Дуализм Виталия Фомина

Валерий Манин
Накануне нового учебного, 1962 года крохотный шахтерский поселок Рудник, что затерялся в безбрежных просторах казахских степей, неожиданно забурлил и распался на два молодежных лагеря. В одном находились те, кого манила блатная жизнь (благо за примерами ходить далеко не надо – в те времена и весь Казахстан, и его горняцкая Карагандинская область были густо заселены и так называемыми спецпоселенцами, и бывшими зеками, многие из которых, отмотав несколько сроков, и не думали рвать со своим воровским прошлым, пленяя блатной романтикой незрелые мальчишеские души), и на тех, кто искал выход рвущейся на волю молодой энергии в спорте. В числе самых активных физкультурников был восьмиклассник Виталик Фомин. Несмотря на совсем не богатырское сложение, он постоянно был в числе лучших и на футбольном поле, и на волейбольной площадке, хорошо играл в баскетбол, даже защищал гандбольные ворота, а зимой любая команда, игравшая в хоккей с мячом, первым делом пыталась заполучить в свой состав Фому – так с самых детских лет и до сего дня зовут Виталия друзья. А что касается настольного тенниса, то и сейчас в свои шестьдесят он многим более молодым может дать фору. В общем, к пятнадцати годам Фомин прошел добротную школу дворового спорта, дававшего, как известно, отличное и всестороннее развитие, а уж о воспитании бойцовских качеств и говорить нечего – хлюпиков двор не любил ни на Урале, где родился Фомин, ни в Казахстане, ни на Дону, где родился я, ни на Ставрополье, где с восьмидесятых годов прошлого века мы оба оказались. Поэтому никто не удивился, что когда в Руднике появился сосланный из Куйбышева футбольный тренер Георгий Александрович Лаут, то одним из первых в созданную им футбольную команду был приглашен именно Фомин. Уже через год мобильного, совершенно неуступчивого в единоборствах, но обладавшего хорошими организаторскими способностями полузащитника из любительской поселковой команды, у которой даже названия не было, пригласили в соседний город Никольский, где существовала уже полупрофессиональная команда «Горняк». Там Виталий и играл до окончания школы, после чего поступил в Карагандинский государственный педагогический институт на факультет физической культуры. В те времена считалось невозможным учиться на спортфаке и не выступать в соревнованиях под знаменами своего вуза. А в КГПИ сложилась крепкая футбольная команда, которая становилась призером ЦС ДСО «Кайрат» (аналог российского «Локомотива»), дважды выступала в финальном турнире «Буревестника». Фомин до сего дня хранит грамоты и дипломы за призовые места в студенческих соревнованиях. Но студенческий спорт требовал определенных энергетических затрат, а наше поколение так воспитано, что мы считали просто неприличным лишний раз просить деньги у родителей, поэтому добывали на пропитание кто где мог. Я, например, пока не стал получать стипендию за игры в сборной, регулярно разгружал баржи с солью, приходившие в Волгоград из Астрахани. А вот у Фомы появилась иная возможность для подработки, как тогда говорили, шабашки. Сперва маленькая предыстория. 1957 год. Семья Фоминых недавно переехала из Свердловской области, где отец работал горным инженером, в Казахстан с группой специалистов для строительства горно-обогатительного комбината знаменитого Джезказганского месторождения. Десятилетний Виталька с группой таких же пацанов, возвратившись из школы, отправился на «пятачок» - так в Руднике тогда называлась своеобразная площадь, на которую выходили гастроном, клуб, задняя часть стадиончика и чайная. Здесь днем собиралась вся не занятая сменной работой местная богема, основу которой составляла молодая блатата. Ребятню они привечали, то угостив «Севером», а то и «Беломор-каналом». Но Фомина тянули не папироски, хотя к тому времени уже успел познакомиться с табачной отравой, а возможность поиграть на гитаре. Особенно нравился пионеру Вите Ваня Каширин, забубенный блатыш с курчавым коком на хорошо ухоженной голове и с зататуированными до предела руками. И тот, поняв тягу пацана к музыке, показал несколько аккордов. После этого Виталька, как на работу, каждый день бежал на пятачок. Знал бы тогда Фомин, что всего-то через семь-восемь лет именно шестиструнка, а не бутсы, будет его кормилицей. Данил Полихраниди, приехавший в Казахстан из Одессы и поступивший на спортфак Карагандинского педа, привез с собой и моду на мало известные в этих полукаторжных местах вокально-инструментальные ансамбли, так называемые ВИА. А что за ВИА без гитары? Так себе, цыганский ансамбль. И когда Данил увидел, что Фомин играет на шестиструнке, уговорил его прийти порепетировать. И пришлось теперь студенту спортфака делить сутки на две части – до ночи тренироваться, учиться, играть в футбол за «Цементник» из соседнего с Карагандой Актау (там тоже что-то приплачивали), а после выступать с концертами, участвовать в смотрах художественной самодеятельности и даже играть на свадьбах и в ресторанах. И так продолжалось все пять студенческих лет. Когда же летом 1972 года дипломированный учитель физкультуры возвратился в Рудник, в родной школе его приняли с распростертыми объятиями – там уже почти год не было физрука. И когда Фомину пришло время идти в армию, его провожали и учителя, и ученики, наказывая через год возвратиться. Виталий Сергеевич искренне обещал вернуться... Почти недельное мытарство в раздолбанных, наверное, еще в военное время теплушках закончилось для Фомина на заснеженной станции Сосновый Бор – там силами военных возводилась Ленинградская АЭС – объект стратегического значения, считавшийся зоной повышенной секретности. Имевший весьма опосредованное понятие о возведении опалубки, сварки арматурного каркаса и приготовления бетона, рядовой Фомин с радостью выскочил из строя новобранцев, когда уже давно ждавший «дембеля», но не уезжавший в родную Белоруссию «пока не найдет себе замену» сержант Валерий Фридрих, исполнявший обязанности физорга части, не выкрикнул: «Кто имеет отношение к спорту – два шага вперед!» Так в одночасье из военного строителя Виталий вновь превратился в спортивного организатора. Коммуникабельный по натуре, как оказалось, он обладал еще и хорошими организаторскими качествами. За каких-то пару-тройку месяцев новый физрук из офицеров части сколотил волейбольную команду, которая вскоре стала обыгрывать гражданских. А для командира части это было, как бальзам на душу. Дальше – больше. Солдаты выиграли кросс, а потом Фомин всех увлек лыжным спортом. Даже узбеки, таджики, представители кавказских республик, видевшие лыжи разве что на картинке, и те сами стали в свободное время заниматься этим экзотическим для них видом спорта. Командир поощрил энергичного физрука трехдневным увольнением с выездом в Ленинград! Так и катилась бы армейская жизнь по накатанной колее, но...подвел «дуализм». Однажды в клубе Виталий увидел груду пылящихся музыкальных инструментов. Как оказалось, их с первого дня никто в руки не брал. И взыграло ретивое. Месячное мотание по подразделениям закончилось набором солдат, имеющих представление о музыке и даже кое-кто знал музыкальную грамоту. Короче, в День части – кто служил, тот знает, что в армии это главный праздник, приравниваемый к Дню Победы и Дню Советской армии, – неожиданно для многих состоялся концерт собственного ВИА. Но командир, страстный поклонник спорта, без должного энтузиазма воспринял «раздвоение личности» своего физорга. И дослуживал до увольнения в запас Фомин, разрываясь между спортом и музыкой. Получалось не всегда... Поэтому через год с нескрываемой радостью рядовой Фомин, получив «дембельские» документы, уже на скором пассажирском поезде отправился снова почти через всю страну домой. Там ( ведь учебный год был в полном разгаре) он уже через неделю пришел в родную школу – Виталий до сего дня умеет держать данное слово. Но судьба готовила ему другую участь. За время его вынужденного отсутствия в поселке был возведен большой спортивный комплекс, директором которого стал тот самый еще отбывавшие ссылку Г.А. Лаут. Помня хорошие организаторские способности своего бывшего воспитанника, Георгий Александрович сумел уговорить Фомина пойти к нему заместителем, объясняя, что через полгода у него заканчивается срок и он уедет домой в Куйбышев, передав дело ему. Так все и произошло. Но молодой директор не зацикливался только на административной работе. Он тренировал юношескую футбольную команду, успехи которой не остались не замеченными, и Виталию Сергеевичу предложили возглавить юношескую сборную Джезказгана, а потом и взрослую команду «Горняк» из Никольского, в которой в свое время он сам играл три с лишним года. Все складывалось как нельзя лучше. Но супруга, родом из Ставрополья, затосковала и уговорила-таки мужа переехать на Северный Кавказ. Здесь способности хоть годами еще молодого, но уже искушенного руководителя быстро заметили и порекомендовали на должность инструктора орготдела крайсовета ДСО «Спартак». – Это была великолепная школа, - с благодарностью вспоминает В. Фомин. - Степан Александрович Шишов, много лет возглавлявший эту организацию, был великолепным организатором и классным педагогом – строгим, но справедливым. Да мне в Ставрополе вообще везло с наставниками. Довелось работать под руководством знаменитого, теперь уже ушедшего от нас Валентина Алексеевича Попова, Виктора Алексеевича Криунова, Анатолия Валентиновича Рудоманова, Евгения Васильевича Иванова, да разве всех перечислишь. Всем им очень признателен за науку! Надо сказать, что и учеником Фомин был небездарным. Пройдя за полтора десятка лет все ступеньки спортивной организаторской работы: инструктор орготдела ДСО, завуч ДЮСШ, заместитель председателя крайсовета ДСО «Труд», председатель совета коллектива физкультуры мощного тогда «Анилина» и так далее, он в 1994 году был приглашен в крайспорткомитет, который возглавлял В.А. Криунов, сам человек одаренный и имеющий великолепный нюх на таланты. Работать Фомин умеет – творчески, ответственно и с большим уважением к людям, в том числе и подчиненным. Хотя его принципиальность в делах породила и немало недоброжелателей. Правда, за время нашей теперь уже многолетней дружбы я не припомню, чтобы кто-то упрекнул Фомина в предвзятости или, что еще хуже, в непрофессионализме. Здесь Виталий Сергеевич трудится и до сего дня, став за это время отличником физической культуры России, получив почетный знак «За заслуги в развитии физической культуры и спорта», он воспитал двух великолепных сыновей, которыми гордится. Так ведь и есть кем: старший Максим – директор дирекции межрегиональных связей «Роснефти», живет в Москве, а младший Дима – учится в аспирантуре Ставропольского государственного аграрного университета. Убежден, что и они горды своим отцом – человеком, одаренным спортивно и творчески. Ну а что же музыка? Теперь она осталась только для себя, да еще для друзей. В те дни, когда нам удается собраться вместе, Фома берет гитару и звучат песни нашей молодости, песни его души...

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов