В поисках вдохновения

.

«Не каждый верит живописи, но каждый верит фотографии».
Ансел Адамс.

Сегодня стать фотографом может каждый – технические возможности позволяют. Но как сделать фотографию такой, чтобы люди в момент лицезрения сего произведения искусства испытывали катарсис? Ответ на этот вопрос я пыталась найти в беседе с уважаемым и известным не только в крае, но и в России фотографом Алексеем Заморкиным.

«Мой «гамбургский счёт»

– Алексей Борисович, сколько лет вы занимаетесь фотографией?

– Довольно долго. Около 40 лет, получается.

– Повлияло ли увлечение, а затем, как я понимаю, профессия на вашу жизнь?

– Да, сначала это было увлечение. В 90-х я хорошо зарабатывал на стройке. А фотографии отдавал в «Ставрополку», ОВД Ленинского района. А потом подумал, посоветовался с женой и ушёл с зарплаты в 700 рублей на работу фотографом-инженером, где платили 120. Я понял, что деньги – важная часть нашей жизни, но если это идёт вразрез с твоим духовным развитием, то количество денег вторично, важно, чтоб их хватало на жизнь.

– Какое своё фото вы считаете наиболее профессиональным, качественным, интересным и почему?

– У меня есть две картинки, получившие международное признание, которые похвалил Александр Лапин. Это такой фотокритик, его оценка для меня самая важная в этом мире. Это – самый высокий авторитет, скажем так, мой «гамбургский счёт».

– А когда только начинали работать в этой сфере, пытались подражать модным фотографам?

– Конечно. Подражал, но не столько модным, сколько классикам. Мода ведь настолько переменчива… Сегодня, например, модно снимать более полных моделей, а лет 10 назад худеньких. Мода – хорошо, но сиюминутно. Безусловно, нужно за этим следить, держать руку на пульсе. А учился я по классикам: Картье–Брессон, Адамсон и так далее. Потому что их фотографии уже проверены временем. И если я вижу, что фотография, допустим, Брессона, мне не нравится, я понимаю, что просто не дорос до её восприятия. Фотографии сто лет, и она до сих пор вызывает интерес. И поэтому, когда я показываю кому-то свои картинки, учитываю, что у нас могут не совпасть вкусы, либо просто быть разный уровень. А кто-то, наоборот, видит больше, тот же Лапин, и я уже тогда прислушиваюсь к его мнению. Нельзя всё время быть на поводу у моды.

– Такое восприятие можно назвать критериями оценки собственных и чужих фото?

– Да, только для чужих критерии совпадают с моими ощущениями плюс, иногда бывает, вижу, что мне непонятна фотография, но она очень талантливо снята. Я это разумом признаю, но не считаю её интересной. А так если меня цепляет картинка, если она грамотно композиционно выстроена, если я получаю эстетическое удовольствие от композиции, от социального или природного явления, тогда мне это интересно.

– Какая из множества наград вам дороже всего?

– Та, которую мне Лапин присудил в Прибалтике – «За классическую чёрно-белую жанровую фотографию». А до этого она ещё в семнадцати салонах получила призы, вплоть до Гран-при. Хотя я до сих пор, честно сказать, ее ещё не до конца сам понимаю. Я до неё не дорос.

«Это скучно и неинтересно»

– Вас часто не бывает дома, вы много путешествуете. Жена смирилась с вашим образом жизни?

– (Смеется). Да, смирилась. Я уже очень давно в этой профессии.

– В какой стране, на ваш взгляд, лучше фотографировать?

– Самые интересные жанровые снимки, конечно, получаются в той стране, где живёшь. Потому что ты адаптирован в ней, лучше понимаешь людей. Если где-то на выезде, то жанровые фотографии получаются поверхностные: композиционно «вкусные», но не социальные. Трудно приехать в какую-то страну и сразу окунуться в социум, понять её, изобразить.

– А есть у вас коллеги-друзья из других стран?

– Да, конечно. Я несколько раз ездил в Америку, там есть ассоциация панорамных фотографов из Чикаго и Нью-Йорка. Получается, живьём знаком только с американцами.

– А что касается маршрута для путешествий? Сами выбираете или советует кто?

– Несколько лет назад я нашёл сайт «Загадочные места мира», где указываются места аномальных явлений, энергетических зон, и чаще всего они совпадают с месторасположением каких-либо религиозных храмов, например, в Иерусалиме. Благодаря этим знаниям я выстроил для себя маршрут. С каждым годом у меня появляется всё больше интересных друзей (почему-то хороших людей сейчас становится всё больше и больше), которые информируют о чём-то, что может показаться интересным. Например, мне звонили и сообщали о цветущих персиковых садах. В Японии сакура, а у нас персиковые сады, которые выглядят примерно так же. Я прочитал лекцию студентам, сел в машину, поехал в Краснодарский край, там встретился с друзьями, наметили с ними планы съёмки. С утра выехали и целый день фотографировали персиковые сады. Всех объединяло общее дело – снимали на большие камеры и получили удовольствие не только от общения, но и от того места, где проходила съёмка.

– Какая съёмка для вас более интересна: постановочная или естественная?

– Только естественная. Постановочная более скучная. Со временем появляются определённые штампы, и сколько бы лет ты ни учился, всё равно через какое-то время снимаешь, зажатый в студийные рамки. По большому счёту, всё одно и то же. Начинаешь кипеть, вариться в собственном соку. Это скучно и неинтересно. Мне интересней солнышко, например, которое два раза в жизни никогда не повторится.

– А вы снимаете в экстремальных условиях?

– Я стараюсь снимать больше в комфортных условиях. Для меня экстремальные условия – это съёмка каких-то природных явлений, гор, водопадов. А если под экстремальными подразумевать войны, забастовки и так далее, то я считаю, что у нас столько грязи, что красиво показывать её не нужно. Просто есть люди, которые «тащатся» от экстрима, им съёмка войны адреналин «вливает», мне же это не доставляет удовольствия.

Фотограф сродни хирургу

– А теперь спрошу: фотография – выгодное дело?

– Конечно. Она всегда была выгодна. Но, опять же, только на начальном этапе, когда зарабатываешь в детсадах, школах, институтах. Это выгодно, но удовольствия не получаешь.

– Всегда ли за фото нужно брать деньги?

– Скажем так, бесплатная работа ведь не ценится. Может варьироваться стоимость, но оплата всегда должна быть, ведь всё, что приходит к нам просто так, просто так и уходит.

– Сейчас у множества молодых людей, практически у каждого, есть фотоаппарат. И многие себя позиционируют как фотографы. Как вы относитесь к этому?
– Вот смотрите, у нас почти все в мире умеют читать и писать. Скажем так, тысячи из них умеют писать стихи. И только единицы делают гениальные стихи. То же самое и с фотографами. Фотоаппарат – это ведь средство, как скальпель у хирурга. Но не скальпель же режет. Поэтому, пожалуйста, чем больше, тем лучше.

– Вы преподаёте фотоискусство. Не боитесь, что студенты вас превзойдут?

– Я буду только рад, если кто-то превзойдет своего учителя, это нормальное явление. Когда человек сомневается, значит, он будет к чему-то стремиться, будет расти, а если подражает, будет просто копиистом. Есть несколько талантливых ребят, которых жизнь заставляет заниматься не фотографией, а другими видами деятельности, где они также проявляют свой талант. Я только «за». Но надо после себя кого-то оставить, поделиться тем, что сам умел.

Елена Фёдорова.
Фото Алексея Заморкина.

Заморкин, фотограф

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Культура»

Другие статьи в рубрике «Ставрополь»

Последние новости

Все новости
Ростелеком. Международный конкурс журналистов