Борьба со СПИДом — дело общее!

Наталья Буняева

В России объявлена неделя борьбы со СПИДом.

На открытии недели в новостях «прокрутили» интересную информацию: на сегодня в стране зарегистрировано 900 тысяч ВИЧ-инфицированных, каждые пять минут заражается один человек, и в двухтысячном году мы стояли на пороге эпидемии. Как-то сразу возник вопрос: а если каждые пять минут заражаются — это не эпидемия разве? Что-то напутали с цифрами наши статистики... И если учесть, что в приведенных для примера городах Екатеринбурге и Новосибирске каждый пятидесятый и каждый сотый ВИЧ-инфицированы — это что? Еще не эпидемия разве?

Министр здравоохранения России Вероника Скворцова вдруг заявила, что проводятся, и весьма успешно, опыты на животных, прямо указывающие на то, что мы победим эту заразу. То есть вакцина будет найдена. На фоне всего этого эмоционального всплеска, «стартов памяти» по умершим от СПИДа, работы штабов по противодействию новым заражениям, хочу рассказать о двух совсем разных людях, которых объединил один и тот же статус: ВИЧ-инфицированный.
Как в эту смертельную петлю попала моя близкая подруга Вероника (имя изменено) — не понятно. До пресловутого двухтысячного и знать не знала, что это за дрянь — ВИЧ. Да и потом тоже... Сама, имея на руках двух маленьких детей, еще в дурных 90-х создавала свой бизнес. А что делать? Работы не было, с детьми не брали никуда, «челночить», не видя семьи неделями, надоело. Ну и включила мозги, да и денег поднакопила. Открыла свою фирму, и как-то все потихоньку сдвинулось с места. К началу нового века уже был выстроен огромный дом, к фасаду которого прилепился и комфортабельный офис, где, собственно, и процветала Вера. В это время народ активно строился, а она могла и дом спроектировать, и стройматериалы собрать, и бригаду строителей нанять, и дом «под ключ» сдать. Такая работа... Вроде и не женская, но коллектив подобрался хороший, вкалывали с утра до ночи, никаких особых проблем.
Кроме одной: однажды отправилась хозяйка фирмы к стоматологу. Лечила-лечила зубы, а когда в очередной раз приехала на прием, увидела замок на дверях. Клиника на два зубоврачебных кресла куда-то срочно переехала. В общем, долечивалась в другом месте, а когда потребовалась небольшая и несрочная операция — возникли проблемы. Веронику пригласил на прием заведующий хирургией и осторожно выспросил: у кого она лечилась в последнее время? И без обиняков объявил о ее новом статусе: вы инфицированы. Болезнь будет долгой и, возможно, неизлечимой. Надо делать то-то и то-то, учет-контроль, Москва-лекарства. Что было с Верой тогда — словами не передать! Она долго молчала дома и на работе. Но разве шило в мешке утаишь? Нашлись «добрые» люди, и сотрудники фирмы потянулись на выход. Это в период расцвета, когда всем хватало хлеба и зрелищ. Пришлось срочно менять профиль работы: теперь на рынке появился новый риэлтор. Худо-бедно справлялись... Супруг, узнав, что жена больна, ушел из дома. Причем ушел не сразу, а отсудив себе приличные деньги: и на покупку новой квартиры хватило, и на новый автомобиль. Вероника, может, и не отдала бы ему все это, но было уже не до того: пусть берет, что хочет. И уехала в Москву, в клинику, где могли помочь. Собственно, там и помогли, рассказали, как жить, что делать, как выжить. И оказалось, что жить можно. Нужно соблюдать несложные правила - и все. Дети маленькие, ничего не понимают, ВИЧ-инфицированная мама с головой дружит, в общем, как-то так... Появилась помощница по хозяйству, приехала тетя, давно заменившая мать-покойницу, стали жить вместе и воспитывать мальчишек. Деньги все так же зарабатывала Вероника. Болезнь никак себя не проявляла, лекарства принимались исправно, в общем, жизнь текла, как и прежде. Поездки в Москву решали многие задачи: тамошние врачи «вели» болезнь хорошо, и дома слухи постепенно утихали.
Она и сейчас работает. Как заразилась — не понимает: или тот, первый, стоматолог, или где-то с кровью занесли. Кстати, мы с ней нашли стоматолога-то. Он не просто оправдывался, он прямо агрессивно оправдывался: «Я работаю с биологическими жидкостями! Вы думаете, я все пущу на самотек? Да у меня все стерильно и я в том числе!» Ну что ты будешь делать...
Успокаивает одно: статус болезни не поменялся и, возможно, еще долго не поменяется — пока инфицирована. Даже врачи удивляются: столько лет! Но она столько лет и лечится. Принимает не гору, но вполне приличную горсть лекарств, ездит к «своим» докторам, занимается спортом, мальчишками, один из которых уже работает у мамы в конторе и знает о ее проблеме. Мы, распивая чаи, стараемся не говорить об этой загадочной дряни, поселившейся в худеньком теле подруги. Так, иногда: «Вер, боишься?» - «Да нет, привыкла уже... Иногда ночью страшно становится... Еще бы лет двадцать прожить, на внуков-правнуков посмотреть. Врачи говорят, проживу». Я не зря назвала подругу Верой. Когда она осознала, ЧТО с ней случилось — пришла вера. Теперь она исправно ходит в храм, соблюдает посты, беседует с духовником. И точно знает, что если она столько лет прожила с этим злом, то и еще поживет. Это пример того, что если человек духом крепок, то растеряется ровно на две минуты. А потом начнет действовать, перестраивать свою жизнь, исправлять ошибки и жить дальше. Несмотря ни на что.
Не так давно я много писала о ребятах из реабилитационного центра для наркозависимых. И однажды встретила там совершенно замечательного паренька. Как зовут — не помню. Пусть будет Андрей. Высоченный, синеглазый, русоволосый спортсмен. ВИЧ-инфекция... Ну вот что за несправедливость судьбы? Понятно, что началось с наркотиков — один из основных способов передачи заразы. Еще подростком какой-то негодяй взял на «слабо»: а сможешь уколоться? Мальчишкам свойственно доказывать свою безусловную храбрость и стойкость — смог, укололся. И на много лет пропал, просто выпал из жизни: все подчинили себе наркотики. Очень быстро «проколол» все, что мог, потом стал выносить из дома все, что можно продать. Родители устали от всего этого и уже тихо ждали, когда же конец? И на каком-то этапе жизни выяснилось, что парень заражен вирусом иммунодефицита. Все. Казалось, жизнь кончена, да, собственно, так и было. До тех пор, пока каким-то чудом не попал к нам, в станицу Темнолесскую, в Спасо-Преображенский центр для реабилитации наркозависимых.

Сегодня в Ставрополе работает волонтерская региональная общественная организация «Право на жизнь». Для Ставрополя (по неофициальной информации) проблема ВИЧ — острейшая. Почему? Да потому что многие просто не знают о том, что больны. Все просто. А когда узнают — бывает, и поздно... Причем люди эти, по словам руководителя Романа Улизко, во многом ущемлены: их не берут на работу, им, по большому счету, не с кем бедой поделиться, негде проконсультироваться, что же дальше-то делать? Страдают их дети и родители: кто их поймет, кто возьмет в сад или школу? Наш народ трудно убедить, что инфицированный человек, по сути, безопасен. В общем, именно это и послужило толчком к созданию организации. Кстати, Роман Сергеевич рассказал, как найти офис «Право на жизнь»: улица Школьная (район 12-й школы), 12. Телефон - 8-928-819-1082. Прием и консультации бесплатно. Роман считает, что это — реальный шаг в помощи людям, которых общество агрессивно отвергает. «Особенно молодые люди должны знать, как распространяется ВИЧ. На первом месте наркотики (грязные шприцы) и беспорядочные половые связи, есть случаи заражения от нестерильных медицинских инструментов. В любом случае, если знаешь о беде, то надо учиться с ней жить».
Будет ли лекарство от СПИДа? Трудно сказать. Многочисленные сообщения о панацее пока оказываются ложными. Да, препаратов множество, и они облегчают участь инфицированного. Будем ждать новых разработок. И я хочу процитировать министра здравоохранения России Веронику Скворцову: «Достижение положительных результатов в предупреждении распространения ВИЧ в России требует объединения усилий не только всех государственных ведомств, но и всех институтов гражданского общества, а также средств массовой информации. Основными направлениями нашей совместной работы являются существенная активизация информационных и коммуникативных программ, индивидуальные подходы с учетом психологической настроенности разных возрастных и социальных групп населения к разъяснению факторов риска ВИЧ-инфекции, профилактике, а также правильному поведению, в случае если выявляется ВИЧ-инфекция. Таким образом, одним из основных направлений является первичная профилактика, формирование здорового образа жизни. Кроме того, мы ставим перед собой задачу переформатирование работы с группами населения повышенного риска для, того чтобы увеличить среди них охват динамическим наблюдением и охват антиретровирусной терапией. Также важнейшими направлениями нашей работы, является обеспечение приверженности и увеличение охвата тестирования на ВИЧ разных групп населения, причем создание системы тотальной настороженности к ВИЧ-инфекции в тех 22-х регионах, которые фактически обеспечивают 50% заболеваемости ВИЧ в России». Вот так. Это вам не марафонские забеги в память об умерших. Это как раз и есть стратегия и работа для оздоровления нашего общества.

 

борьба, СПИД, болезнь

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Здоровье»

Другие статьи в рубрике «Россия»

Другие статьи в рубрике «Ставрополь»

Последние новости

Все новости