В смерти виновны…

Лариса Денежная

Вопрос об анализе работы хирургической службы города, который выносился на заседание медсовета горздравуправления, был плановый. Но при его подготовке, когда свели в «кучу» обычную статистику хирургических отделений стационаров за девять месяцев 2006 года, медики схватились за голову.

Увеличилась смертность больных этого профиля. Главная причина – позднее обращение граждан к врачам. Почти половина больных с «острым животом» поступила в стационары города лишь спустя сутки и более после проявления соответствующих симптомов.

­ Подобного результата мы и сами не ожидали, ­ говорит главный хирург города Владимир Ворушилин. – Это страшная цифра. Такого просто никогда не было. Даже в прошлом году количество больных с острыми болями, поступивших в стационары с опозданием, не превышало 30 процентов. А в нынешнем году – это уже каждый второй! В результате мы уже лечим не заболевания, а их осложнения: вместо аппендицита, острого панкреатита или холецистита ­ страшнейший перитонит, сепсис, геморрагический или эндотоксический шок, которые очень тяжело поддаются лечению и сами по себе дают высокую летальность. Просто непонятно: как можно сидеть дома с острыми болями и чего­то ждать, если речь идет о жизни и смерти?! Что стоит набрать по телефону 03 ­ «скорая» тут же доставит больного в стационар! «Острая боль» в вызове – это ключевые слова для экстренного выезда.

Недооценка больными и их родственниками возможных последствий не знает границ. Владимир Ворушилин привел просто шокирующие примеры. Мужчина в возрасте около 60 лет с острым аппендицитом находился дома в течение трех суток. Родственники все это время его лечили. Как? Промывали желудок. Думали, съел что­то не то. При том что у больного была еще и температура. Когда состояние мужчины резко ухудшилось, и родственники наконец­то поняли – нужно спасать, вызвали «скорую». Аппендицит к этому времени «сгнил», развился обширный перитонит. Дальше – промывание брюшной полости, операция, антибиотики, искусственная вентиляция легких… Ничего не помогло. Больной умер от сепсиса.

Такой же исход был и у 42­летнего мужчины, который прободную язву обезболивал… водкой. В результате в больницу привезли полутруп. Врачи боролись за жизнь практически безнадежного больного до конца.

Буквально несколько дней спустя оборвалась жизнь 27­летнего молодого человека. Врачи до сих пор недоумевают: как можно было находиться дома, когда открылась кровавая рвота?! «Скорая» привезла в хирургию больного с желудочным кровотечением. От большой кровопотери уровень гемоглобина снизился до 18, тогда как порог жизни для этого показателя – 40…

У медиков есть такое понятие: «предотвратимая смерть». Сам по себе аппендицит для врачей – семечки. Операцию может сделать даже студент выпускного курса медицинского вуза. А дома наши – не в снежной тайге, куда и на санях­то не доберешься. В городе – три стационара, по нескольку отделений хирургического профиля в каждом. Однако, как оказалось, в наши дни даже этот простейший, на первый взгляд, недуг можно «запустить» до такой степени, при которой заболевание становится опасным для жизни. А смерть от его осложнений – непредотвратимой. Именно это больше всего беспокоит медиков. Справедливости ради скажем, что такова тенденция в целом и по всей России. Причем это касается не только хирургических заболеваний, а практически всех. Здесь только зубная боль – вне конкуренции. Эта спать не даст.

­ Чего люди боятся?! – задает Владимир Ворушилин вопрос, и сам же на него отвечает: ­ Одни – потерять работу на время лечения. Другие думают, что без кошелька в больницу вообще не ляжешь. Для этой категории людей особо разъясняю: экстренная помощь у нас оказывается бесплатно. Оплачиваются только плановые высокотехнологичные операции. Третьи не доверяют врачам и пытаются сами справиться с болезнью. Никакое самолечение при «остром животе» недопустимо! Только при своевременном обращении мы гарантируем выздоровление. В первые часы и сутки. Иначе медицинская помощь может оказаться бессмысленной.

По словам Владимира Ворушилина, на первое место по смертности, связанной с поздним обращением, вышла желчнокаменная болезнь и ее осложнения – острый холецистит и панкреатит. Заболевание серьезное и для нашего края весьма распространенное. Если его не лечить, без операции не обойтись. Но при первых же острых проявлениях нужно обращаться к врачам.

У этой проблемы есть и экономическая составляющая. Если стоимость лечения неосложненного аппендицита в сутки обходится в среднем в 60 ­ 70 рублей, то уже гнойного – в пределах двух тысяч, причем только на медикаменты. Для сравнения: Фонд обязательного медицинского страхования выделяет в день на медикаменты для одного хирургического больного 125 рублей. Как ни кощунственно звучит, но за пренебрежение к собственному здоровью одних приходится платить другим. В тех же Соединенных Штатах Америки страховые компании оплачивают лишь восемьдесят процентов суммы, затраченной на лечение. Остальную пациент вносит сам. Подобная мера – во избежание злоупотребления медицинской помощью, чтобы граждане активно занимались своим здоровьем. И это, заметим, в благополучной стране. Неужели же для россиян главный ориентир для принятия каких­то действий – тот самый рак, который должен на горе свистнуть?

 

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Здоровье»

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов