Я и Природа – мы едины,
Ясней и четче все осознаю,
и, прикоснувшись пальцами к травинке,
вдруг в ней себя я узнаю.
В полете птиц, в круженье мотыльков
и в трудолюбии простого муравья
по-новому вдруг вижу мир,
в котором частички мирозданья – это Я.
С. Хисамутдинова
Все чаще можно услышать или прочитать в средствах массовой информации утверждение, что каждый из нас является частичкой Природы. А коли так, то и через нас должны быть пропущены некие принадлежащие всей Природе правила или законы.
И на самом деле, как много у нас общего с тем же животным миром: способы питания, дыхания, а главное – незыблемые законы жизни: рождение и смерть. Животные (впрочем, как и мы, люди) в своем большинстве заботливые родители и тонкие педагоги по воспитанию (на собственном примере) подрастающего поколения.
Великий греческий философ Фалес, входящий в семерку лучших мудрецов Древнего мира, писал: «Я благодарен судьбе за три основных момента, которые я получил от жизни: первое – что я человек, а не животное, второе – что я мужчина, а не женщина, и третье, что я эллин, а не варвар». И продолжил: «Самое трудное – познать себя, сильнее всего – неизбежность, мудрее всего – время». Давайте углубимся в рассуждения этого просветленного человека. При этом примем во внимание, что он жил до нашей эры, то есть до появления всех известных и неизвестных религий, и его сознание и ум не были подвержены их влиянию. Главное – он признает (благодаря за это судьбу), что мог быть рожденным и животным. Не будем рассуждать, почему ему так не хотелось быть иным персонажем, а быть может, он уже догадывался или предполагал, что когда-либо был им.
Он, этот великий мудрец, понимал, что жизнь – это единая энергия (энергия сотворения), которая по тем или иным причинам могла быть воплощена в различные формы жизни. И это понимание (две тысячи лет назад, в эпоху, казалось бы, примитивного сознания) являет собой ту самую необыкновенную интуицию, носителем которой и был философ Фалес. Он признавал, что Мать-Природа какими-то общими законами, спрятанными от наших глаз и ума, управляет и двигает наши жизни, и в зависимости от наработки тех или иных качеств сознания следуют соответствующие воплощения. Слышу возмущенные голоса скептиков.
Давайте исследовать вместе. Как-то показывали английский фильм о жизни собак. Вернее, о том, как определяют годность к несению сторожевой службы новорожденных щенков, которые только открыли глаза. Им подносят кость, и тех, которые, обижая других, завладевают ею, отбирают для дальнейшей дрессуры в охранных службах. Остальных просто выбраковывают и отдают любителям потенциально добрых собачек. Причем метода абсолютна – проверена десятилетиями и никогда, по утверждению авторов фильма, не давала сбоев. Получается: в каждого щенка вложены некие особые качества, не знаю, как их назвать: характер, поведение или еще каким-либо иным словом (быть может, сознанием), – то, что их рознит. Так откуда все это?
Нам всегда приводили иные примеры с опытами И. Павлова, открывшего наличие условных рефлексов у животных, в частности у собак: зажигалась лампочка, и если в это время подавалась еда, то выделялся желудочный сок. А затем сок выделялся и без еды, просто реагируя на включаемый свет. Но почему одни – злые и кусачие, постоянно скалящие свои клыки, а другие – добрые, трущиеся о ногу хозяина и виляющие хвостиком. Значит, эта агрессивность или ее противоположность – доброжелательность – заложена в сущности (сознании) животных еще до рождения. Получается так, ибо иначе все эти несоответствия некоему общему стандарту не объяснить.
Я помню в 1974 году мы, группа советских спортсменов-акробатов, в течение месяца работали в американском цирке (а это здание Дворца спорта на 18 тысяч зрителей, и представление там дается на пяти манежах одновременно – этакий прообраз современного Цирка дю Солей), зарабатывая валюту для союзного спорт-комитета. Естественно, уже через несколько дней перезнакомились со всеми артистами и стали, что называется, свои среди своих. И вместе с нами в программе были дрессированные львы. Так вот, дрессировщик Антонио, итальянец, всегда сам кормил своих подопечных перед представлением, наверное, чтобы несколько ублажить их. И его коронным номером был трюк, когда он открывал пасть льву и закладывал туда свою голову, что вызывало восхищение зрителей и всегда проходило на бис. Но самое интересное, это он делал всегда с одним и тем же животным. Потом, когда мы обвыклись, то подшучивали над ним: мол, Антонио, а в пасть других львов голову засунуть слабо? И он, смеясь, отвечал: «Остальным нельзя, могут оставить без головы». Значит, даже и львы – гроза всего животного мира – тоже имеют некие пределы агрессивности и кровожадности. Откуда бы этакая доброжелательность вдруг взялась у них?
Нам трудно, даже невозможно представить себе – то, что мы видим вокруг, содержит единую животворящую энергию: растения, животные, ты и я – все живое. Что Солнце и Я – это единая энергия, просто в каждого из нас вложены иные жизненные программы. Вот только по этой-то причине (единства мира) есть категория людей, которые не употребляют в пищу мясо животных, ибо это убийство самих себя. Поверить невозможно, принять тем более.
Прислушаемся к голосу Владимира Вернадского, великого русского ученого: «Вся история науки на каждом шагу показывает, что отдельные личности были более правы в своих утверждениях, чем целые корпорации ученых или сотни, или тысячи исследователей, придерживающихся господствующих взглядов… Истина нередко в большем объеме открыта этим научным еретикам, чем ортодоксальным представителям научной мысли».
Но еще более непонятными для нас должны быть вопросы: а зачем все это сотворено? Неужели, кроме того, чтобы есть, пить, веселиться, родить ребенка, построить дом и посадить дерево, ничего не было запланировано? Ведь во всем этом должна быть заложена некая целесообразность, некие целевые установки, некое осмысленное движение: куда и зачем?
Давайте прислушаемся к еще одному голосу титана науки – Петру Капице: «…За миллионы лет нашего существования на Земле оно привело нас к более глубокому познанию спроектированного нами мира, и этот процесс, несомненно, будет продолжаться в том же направлении». Но пока неясно, как ответить на главный вопрос: почему или зачем все это происходит? Окружающий нас мир также таит в себе еще одну главную загадку: для чего нужна такая структура мира? И пока это заставляет нас думать, что умственная деятельность людей представляет самостоятельную ценность, для которой существующий материальный мир является только той базой, на которой она может развиваться. И чтобы расставить точки над i, обратим свой взор к Лао Цзы – он-то точно должен помочь нам.
«Делая взгляд свой пустым и открытым (то есть медитируя), я проникаю к не-здешним пределам.
В сердце, храня бессловесный покой, я открываю нездешние виды.
Вот пути тьмы вещей: то сплетаются, то расплетаются – я, созерцая, могу видеть их возвращение.
Все бесчисленные существа, рожденные в мире, все они возвращаются назад, к своему началу.
Возвращение к началу именуется обретением покоя и безмолвия.
Это и называется «исполнить свою судьбу».
Исполнить свою судьбу, значит, познать неизменное.
Познать неизменное, значит, стать сиянием, светом.
Не думая о неизменном, ты слепо идешь к собственному концу.
Познав неизменное, вместилище всего, поймешь, что оно и есть всеобщая казна, что эта казна и есть верховный правитель, что правитель и есть Небо, что Небо и есть Дао (путь Истины), что Дао и есть сама Вечность.
Только «я» умирает, остальное живет».
Фото Валерия ХУСНУТДИНОВА
