Алексей Кравченко: «Терпеть не могу, когда строят из себя героев»

 

Алексей Кравченко: «Терпеть не могу, когда строят из себя героев»
Известный актер рассказал нашим журналистам, какой ценой достается ему успех

 

Он как нельзя лучше подходит на роль героя – и в кино, и в жизни. Мужественный, умный, красивый, талантливый… Однако сам Алексей Кравченко говорит: «Есть стереотип, от которого я стараюсь уйти». Даже если Алексей дает согласие сыграть «супермена», он старается сделать своего героя неоднозначным. Как в фильме «Братаны», где Кравченко играет Макара Крылова – лидера четверки друзей-десантников, которые воюют с организованными преступниками.

- Алексей, вы, наверное, устали от киношных драк и перестрелок?
- Вы попали в точку. Когда мне предлагают подобную работу – обычно в ней ничего нового нет. За редким исключением – например, мне было очень приятно работать с Сашей Моховым, режиссером первых «Братанов»: он хорошо объяснял, почему мой герой поступает именно так, а не иначе. И для меня всегда очень интересно, когда придуман какой-то необычный ход. Когда я предлагаю что-то режиссеру, а он в ответ: «Здорово! А давай пойдем от обратного». Например, в первой части «Братанов» есть эпизод: я за едой рассказываю друзьям, как девушек, попавших к сутенерам – чтобы сломать их волю, – насилуют, избивают… И я как можно легче должен говорить этот текст – и продолжать при этом есть, потому что мой герой насмотрелся в жизни всякого, и, рассказывая о преступлениях, он остается внешне спокоен, а друзья от его рассказа приходят в ужас… Мы привыкли в кино к стереотипам: грустно говорить о грустном, радостно – о радостном. Но есть другая логика, которая не лежит на поверхности – и она глубже проникает, работает на уровне подсознания…

Муки перевоплощения

- Евгений Миронов, работая над ролью Достоевского, так погрузился в образ, что даже вне съемочной площадки говорил голосом своего героя. Случалось ли с вами подобное?
- У меня было два фильма, где такое погружение и перевоплощение мне пришлось испытать. Это, конечно, фильм «Иди и смотри». И фильм «Муха» – где… нет, не я жил своим героем, а герой жил во мне. А еще в МХТ имени Чехова есть спектакль «Человек-подушка», где я играю человека, страдающего слабоумием, чье умственное развитие остановилось на пяти-восьми годах. Я ездил в специальную больницу, где из пятнадцати человек был выбран один 15-летний парень с развитием семи лет. И я с ним проводил время – разговаривал с ним, наблюдал за ним. И потом это все сыграл. Когда врачи из этой клиники пришли к нам на спектакль и посмотрели мою работу, то сказали: «О, это наш клиент!».
- Высокая оценка!
- Да, только для меня эта работа особенно тяжелая: нельзя прийти в театр и, пребывая в обыденных разговорах, попивая кофеек, загримироваться – а потом выйти на сцену и сыграть. С утра уже встаешь «человеком-подушкой» - с определенной походкой и так далее…
- Вы упомянули фильм «Муха». В картине есть замечательный момент, когда главный герой исполняет брейк-данс. Насколько мне известно, вас в юности называли королем танцплощадки… Вам это помогло?
- Я помню пробы. Я приехал один раз, потом второй, через несколько дней… Режиссер Володя Котт все это время ставил передо мной разные задачи. Думаю: «Несколько раз пробуют – значит, есть сомнения насчет меня». И вдруг на третий раз Володя говорит: «Возьми с собой спортивную форму – танцевать будем». Предупредил, что надо показать брейк-данс – а я танцевал его в юности, да и то по-любительски… Включили музыку. Вдруг вижу, что Володя – при своих немаленьких габаритах – идеально танцует! Потом он рассказал, что у них с братом был дуэт – они выступали в клубах… Мы танцевали весь день. Меня утвердили на роль. Когда наступил момент съемок танцев, я выжал из себя все! А на следующий день приехал на съемочную площадку – и чувствую: не могу выйти из машины! Все болит так, что даже не могу пошевелиться!..
Алексей Кравченко: «Терпеть не могу, когда строят из себя героев»
- Я знаю, что вы после фильма «Иди и смотри» хотели расстаться с профессией актера...
- Да, было такое. Потому что у меня есть клин на музыку. Я играл в группе, сейчас занимаюсь своим музыкальным проектом. Это не хобби, это часть меня, причем большая часть. Творческий человек ведь может чем угодно заниматься – выжигать, лепить, чеканить. Я люблю музыку. Когда мне Элем Германович Климов (режиссер фильма «Иди и смотри». - Прим. авт.) сказал: «Не хочу, чтобы ты пошел в театральный» - я подумал: Да я и не собирался!» Во время съемок я был в ежовых рукавицах: сладкое есть нельзя, кататься на велосипеде нельзя!..
- Почему нельзя?!
- Потому что ни на что времени нет: с утра съемка, а вечером падаешь без сил… И так девять месяцев! Когда съемки закончились, мне – как тому псу, которого отпускают с цепи побегать, – хотелось бегать, наслаждаться свободой!.. Потом наступил момент 18-летия. Я точно знал, что буду служить в армии – вопрос, идти в армию или нет, тогда не обсуждался. Я попал на флот, во Владивосток, и служил три года, а не два… Помню момент: я узнал, что завтра вечером мы уезжаем на «гражданку». Стою и думаю: «Я приезжаю – а что дальше?». За три года службы я не раз вспоминал работу на «Иди и смотри» в тяжелые моменты, когда были неуставные отношения или еще что-то, это была хорошая «подушка безопасности» для психики... Когда я, вернувшись, пришел к Климову, то с некой опаской сказал ему о своих планах. И вдруг он говорит: «Да, поступай. Вот сейчас – да!». Думаю, он хотел, чтобы у меня самого созрело желание стать актером. Чтобы не получилось так: снялся мальчик в кино, стал известен на весь мир, стали его тянуть в кино, и потом такое чудовище из мальчика выросло!.. Я помню, у меня намечались первые пробы после «Иди и смотри», сказал об этом Климову как-то небрежно. А он: «Ты поезжай сейчас домой и готовься к пробам. Ты думаешь, снялся в кино и все уже можешь?». В общем, по-отцовски меня отругал. Я понял, что надо что-то менять в себе: я приобрел опыт в одном амплуа, но это не значит, что освоил все остальные. Может быть, поэтому у меня никогда звездности не было. Жизнь давала иногда понять, что можно и дерьмо черпать совком – реально! – и понимать, что и это ты должен пройти. Я это проходил, не боюсь об этом рассказывать. Очень не люблю, когда у кого-то слетает планка. Терпеть не могу, когда строят из себя героев… 
- Вы останавливаете таких людей?
- Иногда да. Иногда просто для себя галочки ставлю. Люди потом удивляются: что случилось? Начинают что-то анализировать… Но некоторые так мутируют… Понимаете, профессия актера такова, что невозможно всегда идти ровно – столько подводных и надводных камней, о которые ты можешь разбиться! Поэтому «звездить» – последнее дело. Вот у меня, к счастью, есть музыка, которая меня лечит от всего негативного, что связано с театром и кино…

Мама

- Вы в детстве были воспитанным мальчиком или хулиганистым?
- Я был самостоятельным. Меня мама так воспитывала. Сам себе завтрак готовил. Мама мне оставляла записки: купить в магазине то-то, разогреть к обеду то-то, дорожку подмести и прочее, – и я все это выполнял. А то, что хулиганистый – тоже верно. Периодически попадал туда, куда не надо, когда не думал о том, что делаю…
- А откуда у вас увлечение музыкой? Тоже от мамы?
- Она меня сильно поддержала. Мама работала радиомонтажником на заводе, получала какие-то копейки, но когда я был в четвертом классе, она подарила мне электрогитару! Мы поехали в комиссионный магазин, где нас уже ждали. Мама отдала бешеные деньги за «Мюзиму» - на тот период это была гитара экстра-класса – и вручила ее мне! Я с большим трепетом относился к инструменту, старался не поцарапать… Это сейчас – пошел и купил, какую захотел. А тогда мы выпиливали гитары из фанеры… Конечно, те деньги, которые я заработал на «Иди и смотри», я отдал маме, и они были хорошим подспорьем для нее. У меня была ставка взрослого актера – несмотря на мои 14 лет, – и получилась хорошая сумма… Потом, окончив восемь классов, выучился на фрезеровщика – и пошел… портить детали! Но тем не менее что-то зарабатывал…

Алексей Кравченко: «Терпеть не могу, когда строят из себя героев»
Семья

- Сейчас, когда вы можете купить своим детям все необходимое и даже больше, как ведете себя, чтобы не избаловать их достатком?
- Вы правильно говорите: купить необходимое. Иначе – если ребенок будет знать, что папа купит ему все, что он попросит – наступит печальный момент. Как в песне поется: «Им не о чем больше мечтать». До определенного возраста, считаю, детям надо покупать все, что они просят – если есть такая возможность. Моему младшему сыну Матвею пять лет. Души в нем не чаю! Большая машина, маленькая – их у него столько, что хоть мешками вывози – но все равно я приношу ему новую, никогда не приеду просто с шоколадкой… Ну, а необходимое – продукты, одежда – самое лучшее, это даже не обсуждается… Как и старшему, Алексею. Но к старшему в том, что сверх необходимого, я уже не так щедр. Хотя, надо отдать ему должное, он уже сам зарабатывает. Лет в 12 увлекся кулинарией, и после девятого класса пошел учиться в кулинарное училище. Сейчас продолжает учебу и одновременно работает в ресторане – уже на правах повара. Устает дико, но работу не бросает…
- То есть даже если дети не живут с отцом, можно жизнь организовать так, чтобы они как можно меньше страдали от 
этого?
- Так нужно! Просто есть ситуации, когда отношений нет или пока нет. Когда Матвею было года три, он меня стеснялся. Я тогда сильно переживал, но знающие люди успокаивали: станет старше – и стеснение пройдет. И точно: сейчас он часто сам звонит мне по телефону: «Папа, как дела?». Со старшим еще проще – у меня с ним изначально была какая-то космическая связь: я чувствовал, когда ему плохо. Однажды, когда я был на другом конце мира, Алеша, тогда еще маленький, сильно заболел, его положили в больницу. Я почувствовал, что с ним что-то неладное, за тысячи километров! Для меня мои дети – главное в жизни! Это и сыновья, и Ксюшка – дочь Нади. Мои дети никогда не останутся голодными, раздетыми, потерянными, обделенными вниманием. Это необходимо для меня даже больше, чем для них...
Тамара Мотаева
Фото Вадима Тараканова, компании «Мостелефильм»

 

 

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов