Легенда №1

Валерий Манин

В аудиторию факультета физвоспитания Ставропольского государственного университета (того самого, в который она поступила в 1948 году, правда, тогда он назывался пединститутом) Нина Пономарева вошла не очень уверенно, осторожно держа в руках увесистую сумку из какого-то «ветхозаветного» материала. Остановилась у порога, как бы раздумывая, идти дальше или вернуться. Тогдашний председатель комитета Ставропольского края по физической культуре и спорту Виктор Криунов, мелким бесом подскочил к Нине Аполлоновне и, взяв ее под руку, под грянувшие громом аплодисменты проводил к столу, у которого уже стояли декан спортфака Руслан Койбаев и участник Олимпийских игр в Риме Борис Криунов. Увидев старого знакомого, Пономарева улыбнулась, былая скованность сразу с нее слетела. Она сняла темную широкополую шляпу, под которой оказались уложенные в простую прическу волосы рыжего цвета, который, впрочем, ненадежно скрывал плохо таящуюся под ним седину, и, вежливо похлопав в ответ в ладоши, неожиданно для ее фигуры, еще хранившей следы былой мощи, легко села на хиленький табурет, явно рассчитанный на прием тел иной массы.

Пока В. Криунов представлял гостью, та, не спеша, стала извлекать из недр своей старомодной сумки ее содержимое: чемпионские ленты, ордена, медали, жетоны... Отдельно от этой внушительной группы, сверкнув отполированным боком, легла та награда, которой по статусу не положено смешиваться с другими – золотая олимпийская – первая такого уровня, добытая спортсменами Советского Союза! Воспользовавшись своим положением соседа по столу, я взял в руки этот сравнительно не большой кругляшок белесо-желтого цвета, который, неожиданно для своего размера, оказался тяжелым. С другой стороны, а разве чемпионские награды, как и путь к ним, бывают легкими?

Для Нины Пономаревой (Ромашковой) он был не просто тяжелым, но и тернистым. Так уж случилось, что помимо тех тяжестей, что пережили у нас в стране все дети в военную годину, маленькой Нине достались еще и физические, и душевные страдания так называемых репрессированных.

Нина Ромашкова родилась в посёлке Смычка Свердловской области в 1929 году в бараке гулаговского лагеря. Отец – Аполлон Васильевич – маляр-художник, позже прошедший через все тяготы Великой Отечественной войны, был арестован из-за деда Нины – регента церкви. Мать – Анна Фёдоровна – репрессирована как дочь кулака. Но в 1936 году, когда родителей освободили по «реабилитирующим признакам», семья обосновалась в городе Ессентуки Ставропольского края.

В спорт Ромашкова попала, по ее глубокому убеждению, случайно, став в 1947 году третьей в комсомольском кроссе Спартакиады Промкооперации, разнарядка для участия в котором пришла и в продовольственный магазин при одном санатории Ессентуков, где работала девятнадцатилетняя Нина. Хотя, с другой стороны, как посмотреть. Закаленная суровым уральским климатом и серьезным физическим трудом, к которому дети ссыльных были приучены с раннего детства, Ромашкова среди сверстников выделялась не типичной для юной девочки силой и при этом удивительной ловкостью. Нина Аполлоновна мне рассказывала, как однажды она уронила ведро в колодец и, чтобы спасти этот инвентарь, по осклизлому срубу спустилась туда до самой воды и прицепила ведро к цепи «журавля». А сама потом благополучно выбралась наружу.

Ну а что касается детских потех, то тут она всегда была на виду: и в катании по замерзшей речке, и в спусках с обрыва на салазках, и в салках... Так что, не занимаясь спортом профессионально, она была к этим самым занятиям давно готова – и физически, и морально.

Когда молодой инструктор физкультуры санатория Владимир Гордиенко предложил Нине выступить в городских соревнованиях по метанию диска и толканию ядра, та согласилась и победила в обеих дисциплинах, хотя на тот момент впервые увидела эти снаряды. Потом были победы на краевых состязаниях. А уж когда девушке впервые выдали спортивную форму – трусы и майку – радости и гордости не было предела.

Правда, долго щеголять в спортформе не пришлось. Соседки-казачки попросили мать, чтобы та одела дочку, а то сплошной срам – ходит по двору голышом.

И вполне логичным было, что год спустя молодая ессентучанка поступила в Ставропольский государственный педагогический институт, и только тут почти в двадцатилетнем возрасте начала серьёзно заниматься лёгкой атлетикой. Изначально пробовала свои силы в беговых дисциплинах, позже переквалифицировалась на так называемые длинные метания: диск и ядро, о существовании которых до поры до времени и слыхом не слыхивала.

Спортивный талант студентки проявился почти мгновенно – всего через год регулярных занятий она стала бронзовым призёром чемпионата СССР в метании диска и, как водится, перебралась в Москву. На чемпионате СССР 1950 года Ромашкова обменяла прошлогоднюю бронзу на серебро, в 1951 году с третьей попытки выиграла золотую награду первенства Советского Союза! Тут она попала под опеку известного специалиста Дмитрия Маркова, которому была благодарна за науку до конца своих дней.

В 1952 году Ромашкова отправилась на дебютные для команды СССР Олимпийские игры в Хельсинки. Взята в олимпийскую сборную экс-ставропольчанка была, что называется, «на вырост» – объективно она считалась в звездном легкоатлетическом составе сборной страны лишь третьей. Две первых ступеньки заслуженно отдавались многоопытным и увешанным различными регалиями Нине Думбадзе и Елизавете Багрянцевой.

Но Олимпийские игры (об этом свидетельствуют все участники олимпиад) – соревнования особые, и зачастую здесь побеждают не имевшие лучшие результаты ранее, а те, у кого больше желания победить именно здесь, на Олимпиаде. У Ромашковой мотивация была запредельная. А тут еще не пошли броски у обоих лидеров, и они явно недотягивали до своих рекордных результатов.

А Нина, что называется, завелась, и в итоге первенствовала с новым олимпийским рекордом – 51 м 2 см. На пьедестал вместе с ней поднялись Нина Думбадзе и Елизавета Багрянцева. С такого оглушающего триумфа советского спорта началась дебютная для СССР Олимпиада в Хельсинки! Золотая олимпийская медаль Ромашковой стала первой в истории советского спорта!

Таким образом, Нина Ромашкова стала олимпийской чемпионкой всего за три года тренировок, за что в зарубежной прессе получила звание «железной леди».

Возвратившись домой, Нина на подъеме продолжила свое победное шествие, доказав, что теперь она – первый номер национальной сборной! Сразу после Олимпийских игр на соревнованиях в Одессе спортсменка установила мировой рекорд, послав диск на 53 метра и 61 сантиметр. С 1952 по 1956 год, а потом и в 1958 и 1959 годах Нина Ромашкова – неизменно чемпионка СССР.

На Олимпийских играх 1956 г. в Мельбурне она завоевала бронзовую награду: причиной неуверенного выступления послужила травма, полученная за день до финальных соревнований. Как рассказывала Нина Аполлоновна, к хроническому радикулиту она уже привыкла – «ширнут» анальгинчик в поясницу и на несколько часов боль отступает. А вот когда на разминке потянула связки в паху, казалось, все – в сектор выходить нельзя. Да спортсмены знают, что это за боль при растянутых связках паха.

Но все это не про Пономареву. Нина вышла-таки в сектор и исключительно «на зубах» швырнула диск – его полета хватило только для бронзы. Поверьте, это подвиг!

Зато на римских Олимпийских играх 1960 года Пономарева вновь отпраздновала успех, став чемпионкой с новым олимпийским рекордом – 55 метров 10 сантиметров. На играх 1964 года в Токио Нина Ромашкова была лишь 11-й.

– Да загоняли меня спортивные чиновники, – посетовала Нина Аполлоновна. – Мне было уже 35 лет. В таком возрасте каждый старт может стать последним. А нас, не известно для чего, вынудили в Хабаровске «делать прикидку». А я не умею выступать вполсилы. Ну и запустила диск за 55 метров. Прикидку выиграла, но на Олимпиаде выступать в полную силу просто не могла. Вроде и желание соревноваться есть, и результаты на международном уровне, но что-то во мне раздражало чиновников. Ну и махнула я на соревнования рукой – пусть молодые пыжатся.

В 1966 году спортсменка перешла на тренерскую работу, переехала в Киев, где тренировала юных легкоатлетов. Результаты были – дюжину мастеров вырастила. Но после развала СССР мелкие уколы местных националистов переросли в систему. Дошло до того, что в украинский альбом об олимпийских чемпионах Нину Пономареву (Ромашкову) даже не включили. За три десятка прожитых на Украине лет там она своей так и не стала, хотя ее мама – коренная украинка. Видимо, дело не в крови... Ну и решила вернуться на родину – с 1998 года Нина Аполлоновна Пономарёва жила в России. Олимпийский комитет помог приобрести квартиру, а в 2007 году она официально признана «Легендой отечественного спорта».

– Как вы восприняли тот факт, что официально стали «Легендой отечественного спорта»?

– Душа поёт! А делает она это в последнее время нечасто. Но сейчас мне действительно хочется петь, несмотря на то, что я сама уже такая же древняя, как Олимпийские игры... Наконец в России нашлись люди, способные оценить по достоинству вклад спортсменов в становление страны. Нас в своё время премиями не баловали, да мы как-то и не стремились к тому, чтобы их получить. Мы были первооткрывателями: 1952 год не так уж далеко от 45-го. Не все, ох, не все наши мужчины вернулись домой с полей сражения. Большинство совсем недавно сменили гимнастёрки на гражданские костюмы. Мы ещё вдоволь не наелись хлеба, и вот здесь нам был дан приказ: выиграть Олимпийские игры... А что это такое, мы даже и не знали. Не с чем было сравнивать. Что мы тогда вообще видели к своим 20-30 годам?

В зарубежной прессе меня называли «железной леди», и все недоумевали, как это я за три года стала олимпийской чемпионкой. Но они упустили из виду, что я – дитя войны. Мальчишки уходили на фронт, а мы оставались за них…

– Как оценила Родина-мать ваш триумф?

– Нам прямо там же, в Хельсинки, присвоили звания заслуженных мастеров спорта СССР. Тем дело и ограничилось. Никаких премий, орденов, «Лексусов»... Думаю, наш дебют на Олимпийских играх был оценён всем миром, кроме нашего правительства. В «Правде» дали короткую заметку, что спортивная общественность встретила вернувшуюся с Игр советскую делегацию. Мы так и остались у себя дома не слишком известными. А ведь набрали одинаковое количество очков – 494 – с американцами, которые накануне Игр были безоговорочными фаворитами (22 золотые, 30 серебряных и 19 бронзовых медалей собрали на круг отечественные спортсмены). Однако это достижение оказалось абсолютно забытым...

За мельбурнскую бронзу выплатили семь тысяч рублей, а за римское золото – двадцать.

Хотя, с другой стороны, и у меня наград хватает. Получила орден Трудового Красного Знамени и орден «Знак Почета».

В 2013 году на аллее Славы ЦСКА открыт бронзовый памятник Н.А. Пономаревой, ее именем названа СДЮСШОР ЦСКА по легкой атлетике.

Своей же самой высшей наградой Нина Аполлоновна считает сына Сашу, которого родила в 1954 году. Он – тренер по фехтованию. Подарил бабушке двух внучек и внука. Внучка Анечка – пятикратная чемпионка мира по фехтованию, внук Саша – футбольный вратарь. И только внучка Машенька выбрала себе профессию, напрямую со спортом не связанную.

Не стало нашей великой землячки в августе 2016 года. Изначально легенда отечественного спорта № 1 была похоронена в Москве на Хованском кладбище, но потом по приказу Сергея Шойгу перезахоронена в Мытищах на Мемориальном кладбище Министерства обороны.

 

дети войны, Нина Пономарева, олимпийская чемпионка

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Спорт»