а затем получили подтверждение от военнослужащих, что эти изделия действительно пригодились. Именно такие сообщения становятся для волонтеров своеобразным ответом на вопрос, зачем они продолжают заниматься своей работой.
Благодарность — не в словах
Материальная благодарность для Натальи никогда не была главным мотивом. Гораздо сильнее запоминаются простые человеческие поступки. Например, когда военнослужащий, вернувшийся в отпуск, приходит в гости с букетом цветов. Или когда вместе с обычными вещами передают небольшой предмет для будущего музея: кружку, шеврон, какую-то памятную вещицу.
Наталья собирает подобные предметы не ради коллекционирования. Ей важно сохранить память о людях и времени, в котором они живут.
А еще военнослужащие любят получать письма из дома. Детские рисунки, стихи и несколько простых строк, конечно, ждут с большим теплом. Письмо взрослого человека воспринимается по-другому — в нем больше личных переживаний, жизненного опыта, воспоминаний, и их очень ценят бойцы.
Наталья рассказывает, что такие письма приходят не так часто, но именно поэтому особенно запоминаются. Отдельно ценны послания от представителей старшего поколения, чьи родители сами прошли через Великую Отечественную войну. В таких письмах чувствуется связь поколений и понимание того, что переживают люди, находящиеся далеко от дома.
Сама Наталья просила сына сохранять подобные свидетельства для будущего музея.
Оказывается, помогать другим Наталья начала задолго до появления группы «Свеча 26». Еще ребенком она оказалась свидетелем последствий землетрясения в Армении. Тогда собирали теплую одежду, продукты, другие необходимые вещи. Девочка принесла из дома свое платье, которое позже мама назвала самой дорогой шерстяной вещью в ее гардеробе. Но родители не стали ее останавливать.
«Если я сочла нужным – значит так и должно быть», — вспоминает Наталья.
Позже были детские попытки помогать окружающим во дворе — во многом под влиянием книг о Тимуре и его команде. Поэтому сегодняшнее волонтерство для нее не стало внезапным решением.
«Нет такого, что я должна. Это естественно», — говорит она.
Поддержка нужна не только на передовой
Еще одна тема, которая постепенно становится важной для волонтеров: помощь военнослужащим после возвращения домой. Наталья считает, что возможностей для поддержки сегодня достаточно: медицинская помощь, реабилитация, протезирование, психологическая поддержка, содействие в трудоустройстве.
Проблема, по ее словам, часто заключается в другом — человек не всегда готов сам обратиться за помощью. После пережитого жизнь действительно может разделиться на до и после. И далеко не каждый мужчина способен признаться, что ему тяжело, что ему нужна психологическая помощь или содействие в решении бытовых вопросов.
«У нас мужчины часто думают: я сам справлюсь», — говорит Наталья.
Поэтому, считает она, важно не только рассказывать о существующих возможностях, но и помогать человеку сделать первый шаг.
Когда Наталью спрашивают, что бы она хотела сказать тем, кто сейчас находится далеко от дома, ответ оказывается очень простым: «Держаться. Не унывать. Знать, что здесь их ждут. А мы будем пытаться сделать все, что можем».
Для самой Натальи главным внутренним ориентиром остаются слова сына: «Мам, ты же говоришь, чужих детей не бывает».
Когда Александр был на СВО, эта фраза помогала ей объяснять самой себе, почему помощь одному человеку неизбежно превращается в помощь десяткам других. А после его возвращения смысл не изменился. Просто теперь сын рядом, а люди, с которыми он служил, по-прежнему нуждаются в поддержке.
Волонтерство вообще редко начинается с больших планов. Чаще – с одного звонка, одной просьбы, одной посылки. Потом появляется еще один человек, которому нужна помощь, затем второй. Кто-то дает номер знакомого, передает необходимую вещь, кто-то жертвует небольшую сумму. Так постепенно вокруг одной семьи возникает целое сообщество. И возможно, главная сила таких объединений именно в этом — в способности обычных людей не пройти мимо чужой беды. Даже если возможности ограничены, даже если сбор идет трудно, даже если помощь кажется совсем небольшой.
Потому что за каждой такой просьбой стоит конкретный человек. И для кого-то именно эта небольшая помощь в нужный момент может оказаться очень большой.
Фото из архива Натальи Никоновой
