«Подкидыш»

Лариса Ракитянская

«Подкидыш»

В начале сентября в редакции «Вечерки» раздался телефонный звонок: «Помогите найти справедливость! Государство отказывает мне в устройстве родного брата в специализированное учреждение, и я вынуждена была 31 августа оставить его на диване в холле министерства труда и социальной защиты Ставропольского края, что на ул. Лермонтова, 206а». Автор этих строк пригласила свою собеседницу, чтобы выяснить детали столь вопиющего случая.

Насолил!

Наталья Юрьевна рассказала длинную историю жизни. Росли они с братом в неблагополучной семье — их родители сильно пили. Из родного гнезда первой упорхнула молодая женщина — в 18 лет вышла замуж. С тех пор общение с братом Вячеславом и родителями было минимальным. Наталья знала только, что вскоре женился и брат, но счастья в его семье не было — он стал выпивать, «подружился» вроде бы и с наркотиками. В семью денег не приносил, даже наоборот — тащил все из дома. Воровал, не раз в тюрьме сидел. Жена с ним развод оформила, сделала все, чтобы лишить и родительских прав на сына. Сменила фамилию — свою и мальчика, вырастила ребенка.

Но на этом не закончилась «война» с Вячеславом — его стараниями была продана квартира, в которой жили его жена и сын. С трудом удалось сделку купли-продажи признать недействительной, но жить бывшей жене и сыну Вячеслава пришлось уже в однокомнатной квартире.

Слава, отсидев последний срок, вернулся к родителям. К тому времени уже не было в живых его матери. А с отцом, который, став пожилым человеком, бросил пить, Вячеслав не ладил — то и дело возникали скандалы. Сын даже бил отца — скор был на руку и тяжел.

С семьей сестры (первый муж Натальи умер, она вышла замуж второй раз) Вячеслав практически не поддерживал отношений. А если случалось общаться — то бывало это тоже только со скандалом или дракой — руку поднимал Слава и на свою родную сестру. С тех пор Наталья за брата его и считать-то перестала.

Правда, когда с Вячеславом случился первый инсульт, муж настоял: нельзя в беде родного человека оставлять, заберем его из больницы. Сказано — сделано. Помогли, поселили у отца. Но здесь и отношения не наладились — отец вскорости умер. А Вячеслав по-прежнему пил, бомжевал, тащил все из дома, нигде не работал.

Летом этого года у Славы случился второй инсульт, и попал он в 3-ю горбольницу. Сестра с мужем хоть и не часто, но навещали его, снабдили всем необходимым, вплоть до бритвенных принадлежностей.

Ох, как не хотела Наталья, чтобы брат возвращался на квартиру отца! Но муж снова настоял.

А к этому моменту у Вячеслава не было никаких документов — ни паспорта, ни полиса, ни трудовой книжки. Выписали его из больницы с некоторым улучшением, но разговаривал он все равно плохо, вел себя неадекватно — Наталья рассказывала, что «гадил во всех углах», мазал фекалиями стены, поджигал квартиру — вынуждены были даже газ отрезать, чтобы не случилось большой беды...

Заберите брата!

Наталья рассказывала, что выправить какие-либо документы для брата ей не удалось. И тогда на семейном совете решили: надо его определить в специализированное учреждение для бомжей. Обращалась Наталья Юрьевна в управление труда, социальной защиты и работы с населением в районах города администрации города Ставрополя. Там подготовили соответствующие документы, но объяснили: существует очередь в Свистухинский центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства и занятий. 3 августа путевку все же оформили и передали документы в министерство труда и соцзащиты СК.

Туда Наталья Юрьевна и раньше обращалась, ей обещал начальник отдела организации стационарного обслуживания населения Владимир Сальников: устроим, только подождите — в центре сейчас идет ремонт. Как закончится, определим туда вашего брата.

Особой надежды, говорит Наталья Юрьевна, у нее на эти обещания не было. А вот ухаживать и приглядывать за братом она тоже никак не могла — работа ее не позволяет длительных отлучек, связана с постоянными командировками. Поэтому настоятельно просила: поскорее устройте брата, помогите...

«Пропажа» обнаружена!

Отчаявшись, Наталья Юрьевна решилась на крайние меры: 31 августа утром собрала брата и отправилась с ним на Лермонтова, 206а. Поднялась в 509-й кабинет к В. Сальникову, чтобы «с рук на руки» передать Вячеслава. Но начальника на рабочем месте не оказалось. И тогда Наталья Юрьевна оставила Вячеслава на вахте, на диване. Ушла...

На тот момент, когда я разговаривала с ней (а было это 6 сентября), Наталья Юрьевна ничего не знала о судьбе брата — где он, что он? Она только вернулась из очередной командировки.

«Подкидыш» нашелся, когда я позвонила в министерство труда и соцзащиты СК. Там сразу вспомнили этот случай — уж очень он нетипичный!

Вот что рассказывает начальник отдела организации стационарного обслуживания населения Владимир Сальников:

– Вячеслава в тот же день мы отправили в Свистухинский центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства и занятий. Прекрасно помню Наталью Юрьевну, она очень нехорошо вела себя - настойчиво, требовательно, «громко». Я пытался объяснить ей, что существует очередь, что в учреждении идет ремонт, что оно — не резиновое, рассчитано всего на 180 мест. На момент обращения к нам Натальи Юрьевны там уже находилось 216 человек, приходилось людей, пока на улице тепло, размещать даже под навесами. Наталья Юрьевна возражала — она, дескать, все понимает, сама строитель, и убеждена, что ремонт не может идти так долго... Словом, доводы наши не слышала.

– А оформили мы ее брата, - продолжает Владимир Иванович, - без очереди, хотя он был аж шестым. Теперь он живет там...

Нужны ли государству «отказники»?

Первый вопрос, который я задала Наталье Юрьевне, — как же можете вы отказываться от родного брата? Почему при живой сестре он должен доживать свой век (Вячеславу всего-то 46 лет!) на попечении государства?

Наталья Юрьевна согласилась: не по-человечески это. Только нет сил — так насолил ей брат, что теперь уж и назвать его родным человеком язык не поворачивается.

Вот такая нерадостная история. Досматривать Вячеслава будут теперь чужие люди. Покормят, спать положат, подлечат. Что поделаешь, раз лишний он человек...

Владимир Сальников в разговоре со мной сказал и вот что: к сожалению, на государственном уровне пока нет внятной политики, определяющей работу с такими вот случаями. И потому чиновникам зачастую приходится действовать именно так — в «пожарном» порядке...

Я еще раз говорила по телефону с Натальей Юрьевной. Она по-прежнему убеждена, что поступила правильно: если бы я так не сделала, говорит, брата бы в центр не взяли. И добавила: она обращалась с жалобой на минсоцтруда СК в Москву. Когда позвонила туда, столичные чиновники посоветовали ей «подкинуть брата» - тогда, мол, она своего добьется.

Когда я пойму, что с нами происходит?

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

Неизвестный
Неизвестный | Пожаловаться  0
Прочитав статью "Подкидыш" на меня нахлынуло еще большее возмущение на отношение чиновников к данному случаю. Да, это я прошла дорогой родственника БОМЖа, на настоящий момент у меня нет ни доли сомнения в правильности своего поступка. Должностные лица не работают во благо народа, оказывается нет политики на государственном уровне ? Есть целое подразделение в министерстве, обязанное работать в этом направлении, есть отделы по соц. защите с большим штатом? и есть огромное количество БОМЖей (да, каждый со своей историей, по численности граждане со статусом, если объединятся,смогут балатироваться в Гос.думу. А чиновники соц. защиты спокойно ходят мимо БОМЖей. В моей истории начало было положено в жизни брата давно, и тогда никто из чиновников НЕ МОГ чем либо помочь, а поверьте, я стучалась не в одни двери, и нет у меня желания делиться своими проблемами с кем бы то ни было сейчас. НЕТ права у ведущих специалистов Министерство труда и соц. защиты осуждать мой поступок, начну с того, что не я подкинула Вячеслава в Министерство, а соц.защита умышленно допустила, чтобы Вячеслава при небольших улучшениях, оказался на улице, обследовали они Вячеслава еще в июне в 3 гор. больнице, и пришли к выводу, что по всем показаниям он должен быть направлен в интернат, а дальше Вячеслав на улице, и кому какое дело, что было у меня на сердце, когда мы с мужем нашли его сидящим на клумбе, напротив нашего дома, с 2008 года (после решения суда, когда сняли Вячеслава с регистрационного учета по нашему адресу он и раньше не проживал у нас) мною была окончательно поставлена точка в итак не существующих отношениях между нами. Да мне все равно в каком он сейчас состоянии, у Вячеслава все в прошлом, так почему я должна опять переживать. Специалисты министерства отпихнули его в мою сторону обманным путем, так хотя бы без давления на меня, они могли бы предложить соц. работника для ухода за Вячеславом( я объясняла что не могу осуществлять за ним уход)так как жилье я ему предоставляла, но и до этого слава богу специалисты не догадались.Почему соц. защита не защитила несчастного Вячеслава от моей без человечности? После моего разговора с Владимиром Ивановичем Сальниковым еще в середине августа, по всей вероятности такую простую как я можно обнадежить обещаниями, но человеческого чувства к себе я не почувствовала, а давление на мои чувства были очень заметны, вот и предчувствия меня не подвели- не собирались специалисты отправлять Вячеслава в Свистухинский интернат, теперь я понимаю почему ведущие специалисты Министерства из 516 кабинета советовали мне "выгнать его на улицу, если не нужен", в какой без человечности и жестокости могут могут меня упрекнуть такие специалисты. Я и Вячеслав со своей такой проблемой не одни, ведь в очереди перед Вячеславом было еще 6 граждан, и где они будут зимовать, да и выживут ли в зиму или у них есть человечные родственники? Пусть у чиновников все будет хорошо, пусть спокойно получают чиновничьи зарплаты на государственном уровне, пусть работаю в тишине и без проблем, пусть ни когда не допустят рождения законов в защиту БОМЖей. Прослойка общества со статусом БОМЖей растет, а только для вымирающих видов рождаются законы о защите этих популяций. Я не собираюсь себя оправдывать или обвинять,уверенна не в чем, только убеждена, что не меня одну также пытаются "укорять" чиновники. Если есть штат чиновников и есть ПРОБЛЕМА, они ОБЯЗАНЫ работать не в "пожарном" порядке. Не я сделала Вячеслава БОМЖом, и мне не под силу решать его проблемы, я всего лишь 20 лет назад частично взяла на себя его обязанности (гражданские), а обязанности чиновников выполнять не смогу.Будут чиновники исполнять свои обязанности и все станет на свои места и станет понятным и я смогу понять кого же защищают органы соц.эащиты и от кого. Прошу опубликовать в газете мои комментария, может они внесут ясность в "запутанность" темы о БОМЖах. Может кто то, кто идет дорогой родственников БОМЖей, перестанет себя укорять и винить. Пусть лучше ГРЫЗУТ себя те, кто сделал людей БОМЖами.
1

Другие статьи в рубрике «Общество»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов