75 лет назад Ставрополь был освобожден от немецко-фашистских оккупантов

Ольга Метёлкина

21 января 1943 года Ставрополь, находившийся во власти гитлеровцев без малого полгода, был освобожден

За 75 лет, прошедшие с того знаменательного дня, большинство участников событий ушли из жизни. И даже очевидцев, которые в военное время были еще детьми и помнят день освобождения города, сегодня осталось совсем немного. Тем ценнее для нас документы и воспоминания, хранящиеся в фондах государственного архива Ставропольского края.

Командир Северной группы партизанских отрядов Ставрополья Александр Николаевич Попов с партизанами отряда «Мститель». 1943 год. (Снимок предположительно сделан в Ставрополе, на улице Советской, 3.).
Командир Северной группы партизанских отрядов Ставрополья Александр Николаевич Попов с партизанами отряда «Мститель». 1943 год. (Снимок предположительно сделан в Ставрополе, на улице Советской, 3.).

Незадолго до юбилейной даты со дня освобождения Ставрополя от немецко-фашистской оккупации мы встретились с заведующей отделом публикации документов ГАСК Ириной Коноваловой, которая показала ряд документов, о наступательных операциях Красной Армии на Северном Кавказе в январе 1943 года.

- Сведения о том, как развивались события накануне и в день освобождения Ставрополя, мы узнаём, в частности, из летописи 347-й Мелитопольской ордена Красного Знамени и ордена Суворова II степени стрелковой дивизии, которая освобождала наш город, - рассказала Ирина Коновалова. - Сами факты сегодня известны каждому ставропольцу, интересующемуся историей родного края. Но когда держишь в руках подлинный документ, читаешь воспоминания участников событий, невольно погружаешься в атмосферу того времени и совсем по-другому воспринимаешь хронику происходившего.

«Замысел командования заключался в том, что части дивизии должны были заходить одновременно с разных сторон. 1175-й стрелковый полк под командованием А.Е. Короткова с первым дивизионом 907-го артиллерийского полка должны были действовать в направлении северо-востока, перерезать шоссейную дорогу Надежда - Ставрополь и выбить фашистов из района железнодорожного вокзала, где у них было наибольшее скопление сил.

1179-й стрелковый полк под командованием А.Н. Гервасиева наступал с юга и юго-запада, используя глубокие балки для сосредоточения сил.

1177-й стрелковый полк под командованием М.В. Львова со вторым дивизионом 907-го арт. полка наносил удар между ними...

Во избежание больших потерь, а также с целью предотвращения полного разрушения Ставрополя и создания паники, в город, еще занятый врагом, была послана разведгруппа. В нее были отобраны 25 человек - самых смелых и мужественных автоматчиков и несколько расчетов противотанковых ружей. В числе их были: политрук роты автоматчиков старший лейтенант Васильчук Ф.Л., командир взвода младший лейтенант Кравчук А.Г., старший лейтенант Топоров, сержант Кузнецов М.С., сержант Шаров И.И. и другие.

Никто не посылал с ними старшего лейтенанта Ивана Гурьяновича Булкина. Он сам попросился на это опасное, ответственное задание».

Ежедневная красноармейская газета оперативно сообщала об освобождении населенных пунктов.
Ежедневная красноармейская газета оперативно сообщала об освобождении населенных пунктов.

В летописи 347-й дивизии подробно описываются события, которые произошли еще в ночь на 20 января, когда разведгруппа проникла в Ставрополь с его восточной окраины. Наши разведчики вступали в перестрелки с немецкими поджигателями, задачей которых было при отступлении уничтожить жизненно важные объекты в городе. К бойцам Красной Армии присоединились местные жители, сумевшие раздобыть оружие. В документах подробно описаны обстоятельства, при которых погиб Иван Булкин.

«Старший лейтенант И. Булкин уже дважды был ранен. Но это не могло его остановить. Наскоро перевязавшись, он спешил всё дальше, к центру города. Отряд, возглавляемый им, уже почти достиг Дома Красной Армии (ныне Дом офицеров). Но тут произошло непоправимое. В верхней части проспекта отряд был обстрелян гитлеровцами с машины, вынырнувшей из-за угла. Завязался бой. И командир упал, сраженный автоматной очередью...

Иван Булкин был подобран жильцами дома № 92 по проспекту Сталина (ныне № 100 по проспекту К. Маркса). Жизнь еще теплилась в нем. Вокруг раненого офицера захлопотали женщины, пытались помочь, сделать перевязку... Но рана в голову была смертельной, и он умер, не приходя в сознание...

Вторая группа разведчиков во главе со старшим лейтенантом Васильчуком Ф.Л. действовала так же, как и первая. Пройдя с боем по проспекту Сталина, вышла на Комсомольскую горку, а к вечеру соединилась со своей частью. Ф.Л. Васильчук был ранен в руку, ему оказали помощь местные жители - семья Бурсаниди и молодой врач Нина Попова».

 Из воспоминаний участников событий, сведения о которых сохранились в архиве, мы знаем, что командир 1175-го стрелкового полка Андрей Емельянович Коротков обратился с предложением к командиру дивизии Н.И. Селиверстову: первым со своим полком войти в город. Он хорошо знал Ставрополь и его окрестности, поскольку родился и вырос здесь. Благодаря этому красноармейцы под руководством А.Е. Короткова под покровом ночи незаметно вошли в город и в районе железнодорожного вокзала и завода «Красный металлист» нанесли по врагам неожиданный удар.

В летописи 347-й стрелковой дивизии также говорится, что в это же время со стороны села Надежда начал наступление 1179-й стрелковый полк под командованием подполковника А.Н. Гервасиева.

«1177-й стрелковый полк с вторым дивизионом 907-го арт. полка вел бой на северо-восточной окраине Ставрополя, близ Михайловского шоссе. Фашисты подбросили сюда пехоту, артиллерию и даже несколько танков (это были танки, переброшенные из африканской армии Роммеля, выкрашенные под цвет пустыни).

5-я батарея 907-го артполка метким огнем расстреливала вражеские машины с пехотой. Командир батареи старший лейтенант Колин А.С. с одним орудием выдвинулся вперед и прямой наводкой расстреливал вражеские огневые точки. Фашисты стали бить по батарее Колина артиллерийским и минометным огнем. Один снаряд разорвался вблизи от того места, где находился А.С. Колин, и смертельно ранил его осколками. Бакинский инженер-геолог Колин А.С. был доставлен в медсанбат. Спасти его не удалось».

В связи с нехваткой бумаги в годы войны в делопроизводстве часто использовали все возможные материалы. На обратной стороне этого плаката были составлены списки ворошиловских стрелков ставропольского Осоавиахима.
В связи с нехваткой бумаги в годы войны в делопроизводстве часто использовали все возможные материалы. На обратной стороне этого плаката были составлены списки ворошиловских стрелков ставропольского Осоавиахима.

Из летописи мы узнаем имена и других бойцов, которые погибли, освобождая наш город. Бронебойщики – волжанин А.Г. Бубнов и одессит М.М. Бренер героически вели огонь по вражеским танкам из противотанковых ружей и пали в неравном бою. У здания конторы «Заготскот» были убиты командир 1-й роты 907-го артиллерийского полка старший лейтенант Н.К. Титов, рядовые Шхалахов, Богус и другие, отмечено в документе. К пяти часам утра 21 января Ставрополь был полностью освобожден от фашистов.

Если летопись 347-й стрелковой дивизии была документально оформлена уже спустя несколько лет после окончания Великой Отечественной войны, то письмо командира Северной группы партизанских отрядов Ставрополья А.Н. Попова, датированное 27 января 1943 года, было написано сразу же по следам событий.

«Здравствуйте, мои дорогие, любимые, родные Мурочка, Маюрочка и Алик! – писал Александр Николаевич. – Прежде всего горячо, от всего сердца, со всей радостью, которая наполняет меня, спешу поздравить вас с освобождением Ставрополя (теперь уже больше не Ворошиловска, а Ставрополя) от 5 ½ месячного гнета немецко-фашистских мерзавцев».

В своем письме командир рассказывает родным, сколько бед натворили оккупанты в городе, о жертвах среди мирного населения. «Сейчас разыскиваем ямы, куда они вывозили расстрелянных и уничтоженных. Пока нашли 2 ямы – в Грушевой балке около сельхозтрудколонии на 42 чел., которых похоронили на Комсомольской горке, и вторую – больше 100 человек на Холодном роднике.

Сразу после освобождения Ставрополья от фашистов заработали комиссии по назначению пособий семьям военнослужащих. В архиве сохранились протоколы заседаний и удостоверения на право получения выплат.
Сразу после освобождения Ставрополья от фашистов заработали комиссии по назначению пособий семьям военнослужащих. В архиве сохранились протоколы заседаний и удостоверения на право получения выплат.

Перед своим отступлением проклятые бандиты всю звериную ненасытную злобу выместили на городе, который был превращен в сплошное зарево пожаров. Взорвали и уничтожили все новые школы, 1-ю на Ворошиловском проспекте и 3-ю на пл. Маяковского, где последнее время со своим госпиталем был Доршт, Крайдрамтеатр, здание Крайкома ВКП(б), Крайфо, Крайкомхоз, Крайсвязь, Швейфабрику, Типографию, Элекстростанцию, Интендантские склады, почтамт и АТС, новые дома НКВД на Ленинской, Молотова и на углу Ворошилова и Дзержинской, наш дом, Госбанк, Мясокомбинат, Биофабрику, Хлебозаводы, все остальные промышленные предприятия, роддом, поликлинику Когановичского района, Пединститут, Зооинститут, МТС, всю железнодорожную станцию превратили в сплошные развалины, маслозавод, мельницу № 4, бани, мастерские Крайавтоуправления, здание Горфинотдела и ряд других.

Для того, чтобы показать свое презрение к нашему народу, они ряд лучших общественных зданий превратили в гаражи и склады. Так, они превратили в гаражи б. магазин Мосторга на углу Таманской и Шаумяна, Пионерский клуб на пр. Ворошилова, ресторан в парке, танцплощадку превратили в стоянку танков; наиболее ценные картины и экспонаты разворовали из музея; допускали занятия только в начальных школах, все средние школы были закрыты. И что возмутительнее всего – это то, что нашлись подлецы из русских, потерявшие всякие признаки чести, совести и стыда, которые стали предателями, их пособниками».

В письме А.Н. Попов перечисляет людей, которые до войны занимали солидные должности в местных госучреждениях, а во время оккупации поступили на службу германским властям. С нескрываемым негодованием Александр Николаевич пишет о них: «Теперь вся эта сволочь убежала с немцами, но вряд ли они далеко уйдут. Во всяком случае, можно не сомневаться, что большая часть из них, как ненужная, изношенная вещь, будут валяться трупами по дороге к Ростову. Собаке собачья смерть!».

А.Н. Попов сообщает своим близким о том, что во время оккупации Ставрополья он был командиром Северной группы партизанских отрядов края, о чем не мог написать раньше. А в самом конце письма добавляет: «Был, мои дорогие, в своей прежней квартире. Кое-как по обломкам удалось все же забраться туда (они, между прочим, взрывали дома не как попало, а лестничные клетки. Так что, когда смотришь на дом с фасада – он, как будто, не тронут, а на самом деле все внутренности уничтожены). Конечно, квартиры не узнал, все разломано, мебели нет – ее ликвидировали немедленно после нашего ухода. Но это, в конце концов, не так уж страшно…».

После освобождения от оккупантов Ставрополь медленно залечивал раны. Потребовалось много средств и сил для восстановления разрушенных зданий, ремонта выведенной из строя техники и оборудования. Постепенно жизнь в городе налаживалась, открывались магазины, власть организовала социальные выплаты для особо нуждающихся семей. Люди и сами помогали друг другу, чем могли. Но главное, после освобождения края, а затем и всего Северного Кавказа от фашистов они жили надеждой на победу.

(Снимки из фондов Государственного архива Ставропольского края.)

 

Ранее "Вечерка" рассказывала о том, как проходила Битва за Кавказ.

Оккупированный Ставрополь на снимках фотолюбителей вермахта.

К юбилею битвы за Кавказ и освобождения Ставрополья от фашистов в музее-заповеднике открылась выставка.

Иван Булкин, 75 лет Великой Победы, День освобождения Ставрополя, юбилей

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. Это не займёт много времени.

1

Другие статьи в рубрике «Главное»

Другие статьи в рубрике «История»

Другие статьи в рубрике «Общество»

Другие статьи в рубрике «Ставрополь»