Кто шагает ровно в ряд? Арт-искусственный отряд!

Виктория Зенчук

Побывав хотя бы раз на причерноморской арт-даче, организованной краснодарской группировкой «ЗИП», можно убедиться в том, что произведения современного искусства могут органично вписываться не только в привычные нам стерильные музейные пространства, но и, например, в песчаный карьер причерноморского посёлка, а биеннале можно провести даже в заброшенном пионерском лагере.

«Искусство на отдыхе» - девиз арт-дачи на хуторе Пятихатки в 4,5 километра от Анапы, на пару летних недель принимающей готовых отдыхать и созидать молодых художников.

Немного ретроспекции: изначально дача принадлежала родителям Василия и Степана Субботиных, тех самых, которые вместе с другими ребятами, в числе которых на сегодняшний день остались также Евгений Римкевич и Эльдар Ганеев, основали арт-группу «ЗИП» (по имени заброшенного завода измерительных приборов, который художники использовали как мастерскую для своих самостоятельных работ, но в какой-то момент они поняли, что хотят заниматься искусством вместе), ту самую, благодаря которой в Краснодаре существует собственный институт современного искусства (КИСИ). С 2010 года дача стала использоваться как временная резиденция для краснодарских и не только художников. Так как деятели искусства приезжают на дачу, не только, ради веселья и коммуникации, но и за тем, чтобы творить, было решено организовывать выставки результатов где-нибудь неподалёку. В первый год для этой цели служило поле, которое предварительно вручную выкашивалось самими художниками, но уже в 2011-м Вася Субботин во время пробежки обнаружил песчаный карьер, и теперь уже он раз в год стал трансформироваться в музей современного искусства, получив название «Галерея «Яма».

В заезде 2015 года в «Яме» возникла выставка «Кафе «Южный Бурагоз» с центральной одноимённой инсталляцией - сооруженной из досок уличной шашлычной в духе Анапы и прочих причерноморских поселений. Вокруг можно было увидеть множество других арт-объектов, многие из которых отражали аспекты определенной локации, всевозможные штампы, связанные с ней.

Так, например, анапский карго-культ представили воронежская художница Вероника Злобина и один из «ЗИПов» Евгений Римкевич: ребята изобразили на скале символы Анапы, среди которых центральной фигурой оказался исполин-банкомат, благодаря которому становятся доступны любые курортные символические развлечения. Рядом была расположена другая их совместная работа: инсталляция «Могила современного человека», в которую положили каменный муляж айфона, пустую бутылку и пачку игрушечных купюр. «Всё это переведено в археологический контекст, возможно, как найденная наскальная живопись, символы вроде языческой могилы. Повседневность, переведённая в исторический, археологический смысл», - поясняет Вероника.

Студентка «Свободных мастерских» Аня Ротаенко и ещё одна художница из Воронежа Аля Садретдинова покрасили местные клише в любимый цвет художников, обыграли объекты потребления и также порефлексировали над нахождением в резиденции. «Мы интерпретировали анапские клише, символы. У нас здесь: чёрные морские раковины, чёрная сахарная вата, чёрная корка от арбуза, шарики для заполнения аквариумов с черепашками - тоже чёрные. Но на самом деле это еще и чёрная икра, конечно. Ещё хлопья... (указывает на обклеенную надписями коробку из-под загадочной настольной игры с изображенной на ней обнажённой женщиной, похожую по форме на коробку из-под кукурузных хлопьев). «Хлопья» - это часть проекта, который ещё будет продолжаться. Мы хотим преобразовывать символы или вещи, которые находим. Проект про потребление на юге, про всевозможные странные предметы, которые продаются в ларьках, такие как эта игра. А вообще всё это - про отдых участников резиденции».

Но стереотипы об отдыхе, разумеется, не единственное, о чем говорилось в «Яме». Краснодарская художница Тина Васянина манифестировала невозможность живописи, эффектно вылив несколько литров красной краски на поверхность скалы, она так прокомментировала свой перформанс: «Я много лет занималась академической живописью, но как только начала изучать контемпорари арт, поняла, что в живописи я больше не вижу путей для себя». Акционистка Катя Ненашева сменила Красную площадь на карьер, где легла с одиночным, впоследствии уничтоженным огнём пикетом, чтобы эксплицировать невозможность свободного публичного высказывания. «Государство отторгает, отпугивает. Пространство природы в таком контексте становится не зоной рефлексии, а вынужденной мерой отчуждения, единственной зоной, в которой мы свободно можем выражать свое мнение и высказываться».

Как оказалось, свободно высказаться, создав, например, паблик-арт-объект в малолюдном населённом пункте вроде Пятихаток, тоже бывает чревато вмешательством со стороны. Василий Субботин рассказал весьма занимательный и симтоматичный случай из истории резиденции: «Мы делали выставку на остановке. Был собран только каркас, на котором в инструкции говорилось о том, что люди могут делать. Мы также поставили стол, наборы красок, маркеры и объяснили всё единственной бабушке, которая проявила интерес. Она активно собрала детей и вместе с ними создала выставку на этом стенде, которая простояла до ночи, в течение которой была разрушена местными вандалами, какой-то молодежью. Стенды поломаны, выставки нет, на ее месте написано что-то нецензурное. Увидев всё это, бабушка вызвала милицию и таким образом стала дальше продолжать наш проект. Как раз та самая ситуация, когда художник уже не принимает какого-либо участия, а работа сама вовлекает зрителей, новых участников». Во время заезда 2015 г. также произошло вмешательство в художественную самодеятельность, но об этом будет сказано напоследок.

Открытие же выставки в карьере завершилось небольшим опен-эйром спонтанно возникшего прямо в первый день пребывания художников на даче коллектива «ЗвукИ П». В качестве музыкальных инструментов здесь были задействованы водопроводная труба, коса для полевых работ, дрель, противогаз и ведро, пустые бутылки, губная гармошка и чайные пакетики, окунаемые в воду. В качестве текстов песен скандировались фразы, взятые из контекста различных ситуаций и разговоров на резиденции, которые Аня Ротаенко записывала на диктофон: об «отдохнём хорошо», об игре в шахматы, о патриотизме.

Впрочем, «Яма» была только началом. После данной выставки мне, к сожалению, пришлось покинуть Пятихатки, однако Аня Ротаенко рассказала о последующих арт-событиях. «Под предводительством Эльдара мы провели акцию арт-парад, или арт-искусственный отряд, на Пионерском проспекте. Каждый из художников был помечен как пионер искусства красным скотчем, была труба-дуда, флаг и разнообразные объекты для взаимодействия с людьми. Мы с Алей предлагали нарисовать что-то маркерами на художнике за 49 рублей, и наши рисунки, подготовленные каждым членом парада заранее на таблице, за 29,9 рэ или бесплатно. В результате были отмечены двое шашлычников и один работник кафе. Женя и Вероника сделали объект «Возьми что-либо, положи что-нибудь» (наполнен яблоками), который после хорошо вписался в ряд палаток с фруктами и овощами. Эльдар оставил картину «свободу номерам» на заборе, где она отлично смотрелась как табличка. Мы придумали несколько кричалок вроде «Кто шагает ровно в ряд? Арт-искусственный отряд!», «Левой! Левой! Левой!», «Поллок! Малевич! Кандинский! Ротко!» и другие.

Также была организована очень спонтанная, и при этом отчетная выставка «Северное сияние» в заброшенном пионерлагере. Она моментально переросла в «Джеметинскую биеннале», так как были задействованы два павильона лагеря. В главном павильоне были абстрактные фотографии Гедиминаса Даугела с элементами инсталляции, замечательная работа с туфлями, уходящими на стену, Альберта Хамидовича, инсталляции братьев Субботиных, Жени с Вероникой и мой лгбт-Ленин. Сквозная тема - пионерская утопия и отдых. Во втором павильоне - гениальная тотальная инсталляция Паши Куща с табличками «бога нет», «ушёл на море». Во дворе - моя давняя задумка, инсталляция «вечное возвращение». Мы с Субботиными выжгли участок жёлтой сухой травы напротив скульптуры Ленина из лагеря, на котором я расположила группу картонных Ленинов, пытающихся перейти границу из колючей проволоки с металлоискателями, за которой находилась группа картонных казаков. Это про культурный обмен мифологий между Россией и Украиной. Ленины, изгнанные и снесенные на территории сожжённой и разваливающейся Украины, хотят вернуться на родину, но там уже правят казаки (исторически ассоциируемые с Украиной, но теперь являющиеся важным политическим элементом российской действительности). Количество фигур равно количеству бывших республик СССР.

Да, кстати, из лагеря всех выгнали охранники через 15 минут после открытия, но мы были даже рады бурной реакции общественности».

В оптимистичном ключе выразил своё отношение к подобным инцидентам и Степан Субботин: «Нам не хочется создавать музей или хранить все артефакты бесконечно, важен процесс и энергия, которая может хотя бы на 15 минут преобразить пространство, поэтому охранники, которые пришли и прогнали нас, - это нормально. В следующий раз можно будет договориться, и тогда вдруг и они захотят принять участие и позвать знакомых, ведь отдых и работа на море бывают невыносимо скучными, поэтому всем нам надо приобщаться и делать искусство параллельно. Бывший пионерский лагерь «Северное сияние» - отличное место для Джеметинской «биеннале», если он еще простоит, то мы обязательно повторим».

Авторы фото Денис Яковлев и Гедиминас Даугела

искусство

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Культура»

Другие статьи в рубрике «Россия»

Ростелеком. Международный конкурс журналистов