Верните спасителя,или некрасивые приключения мальтийцев в России

Ольга Метёлкина
Эти приключения, по сути, начались давно, больше двадцати лет назад. В 1980 году проживала в городке Светлограде гражданка Иветта Тумасян. Жила она в гражданском браке с Рудольфом Акопяном, и от него же родила двоих сыновей, Эдгара и Эмонда. Такие вот красивые имена в этой совсем некрасивой истории. В июле 81-го родители и братья Иветты, видя ее плачевное житье-бытье с детьми, купили в складчину для нее дом и оформили его на Иветту. В сентябре того же года она зарегистрировала-таки брак с Рудольфом: детям нужен был законный отец. И началась семейная жизнь, в которой Иветта порой была главным добытчиком и кормильцем. Особенно в тяжелые перестроечные годы, когда все рушилось, деньги обесценивались, никто не знал утром, что будет вечером. В 91-м она открыла первый в крае собственный магазин «Изаура». Об этом много писали тогда газеты, но мало кто знал, как и какими трудами она наполняла его товаром: «Я сама делала свадебные цветы. Иногда казалось, что руки сгорят от работы, от горячих пресс-форм, а голова лопнет от мыслей. У меня дети, с Рудольфом мы не уживались никак, расходились-сходились… Ну, да сами знаете, что за времена тогда были. Я уставала так, что уже еле ноги таскала…».

В середине девяностых обнаружилась у нее подруга в Москве, хозяйка турфирмы. Она посоветовала Иветте уехать за границу и прислала список стран «на выбор». Иветта выбрала островное государство Мальта и очень быстро уехала туда вместе с детьми. С супругом рассталась окончательно через два года после отъезда. Здесь, на родине, она оставила дом, в котором бывший муж и проживает до сегодняшнего дня.

Несколько раз она возвращалась, проведывала родных и друзей, «инспектировала» оставшееся имущество, приходящее, кстати, в некий упадок. В числе «проведываемых» вещей и ценностей была и икона, когда-то, почти четверть века назад, подаренная ей семейством Ларских, с которыми Иветта была очень дружна. Она и сейчас со слезами вспоминает их бабушку Настю Ярёму, приютившую ее в молодости, научившую верить в Бога да и в людей тоже. Икона, изображающая последние страдания Иисуса на кресте, всегда висела на стене в комнате, особого внимания не привлекала, и Иветта представить не могла, что когда-нибудь привлечет.

Жила она на Мальте почти десять лет, прошла там огонь и воду да и медные трубы успеха тоже. Это сейчас у нее в друзьях голливудские звезды, а первые годы только и заботы было – накормить детей.

Наконец настало время, и Иветта теперь может стать гражданкой Мальты. Эмигрантский марафон закончился, и нужно было решать вопросы с имуществом на родине, в Светлограде. Вернулась она в этом году, в октябре.

«Мы с Эдгаром пришли в дом. Я впервые посмотрела на него пристальнее и ужаснулась. Он практически полностью перестроен. В зале бывший муж устроил мастерскую, шил чехлы для автомобилей и обшивал салоны машин. Мы приехали с моим братом, его женой, позвали соседа, решили стол накрыть и приступить к переговорам. И Рудольф вдруг отказывается возвращать домовую книгу! Мы стали ссориться, я расплакалась, раскричалась… Все это время мы находились на втором этаже, и я видела, что моя любимая икона по-прежнему висит на стене. Сосед во время нашей ссоры вышел во двор. Я успокоилась, пошла за ним, и вдруг увидела, что Рудольф упаковывает какие-то вещи в коробки. Сын пошел посмотреть, что там собираются уносить, а я вдруг вспомнила про икону. Кинулась наверх, но поздно: её не было! Я чуть не умерла! Ведь это моё, эта прекрасная вещь моя! Я тогда и не думала, КАКИХ денег она стоит! Мне было просто жалко ее, и не до денег вовсе… Стала просить своего бывшего, чтобы он вернул Иисуса. Куда там! Он заявил, что пусть докажет, что икона принадлежит мне. И вообще, он собирается ее продать через Интернет, ему помогают сильные мира сего. Еще он добавил, что он тут «обшил» все чиновничьи машины, всех купил».

С этих пор начинается отвратительная история похищения Иисуса, написанного, по предположению Иветты, в шестнадцатом или семнадцатом веке. Во всяком случае, так говорила ей дарительница, бабушка Настя.

В тот же час, как пропала икона, по вызову Эдгара, в дом на улице Юбилейной приезжает наряд милиции.

Начинаются первые допросы и опросы. Возможно, здесь Иветта субъективна, но она утверждает, что с ней разговаривали совершенно по-хамски, как будто это она украла икону. Рудольф уверяет, что икона была подарена ему, но имя дарительницы не помнит. Или не знает? Семейство Ларских, Ольга Ивановна и Владимир Григорьевич, помнят и сам факт дарения, и полностью поддерживают Иветту, а сама бабуля, к сожалению, скончалась. Звали ее Анастасия Семеновна Ярёма, она очень любила Иветту, это тоже подтверждают свидетели. Но милиция почему-то слышит одного Рудольфа. Который кстати и некстати упоминает имя своего высокого покровителя в погонах. И милиция дает совершенно изумительное заключение! А именно – отказ в возбуждении уголовного дела. Форма отписки потрясает: да, он взял икону на сохранение. Не украл, тайно вывез или вынес, несмотря на протесты и просьбы, и припрятал, а именно «взял». И вопрос будет решен только тогда, когда Иветта Акопян докажет, что икона принадлежит ей. Пояснения дарителей милицию не устроили! Вопрос: а может, там, в милиции, все-таки есть заинтересованные в этой иконе персоналии? Не называю их только потому, что Иветту предупредили, что «он (или они) обидится». Но во всех заявлениях в розыск, в управление собственной безопасности (УСБ), начальнику краевой милиции общественной безопасности (МОБ), в прокуратуру, в ФСБ Иветта называет предполагаемого обидчика в высоких чинах.

А потом поползли слухи: икону тайно вывозили на сутки, где-то ее оценили в 150 тысяч долларов США, хотят продать. Согласитесь, неслабые слухи и серьезные деньги! Зачем Рудольф вдруг сделал весьма качественное фото иконы, которое Иветте удалось забрать у бывшего мужа? Не для продажи ли? Иветта указывает во всех заявлениях, что она НИКОГДА, ни при каких обстоятельствах НЕ ПРОДАСТ Иисуса! Более того, как только его вернут, она отдаст икону в Эрмитаж: «Я не хочу, чтобы Он мучился! Я верую в Него, я не продаю БОГА, как эти все!..». Даже это никого в родной милиции не разжалобило. Более того, ей отказали в возбуждении уголовного дела по факту угроз. Свидетелей не нашлось… И более того, не удалось ей доказать местному ОБЭПу и ОРЧ (оперативно-разыскной части) по налоговым преступлениям, что в ее доме нелегально находилась мастерская по пошиву злополучных ковриков, обшивке сидений для автомобилей. Господа генералы! Вам пора курсы собирать, чтобы обучать сотрудников, как правильно писать отписки! Постановление об отказе из ОРЧ – шедевр. И по безграмотности, кстати. Общий смысл: да, шил, да, с 97-го там мастерская, налоги не платил, и девушка на него работает. Но шил для друзей и знакомых, за то, что они его иногда к праздничному столу приглашали. Вот такой альтруист наш Рудольф! Всем бесплатно шил, «за знакомства». А может, поэтому «знакомцы» помогают икону прятать, а? Ходят такие слухи… Кстати, за семь лет, он купил две машины, дачу, начал строительство дома, да и дом Иветты перестраивал. А это немалые деньги. Почему это обстоятельство не заинтересовало ОБЭП? Или они только по олигархам работают?

Вот с таким печальным багажом пришла к нам в редакцию будущая мальтийка, а ныне гражданка России Иветта Акопян.

Господа милиционеры и те, кто прячет икону! Сейчас я вас разочарую. Мне в принципе все равно, как граждане будут решать проблемы с дележом имущества. Мне все равно, накажут ли Рудольфа за подпольщину и как он будет дальше жить. И как будет жить Иветта. Но вот что касается иконы… Я созвонилась с Государственным Эрмитажем. Послала фотографию иконы Файбисовичу Виктору Михайловичу, главному составителю коллекции этого музея. Ответ ошеломил. Вас, уважаемые, он тоже ошеломит: это не икона! Это копия картины Винченцо Камучини, художника-портретиста середины XIX века, принадлежавшего «римскому художественному кружку». Художник знаменитый, но не самый великий. Особенно портреты его кисти ценились в России. Красиво купцов наших писал, что уж там говорить. Есть у него и серия «библейских» работ. Перечень длинный, и «Спаситель» (именно вокруг него ломает «копья и луки» Рудольф), действительно входит в этот перечень. Копий картины было выполнено много, и они на самом деле ничего не стоят. Ну, почти ничего. Коллекционерам она вряд ли нужна, а Эрмитаж принимает только шедевры… Вот стены церкви она, пожалуй, украсит. Ставропольские армяне строят большой храм: «Да, давайте. Мы обещаем сохранить, и у нас она будет на месте». Иветта с радостью отдаст ее в надежные, не Рудольфовы, руки. И будет стоять за «Спасителя» до конца.

Кстати, когда мы приехали в командировку в Светлоград и познакомились с бывшим супругом Иветты, честно, что-то он нам не показался… Такое чувство, что он или что-то не понимает, или запуган и не знает, как теперь выкрутиться. «Я отдам ее только надежному священнику». Я просила отдать икону мне. Под мою расписку, как третьему лицу. Предлагала прямо сейчас вместе с ним поехать в Ставрополь. Разбудить всех батюшек (дело было к вечеру), устроить торжественную передачу иконы. Но Рудольф только кричал что-то, обличал семью, тут же забывал сказанное, пугал, стращал, вырвал у меня из рук бумаги, а потом и вовсе пошел в рукопашную. Короче, вспоминать, а тем более писать противно. Но и тогда в его выкриках проскальзывало: «я всех тут купил». Ну, что ты скажешь?! Неужели, правда, а, милицейские генералы? Вы не обижайтесь только, что я к вам так вот обращаюсь, ладно? Просто я помню, как на зимней коллегии генерал Владимир Еремченко укорял своих подчиненных в том, что нет у них полета мысли. Не хотят думать, как Шерлоки Холмсы, не предпринимают каких-то интересных ходов. Владимир Иванович, вы представить не можете, до какой степени не предпринимают! Вот смотрите: картину вынесли, спрятали и не отдают. Так можно любого оправдать: да он просто взял, на сохранение. Он у себя подержит, а вы побегайте за ним, хорошенько попросите, вдруг отдаст? Или суд пусть судит, мы ни при чем.

После того как меня отбили от разъяренного Рудольфа, я попыталась выпросить хотя бы возможность посмотреть, жива ли картина? Он клялся, что жива, но так и не показал ее. Уверения, что мы ее сфотографируем и даже пальцем не тронем, не подействовали. Похоже, что в доме «Спасителя» нет. Тогда где он?

И еще: в милиции и прокуратуре Иветте не верят. Мол, вывезешь «икону» и продашь за границей. После соответствующей экспертизы она действительно может ее вывезти, и это не будет контрабандой. Но я нашла законы и таможенные уложения государства Мальта. Так вот, там ее не пропустит таможня: все, что имеет хоть какую-то ценность, хоть намек на ценность, будет отобрано и национализировано без объяснений. И украсит стены Национального музея (мальтийский вариант Эрмитажа). Так что не суетитесь, Рудольф, и не проявляйте ложной заботы об интересах государства. Лучше о душе подумайте и верните «Спасителя»!

Наталья Буняева.

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1
Ростелеком. Международный конкурс журналистов