В ожидании закона?

Тамара Коркина
Как у соседей?

В Чеченской Республике с игорным бизнесом разобрались за считанные дни еще в ноябре прошлого года. Правило здесь одно: нельзя. Как рассказали в пресс-службе председателя правительства ЧР, Рамзан Кадыров просто встретился с бизнесменами и объяснил, чем их бизнес нехорош. Предприниматели тогда попросили только дать им две недели срока, чтобы свернуть игры. В Дагестане законопроект о порядке размещения объектов игорного бизнеса принят Народным Собранием республики еще в декабре прошлого года. С 1 апреля игорные заведения, за исключением пары казино в Махачкале, должны были быть вынесены за пределы жилой зоны. И в Махачкале, и в Хасавюрте новым правилам сопротивляются, пытаясь спрятать игровые автоматы под другими вывесками или прикрыть окна шторками. Отведенное для игр место в столице Дагестана – бывшая автобаза – предпринимателей пока не устраивает. Тем не менее уже в начале апреля часть заведений в Махачкале опечатали. Кодекс административных правонарушений разрешает закрыть заведение на 90 дней, до оформления всех бумаг или конфисковать подозрительный игровой автомат. В апреле в Кабардино-Балкарии в первом чтении будет рассмотрен региональный законопроект, касающийся игорного бизнеса. Президент КБР Арсен Каноков также в апреле пообещал с нового года закрыть все игровые залы в черте Нальчика. В Карачаево-Черкесии законопроект «О размещении объектов игорного бизнеса» в первом чтении рассмотрен еще в марте. Закон КЧР обяжет владельцев игровых автоматов иметь площадь зала не менее 200 квадратных метров, для казино – не меньше 400 квадратных метров, и установит «табу» на размещение игр в жилых домах, в общественных местах, на остановках. У нас на Ставрополье на игры, в отличие от соседних республик, стали наступать «снизу». Здесь с законодательной инициативой выступили сразу два города, Ставрополь и Буденновск. В проекте, представленном в Госдуму края (ГДСК) Ставрополем, наши нормотворцы, в частности, требуют глобализации – объекты игорного бизнеса могут быть в нежилых помещениях площадью не меньше 80 квадратных метров, для казино не менее 400 квадратных метров. К проектным требованиям относятся и запреты, например, на игру в кредит и под залог, запрещено, играя, курить и пить.

Должны быть сертификаты, акты о проведении метрологического контроля, наличие контрольных клемм на носителях информации. Ведь вместо программы в сторону выигрыша можно установить другую, «на поражение». Тем не менее на недавнем совещании Государственной думы Ставропольского края (ГДСК), где создана специальная рабочая комиссия, решено отложить рассмотрение игорного законопроекта, запланированное ранее на 27 апреля. Аргумент такой: недавно появился требующий изучения федеральный законопроект на эту же тему.

Мечтаем

об играх

«на вынос»

В Ставропольском крае, отложившем рассмотрение законопроекта, игры превратились в стихийное бедствие. Игорные заведения в краевом центре растут как грибы после денежного дождя, разве что пока не проросли в детских песочницах. Они вытеснили массу бывших кафе, парикмахерских, аптек. Прямо под открытым небом встречаются даже так называемые «столбики», где просиживают (простаивают) и бабушки с авоськами. В отличие от настоящего Лас-Вегаса, куда накопленные деньги везут проигрывать в свое удовольствие, наши люди забирают из дома последнее и идут исключительно выигрывать, оставляя в итоге последние сбережения на милость непонятно как запрограммированной цифровой техники. О том, что прихожане именно в последние два года жалуются на одержимость своих родственников, ставших зомби, говорил и настоятель Преображенского храма в Ставрополе о. Владимир (Сафонов). По мнению священника, любые легкие способы заработать деньги ведут к гибели. Но вопрос в том: кому легкие деньги достаются, а кто от этого погибает? Гибнут постоянные клиенты игорных заведений, а легкие деньги, конечно же, получают владельцы объектов игорного бизнеса. По подсчетом рабочей комиссии городской Думы Ставрополя, которая с декабря прошлого года пытается справиться с эпидемией «удачи», каждый автомат дает до $1000 прибыли в месяц. При этом, как рассказывает руководитель комиссии депутат Константин Нартов, по их оценкам, примерно 60 процентов заведений работают нелегально и, значит, получают сверхприбыли. Когда проводили рейды, ужаснулись: в игровых заведениях большей частью играют не в удовольствие, спуская лишние деньги, там болезненно проигрываются пенсии и даже потребительские кредиты! Но пока ни один игровой клуб в Ставрополе не закрыт. Функционируют и призывно мигают светящейся рекламой даже самые проблемные, которые, скажем, зарегистрированы где-нибудь в Подмосковье, и якобы где-то там и платят налоги. Лицензия, выданная уже несуществующим ведомством — Госкомспортом, аж до 2009 года и всего за 1,3 тысячи рублей, — их главная козырная карта. По одной лицензии работает целая сеть заведений или аппараты одного предприятия работают по лицензии другого. Клубы преимущественно не местные, поэтому из края, где полку жертв азарта прогрессивно прибывает, происходит отток капитала. Кроме готового законопроекта, переданного в ГДСК, у городских властей есть мечта – вынести «Лас-Вегас» за пределы Ставрополя. Существует даже примерное название – «Стрижамент-парк», где контролировать правила игры и собирать налоги будет проще, а новых лудоманов, особенно социально незащищенных, будет гораздо меньше. Но все это в проектах более или менее реальных. А пока 10 из 100 «счастливчиков» становятся больными людьми. Стоимость лечения же этой болезни в одной из частных ставропольских клиник превышает 100 тысяч рублей. Но это еще не вся беда.

У бизнеса есть «Опора»

По словам заместителя начальника криминальной милиции ГУВД края Александра Сидоренко, это очень опасный бизнес, хотя бы потому, что круглосуточный. Владельцы заведений не заботятся о безопасности своих служащих, и бывало так, что оператора убивали и за две тысячи рублей. За 2005 и 2006 годы в залах игровых автоматов нашего края произошло 10 убийств, включая двойные и с особой жестокостью, не считая нескольких десятков разбойных нападений и грабежей. Причем статистика резко «почернела» за последние два года, а это означает лишь то, что количество игорных заведений стихийно растет. На межведомственном координационном совещании летом прошлого года представители ГУВД края передали в прокуратуру пакет соответствующих документов, которые могли бы частично снять проблему. Но в надзорном ведомстве тогда сослались на указ президента о невмешательстве в малый бизнес. К слову, общественная организация малого бизнеса, а именно Ставропольское региональное отделение общероссийской общественной организации «Опора России», с начала этого года очень активно стала на сторону владельцев игорных заведений. В январе защитники бизнеса обратились к председателю ГДСК Юрию Гонтарю, с тем чтобы исполнительного директора региональной «Опоры» и руководительницу Ассоциации игорного бизнеса «Игры по правилам» включили в состав рабочей группы Думы по выработке законопроекта. Но о каком малом бизнесе идет речь, если, как правило, истинный владелец с лицензией имеет целую сеть заведений? Это уже не малый бизнес. В ставропольских газетах появились даже платные PR-статьи, в которых говорится о раздутом вокруг игорного бизнеса ажиотаже, а в беспорядках обвиняются правоохранители. Хотя у них, как уже говорилось выше, руки связаны отсутствием закона по игорному бизнесу, который, как уже писала «Вечерка», скорее всего будет принят уже летом этого года.

Настоящий ажиотаж вокруг попыток справиться с анархией наблюдается в Ставрополе. В платных статьях защитники игр приводят аргумент, что игорный бизнес приносит больше налогов, чем другие сферы: «В минувшем году игорный бизнес принес в краевую казну около четверти всех налогов, а точнее, 198 миллионов 130 тысяч рублей с предприятий, хозяйствующих по упрощенной схеме… Значимость этих денег в дефицитном бюджете края трудно переоценить». Но эту фразу сложно понять однозначно. Неужели четверть казны? За разъяснениями мы обратились в краевой минфин. Как сказал заместитель министра финансов края Юрий Суслов, бюджет края в прошлом году составлял больше 18 миллиардов рублей, и приведенная выше цифра никак не может равняться его четвертой части. Что касается «упрощенки», то действительно налоги с таких предприятий были около миллиарда рублей, четвертью которых может быть названная сумма сборов от игр. К слову, юрлица, владеющие играми, не имеют права на упрощенную систему налогообложения. Сегодня точно не известен даже процент игорных объектов, действующих «в тени». Во всяком случае, ни одна букмекерская контора, а их, судя по вывескам, в городе много, не стоит на налоговом учете. Не ставится на налоговый учет и арендованное имущество, а игровые автоматы, как правило, находятся в аренде. Возможно, в обозримом будущем еще не принятый ФЗ нещадно обременит игорный бизнес налогами и потребует десятки миллионов рублей за лицензию, но пока игорные заведения там, где их не ограничили местными запретами, процветают, получая сверхприбыли. По некоторым оценкам, игры без правил, читай, без закона, просто Клондайк для российских владельцев этих заведений. Сами не играя, они выигрывают у государства каждый месяц до миллиарда рублей.

Ольга Токмакова,

соб. корр. «Российской

газеты» специально для «Вечернего Ставрополя».

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов